Воссоединенные
Шрифт:
***
Когда я иду в комнату отдыха, дверь, ведущая во двор, распахивается, и кто-то в черном вваливается в коридор, преграждая мне путь. Я спотыкаюсь. Эту девушку я уже видел раньше, но мой истощенный разум не дает мне вспомнить, где именно. В любом случае, я знаю, что она не имеет никакого отношения к нашему заблокированному крылу. Главный медик не предупреждал о том, что кто-то должен прибыть, и даже если так, то они уж точно вошли бы через парадную дверь.
— О, как здорово, — восклицает она. — Вот ты где, а я тебя
— Как ты сюда проникла? — интересуюсь я.
— Прилетела, — смеется она, и тут я вспоминаю: это же Инди, та девушка, которая вместе с Каем привозила лекарство. — А еще я знаю некоторые комбинации, открывающие двери.
— Тебя не должно здесь быть, — говорю я ей. — Это место полно больных людей.
— Знаю, — отвечает она. — Но ты-то здоров, не так ли?
— Да, я не болен.
— Мне нужно, чтобы ты пошел со мной. Прямо сейчас.
— Нет, — возражаю я. В этом нет никакого смысла. — Я медик. — И я не имею права бросить всех этих неподвижных, и, конечно, не могу оставить Лей. Я тянусь к мини-порту.
— Но я прилетела, чтобы отвести тебя к Кассии, — говорит она, и моя рука падает. Она не врет? Неужели Кассия где-то рядом? А затем меня охватывает страх. — Она в медицинском центре? Она больна?
— Да, нет же. Она в полном порядке и ждет снаружи, на моем корабле.
Все эти месяцы я ждал встречи с Кассией, и теперь мне выпал такой шанс. Но я не могу. Здесь слишком много больных, и одна из них — Лей.
— Прости, — говорю я Инди. — Мне нужно ухаживать за пациентами. И, возможно, ты уже подхватила мутацию, тебе нельзя уйти. Придется поместить тебя на карантин.
Она вздыхает. — Он предполагал, что тебя будет сложно убедить. Поэтому я скажу тебе так: если ты пойдешь со мной, у тебя будет возможность помочь ему создать новое лекарство.
— О ком ты говоришь?
— О Лоцмане, конечно, — говорит она таким будничным тоном, что я ей верю.
Сам Лоцманхочет, чтобы я помог ему в создании лекарства.
— Ему известно, что ты получил все необходимые знания о мутировавшей чуме, — продолжает Инди. — Ты нужен ему.
Я оглядываюсь на коридор.
— Сейчас. Ты нужен ему сейчас. Нет времени для прощаний. — Ее голос звучит искренне и решительно. — Они же по любому не смогут услышать тебя?
— Я не знаю.
— Ты веришь Лоцману, — говорит Инди.
— Да.
— А ты когда-нибудь встречался с ним?
— Нет, — отвечаю я. — Но ты встречалась.
— Да, — кивает она. Она вводит код и толкает дверь. Уже почти рассвело. — И ты прав, что веришь в него.
Глава 22. Кай
— Кай, — шепчет она. — Кай.
Ее рука мягко гладит мою щеку. Я никак не могу проснуться. Может, потому что не хочу. Мне уже очень давно не снилась Кассия.
— Кай, — повторяет она. Я открываю глаза.
Это Инди.
Она замечает разочарование на моем лице. Она немного колеблется, но даже в слабых утренних сумерках, я вижу торжество в
— Что ты делаешь? — спрашиваю я. — Ты должна быть на карантине. — После того, как мы привезли Калеба обратно, его тут же куда-то унесли, а нас с Инди поместили в карантинные боксы на самой базе. По крайней мере, нас не запихнули в Сити-Холл. — Как ты сюда пробралась? — интересуюсь я, оглядываясь кругом. Дверь моего бокса открыта. Все, кого я могу видеть, кажется, спят.
— Просто. У меня есть корабль. И у меня есть она. — Усмехается Инди. — Пока ты дрыхнул, я успела слетать в Центр.
— Ты была в Центре? — подскакиваю я. — И ты нашла ее?
— Ага. Она здорова, чувствует себя хорошо. И теперь вы можете убежать.
Теперь мы можем убежать. Мы может свалить отсюда. Я знаю, что это опасно, но я чувствую, что могу сделать все, что угодно, если Кассия и, правда, в Камасе. Когда я встаю, голова начинает кружиться, и мне приходится опереться о стену. Инди прерывается. — Ты в порядке?
— Все хорошо. — Кассия больше не в Центре, она здесь и она в безопасности.
Мы с Инди одновременно проскальзываем за дверь бокса и устремляемся в поля. Трава что-то нашептывает каждому из нас в сгущающихся сумерках, и я ускоряю бег. Инди не отстает ни на шаг.
— Тебе надо было видеть, как я приземлялась, — говорит Инди. — Это было круто. Лучше, чем круто. Когда-нибудь люди сочинят об этом историю, — ее голос звучит мечтательно. Никогда я не видел ее в таком настроении, и это воодушевляет меня.
— Как она выглядит? — спрашиваю я.
— Как и всегда, — говорит Инди, и я начинаю смеяться, замедляю движение, хватаю Инди, кружу ее по кругу и чмокаю в щеку. Благодарю ее за все, а потом вспоминаю.
Я же могу быть болен. И она тоже.
— Спасибо тебе, — говорю я Инди. — Хотел бы я, чтобы нас не сажали на карантин.
— Разве это имеет значение? — спрашивает она, подходя ближе. На ее лице выражение чистейшей радости, и я снова ощущаю тот поцелуй на губах.
— Да, имеет, — говорю я, и снова приходит страх. — Ты уверена, что Кассия не подхватила этот новый вирус?
— Почти все время она провела в трюме, — заверяет Инди. — А на корабле проводили стерилизацию. Я с ней даже не общалась толком.
Нужно быть осторожным. Надеть маску, держаться подальше от трюма, сохранять дистанцию… но, как минимум, я смогу ее увидеть. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, звенит во мне предупреждение. Ты и Кассия, улетаете отсюда прочь, как ты и мечтал? Такого не бывает в реальной жизни.
Если ты допускаешь в себе надежду, то она целиком охватывает тебя. Подкармливает тебя изнутри и дает крылья. И, в конечном итоге, она становится твоими костями, не позволяя тебе рассыпаться на части. Она поддерживает тебя до тех пор, пока ты не разучиваешься жить без нее. А если ты попытаешься вырвать ее из себя, она полностью разрушает тебя.