Воспоминания
Шрифт:
Для игры рекомендуются также скрипка, гитара и другие инструменты, хотя они и не имеют того благотворного влияния, как вышеупомянутые.
В десятой главе говорится об отношении жены к своему мужу.
Против этой главы особенно озлоблены персидские мужья. И следует признать, что, несмотря на все наше уважение к чистоте намерений авторов женского кодекса, они слишком решительны для своего пола, стремясь вопреки традициям Востока и Корана непозволительными приемами лишить мужчину власти над женщиной.
Мало того, что они стремятся ни с кем не делиться любовью и доброжелательностью супруга или, скорее, желают завладеть этими чувствами, они к тому же хотят иметь и полную свободу действий. Мать, сестры и вообще вся женская половина родственников супруга рассматриваются как докучливые шпионы и естественные враги. "Борьба без передышки, война
После этих общих рассуждений переходят в случае необходимости к действиям. Если муж упрям и строптив, то его нужно заставить покинуть жену. Существует много способов добиться этого: третировать детей, бить прислугу, ломать мебель, а если и это не поможет, проклясть и околдовать тирана.
Одиннадцатая глава посвящена поварскому искусству или, скорее, мистическому влиянию, которое может оказать потребление различных блюд на счастье или несчастье женщины. К нему прибегают в том случае, если речь идет о клятвенном обещании. Блюдо семину и суп ааш-бехлул играют при этом главную роль. Впрочем, эта глава не представляет большого интереса для тех, кто не испытывает желания испробовать на себе действие всех этих специй.
В двенадцатой главе описываются средства против дурного глаза. Существует по крайней мере 41 средство, одно сильнее другого. Здесь и мистические буквы на амулетах, раковинах, когтях диких зверей, рогах антилоп и бог знает на чем еще, что пришивается на платья, надевается на руки и шею или закладывается в браслеты, которые носят женщины и дети. Зачастую прибегают и к окуриванию. К мангалу, на который высыпают 140 зерен растения исфенд (один из видов руты), сбегаются молодые женщины. Действия дурного глаза избежит та, на которую попадет больше всего дыма от этих зерен. Но для этого нужно быть веселой. Раздаются звуки тамбурина. Молодые женщины смеются, играют, обнимаются и начинают танец. Движения, повороты и позы рассчитаны на то, чтобы благословенный дым по возможности проникал в складки одежды и обволакивал все тело. Впрочем, нет ничего проще, так как женская персидская одежда очень просторна. При этом необходимы пение и заклинания: "О, пусть лопнут глаза завистника! О, пусть будут они растоптаны нашими ногами!"
Говорят, и мы очень верим этому, что нет ничего привлекательнее танца, исполняемого группой красивых молодых девушек.
Тринадцатая глава объясняет и различает мехремов, т. е. привилегированных мужчин, которые могут свободно и без препятствий общаться со всеми женщинами, и немехремов, т. е. тех, которым это запрещено. Эти правила персов известны своей строгостью.
Сначала пророк Мухаммед не возражал против того, чтобы женщины правоверных ходили с открытым лицом и даже принимали гостей в гареме. Причин, побудивших его изменить своему убеждению, мы не знаем; известно лишь, что архангел Гавриил вдруг растолковал ему суру (раздел Корана), в которой в сильных выражениях порицаются женщины, не закрывающие лицо в присутствии чужого. С тех пор стало практически невозможным для отца видеть свою дочь, для брата - сестру, особенно если она находилась в гареме ревнивого господина. Другие родственники могут иногда общаться
Чтобы смягчить это жестокое насилие, Кулсун-нене предписывает следующее: "Мои дорогие! Вы должны прежде всего рассматривать как немехрем каждого мужчину, который носит тюрбан, мулл, ученых-теологов и всех тех, кто имеет дело с мечетью или медресе; бойтесь их как чумы. Но если у мулл есть молодой красивый сын, вежливый и веселый, то вы можете оказать почтение его отцу, приподняв немного покрывало и показав глаза. Нужно также остерегаться военных и светских людей.
Но имеются и исключения:
1) не надо прятать лица от красивого молодого человека, пока у него не растет борода; 2) пользуются также привилегией и рассматриваются как мехрем: молодые мужья, армяне, евреи, особенно музыканты; мехремами являются также парикмахеры (деллах), банщики, фокусники, коробейники и ювелиры. При них можно и закрывать и не закрывать лицо, в зависимости от вашего желания".
Четырнадцатая глава снова возвращает к мусульманским ритуалам и рассматривает случай, когда молитву (намаз) женщины слышит или не слышит бог, о чем уже говорилось в третьей главе. Однако в этой главе дается совет девушкам, желающим выйти замуж. Если девушка ищет человека, который ей понравится, она должна при звуках музыки молиться или раздавать своим подругам и беднякам приготовленное ею семину или, наконец, сделать следующее: наполнив карманы орехами, подняться на минарет, разбросать их по полу, накрыть их деревянной чуркой и сесть на нее, чтобы раздавить эти орехи один за другим тяжестью своего тела. Заклинания, которые она при этом произносит или, скорее, навевает, неприлично здесь приводить, но любознательные могут найти их в женском кодексе.
Пятнадцатая глава поучает, как надо делать визит и принимать гостей.
Это, без сомнения, самая моральная глава кодекса. Ее главная идея безграничное гостеприимство для всех, особенно для бедняков.
Если ты хочешь, говорит кодекс, быть счастливым на земле и потом оказаться с избранными в раю, никогда не отказывай в крове женщине, которая хочет провести с тобой некоторое время. Попроси ее войти к тебе с детьми. Первые три дня она ни под каким предлогом не должна уходить от тебя. На четвертый день она вольна решать, покинуть твой дом или нет.
В течение первых трех дней ешь с ней из одного блюда, пей с ней из одной чаши, развлекай ее по вечерам музыкой, танцами и всем, что может развеселить ее. Через два дня после того, как гости (мехман) покинут твой дом, пошли им ценную вещь или, если у тебя ничего нет, апельсин, красное яблоко или цветы как джанкали (на память). Выражения "Твое место свободно" (не занято), "Нам недостает вас" особенно очаровательно звучат на персидском языке. Ими выражают чувство опустошенности, когда любимый человек покидает друзей. Еще один совет: "Не посещай друзей накануне среды - это принесет тебе несчастье". Если красивый остроумный молодой человек придет к мужу, то жена может и должна, как выражается Кулсун-нене, прошептать ему за дверью три раза: "Хош амедид!" ("Добро пожаловать!"); "Сефаавурдид!" ("Ты приносишь нам благополучие!"). Она может даже сказать ему несколько слов или одарить его взглядом, если нет свидетелей.
В конце этой главы проклинаются такие гости, которые пытаются совершить кражу или другое преступление в ущерб хозяину, гостеприимством которого пользуются.
Шестнадцатая, и последняя, глава посвящена усыновлению или способам усыновления брата или сестры. Это действие рассматривается как благородный поступок, используемый иногда как предлог для злоупотребления. Женский кодекс считает женщин способными к проявлению дружеских чувств и рекомендует им придерживаться их.
Здесь следует несколько стихов Мохаммед-мирзы по этому поводу: "Горе женщине, которая не умеет найти себе сестру в этом мире! Для чего она жила? Одинокая и покинутая, прозябает она здесь, на земле, а после смерти ее не будут освежать дуновения рая. Несчастная! В Судный день ты будешь стоять покинутая вместе с евреями и неверными". Эта картина дополнена другой: "Знай, что женщина, которая имеет душевную подругу, сестру на всю жизнь, совершает самое благородное дело в своей жизни! Эта счастливая пара неразлучна. Опьяненные радостью, нежно обнявшись, названые сестры гордо парят под сенью райских кущ. Им все простится, даже если бы книга их грехов пестрела самыми тяжкими преступлениями".