Воспоминания
Шрифт:
Он не осмелился закончить мысль, но Тэдди успокаивающе накрыл его руку своей.
– Скорее всего с Сириной и с малышом ничего не случится. Поэтому перестань заводить себя. Почему бы тебе просто не подняться к ней наверх и не посмотреть, как она себя чувствует, а я через секунду принесу чай. Ладно?
Брэд посмотрел на Тэдди с признательностью.
– Знаешь, ты стал еще лучше. Ты будешь настоящим врачом, Тэдди.
– Заткнись. Ты меня нервируешь. Отправляйся и присмотри за своей женой. Я поднимусь следом.
Однако
– Где ты ходишь? И еще пьешь чай! Господи всемогущий, это еще что за новости? – Она улыбалась, глядя на своего младшего сына с изумлением.
– Это для Сирины. Брэд говорит, она неважно себя чувствует. – Едва он произнес эти слова, как заметил изменившееся выражение лица матери. – В общем, – заспешил Тэдди, – я скажу тебе, если ей понадобится врач.
– Хорошо.
Маргарет не задала ни одного вопроса о том, как себя чувствует Сирина.
Тэдди постучал в дверь спальни. Брэд быстро распахнул ее настежь и отошел в сторону, пропуская его внутрь.
– Что-то случилось?
Брэд заметил странное выражение глаз Тэдди, но тот лишь покачал головой и скрыл за улыбкой охватившее его беспокойство.
– Нет. Ничего. Как она?
– Лучше, мне кажется. Может быть, уже оправилась. Может быть, действительно просто утомилась. – Он понизил голос: – Она причесывается в ванной. Сказала, что у нее не было ни судорог, ни кровотечений, поэтому с ней скорее всего все в порядке. Но Боже мой, Тэд, клянусь, она проплакала все утро.
Их разговор прекратился с появлением Сирины, вышедшей из ванной. Она выглядела уже лучше – волосы уложены, лицо умыто, глаза сияли, и она улыбалась Тэдди. На ней был розовый халат, из-под которого виднелись кончики розовых шлепанцев.
– Боже мой, Сирина, ты великолепна!
Тэдди расцеловал ее в обе щеки, взял за руки и присел рядом с ней около кровати.
– Брэд сказал, что ты неважно себя чувствуешь, но, на мой взгляд, ты выглядишь просто великолепно. – Затем почти профессионально, чем вызвал у брата улыбку, спросил: – Как ты себя чувствуешь, Сирина? Мы с Брэдом сильно волновались.
– Отлично. – Она закивала головой, но тут же глаза ее наполнились слезами, и мгновение спустя, не в силах сдержаться, она потянулась к Брэду и зарыдала в его объятиях. Ей стало не по себе от устроенной ею же самой сцены, но у нее не было сил остановить слезы. В отчаянии через плечо мужа Сирина посмотрела на его брата. Постепенно рыдания улеглись, она высморкалась в носовой платок, который ей протянул Тэдди.
Он нежно, с улыбкой похлопал ее по руке, когда она повернулась к нему, и посмотрел ей в глаза.
– Знаешь, временами это случается со всеми, Сирина. За последние несколько дней ты пережила столько нового – новые люди, новая обстановка, со всем этим нужно справиться. Если бы не беременность, то и тогда ты бы здорово измоталась.
– Извините… – Она покачала головой,
– Не нужно.
Тэдди передал ей чашку с чаем, затем посмотрел на брата, склонил голову набок и по-мальчишески улыбнулся:
– Если я пообещаю не разыгрывать с ней врача, мог бы ты оставить нас на минутку, большой братец?
Он сказал это таким обезоруживающим тоном, что Брэд не мог отказать ему в просьбе. Чуть поразмыслив, он кивнул и выскользнул из спальни, пообещав вернуться через несколько минут и принести еще пару чашек чая. Тэдди подождал, когда брат дойдет до лестницы, затем повернулся к Сирине. Он взял ее за руку и заглянул в глаза.
– Я хочу кое о чем спросить тебя, Сирина, и хочу услышать только правду. Клянусь, ни слова не скажу Брэду. – Он догадывался, что если то, о чем он подозревал, правда, она ни за что не расскажет Брэду. – Ты скажешь мне правду, Сирина?
Она медленно кивнула. Сирина не чувствовала необходимости держаться настороже с Тэдди. Даже в меньшей степени, чем с Брэдом, которого ей хотелось защитить.
– Имеет ли моя мать какое-нибудь отношение к твоим слезам?
Сирина что-то пробормотала, затем внезапно покраснела, резко вырвала свою руку и начала нервно расхаживать по комнате. Эти действия выдали ее с головой. Тэдди смотрел на нее и ждал.
– Она заходила к тебе сегодня, Сирина?
– Да. – Она повернулась к нему. – Но только взглянуть, как я себя чувствую, перед тем как отправиться на ленч.
Она играла в ту же игру, что и его мать, и Тэдди отлично это понимал. Он решил поймать ее на блефе.
– Она никуда не ходила сегодня на ленч, Сирина. А мне она заявила, что не видела тебя вовсе. Значит, обе вы лжете. – Тэдди пристально посмотрел на нее. – Почему?
Это был простой, обыкновенный вопрос, но Сирина вновь расплакалась.
– Я не могу тебе этого сказать.
– Я же пообещал, что ничего не скажу Брэду.
– Но я не могу… – Сирина опустилась на кровать и заплакала, на этот раз Тэдди обнял ее за плечи. Ей было так тепло, уютно и приятно, что у нее почти перехватило дыхание. В эту минуту подлинного сумасшествия Тэдди чуть было не признался ей в любви, но быстро вспомнил, что обнял ее вовсе не ради этого.
– Сирина… скажи мне… Клянусь, я тебе помогу. Но я должен все знать.
– Тут ничего не поделаешь. Просто… – Сирина помолчала, а затем выпалила: – Она ненавидит меня.
– Странно… – Он улыбнулся ей в волосы. – Почему ты так думаешь?
Затем совершенно неожиданно, безгранично доверяя Тэдди, Сирина решилась рассказать о том, что произошло вчера вечером, об ужасном контракте и, наконец, о бумаге, которую она подписала утром.
– Ты подписала?
Сирина кивнула:
– Да. Какая разница? Если Брэд бросит меня, я не захочу пользоваться его деньгами. Я сама позабочусь о своем ребенке.