Восьмое Небо
Шрифт:
– Вам явно не впервой ужинать в кают-компании с капитаном, - помедлив, ответил Дядюшка Крунч, тоже ощущавший себя немного скованно, - А еще вас безоговорочно выдает превосходная выправка. Уж это скрывать бесполезно.
Гостья «Воблы» определенно не относилась к тому типу людей, смущение которых выдает румянец. Она вообще не походила на человека, привыкшего терять душевное равновесие. Человеку, проведшему четверо суток без еды в бездонном небесном океане, позволительно проявить слабость, но она держалась так, словно присутствовала на обеде у губернатора острова, а столовым приборами
Гостья опустила глаза – вежливое обозначение того, что комплимент принят.
– Не стану скрывать, по роду службы мне приходится носить мундир, но едва ли меня можно отнести к небоходам. Мне ничего не стоит перепутать фор-брам-лисель с крюйс-марса-реей. Что же до гелиографа, я знаю едва ли половину символов.
– Вы определенно найдете общий язык с нашей капитанессой, - пробормотал Габерон, приглаживая пальцем ус, - Дьявольский аппарат никак не покорится ее воле. Однажды она чуть не объявила войну целому острову, просто запросив сводку погоды!
Уши капитанессы заалели, но она слишком хорошо держала себя в руках, чтоб сорваться.
– Тогда как вы оказались на корабле, если вы не флотский офицер? – спросила она, тщательно скрывая в голосе напряженные нотки, - В воздушную пехоту, насколько мне известно, женщин не принимают, даже в Каледонии.
– Я офицер по научной части, - гостья приложила пальцы к виску, так слаженно и четко, что Шму на миг даже показалось, что она видит тулью несуществующей фуражки, - Позвольте мне наконец представиться вашему экипажу по всей форме. Старший научный офицер-ихтиолог научной шхуны «Макрель» Линдра Драммонд. Да, я умею носить мундир и даже худо-бедно знаю несколько приемов строевой службы, но это не делает меня флотским офицером. В королевском флоте таких, как мы, в насмешку зовут барабульками.
– Ихтиолог? – сразу заинтересовалась Корди.
На ужин в кают-компанию она явилась с Мистером Хнумром на руках. Шму с облегчением заметила, что вомбат выглядит получше. Взгляд его сделался осмысленным, язык не выпадал из пасти, но шерстка все еще казалась клочковатой и взъерошенной. В противоположность своему обычному поведению он не пытался подобраться к обеденному столу, не клянчил объедки и не дежурил украдкой у стула Шму, надеясь получить кусок с ее тарелки. Он лежал на коленях у Корди, тяжело сопел, сверкая глазами и походил на застиранную бесформенную меховую шапку.
– Ихтиолог!
– Габерон горестно всплестнул руками, едва не уронив на пол винную бутыль, - Как это, должно быть, ужасно, особенно в вашем юном возрасте! Я слышал про подобные поветрия у молодежи на столичных островах, но даже не предполагал, что…
– Изучаю рыб, - Линдра вежливо улыбнулась канониру. Шму показалось, что эта улыбка была частью привычного ей мундира, такая же аккуратная и строгой формы, выверенная, должно быть, до десятой части дюйма, - Ничего интересного. Породы, разновидности, пути миграции…
– Ого! – Габерон отправил гостье столь многозначительный взгляд из-под ресниц, что Корди, не удержавшись, фыркнула в загривок Мистеру Хнумру, - И что за
Будь этот взгляд предназначен Шму, она бы мновенно сгорела от ужаса и стыда. Но на ледяной броне Линдры Драммонд он не оставил даже следа.
– Преимущественно, треску, - она хладнокровно отправила в рот кусок пирога и стала методично его жевать, - Но едва ли это самая интересная тема для беседы.
– Ну отчего же, - Габерон принялся наматывать на палец локон, не спуская масляного взгляда с офицера-ихтиолога, - Очень даже интересная. Я серьезно подумаю о том, чтоб убрать треску из своего рациона. Раз уж она в последнее время становится столь щепетильна к своему личному пространству, что громит целые суда… Вас ведь, если не ошибаюсь, нашли в спасательной шлюпке?
Линдра Драммонд едва заметно вздрогнула, но этого было достаточно, чтоб вилка в ее руке издала неприятный скрежещущий звук по дну тарелки.
– Боюсь, рыба не имеет отношения к гибели «Макрели».
– Полагаю, это…
– Мой корабль, - Линдра протерла салфеткой губы, совершенно в этом не нуждающиеся, - Научно-исследовательский корабль Каледонии.
– Вы сказали «Макрель»? – вежливо осведомился «Малефакс», до этого момента не выдававший своего присутствия, - Мне не приходилось слышать о научной шхуне Каледонии с таким названием. А я-то думал, что мои корабельные реестры укомплектованы самой свежей информацией.
Линдра немного напряглась, взгляд затвердел. Видимо, общее с гомункулом в таком тоне все еще было для нее в новинку. Неудивительно, подумалось Шму. Она наверняка привыкла к молчаливым и исполнительным гомункулам королевского флота, по сравнению с которыми «Малефакс» походил на взбалмошенный хаотичный воздушный поток.
– «Макрель» - не шхуна. Это совсем крошечный кораблик, воздухоизмещением всего в тысячу тан. Одна-единственная мачта, шесть человек экипажа. Его и в подзорную-то трубу не всегда в ясном небе разглядишь…
Алая Шельма сплела пальцы под подбородком, внимательно глядя на гостью. Кажется, она копировала позой какое-то старое полотно, Шму не была в этом точно уверена. Но капитанскую скованность она ощущала так же отчетливо, как крен «Воблы» на крутых воздушных виражах.
– На столь малом корабле было опрометчиво отходить далеко от острова, он не создан для сильных воздушных течений, - заметила она, стараясь сохранять прохладное достоинство подстать гостье, - Впрочем, не помню, чтоб в последнее время в округе бушевали шторма.
– Штормов не было на триста миль в округе, - подтвердил «Малефакс», - Мы же в воздушном пространстве Каледонии, шторма здесь обыкновенно случаются раз в восемьдесят лет, по случаю какого-нибудь важного государственного праздника. Зато облачный кисель такой, что старушка «Вобла» того и гляди увязнет, точно муха в паутине…
Линдра откусила кусок хлебца, так осторожно, словно он был сделан из броневой стали.
– «Макрель» погубил не шторм. Это были люди.
– Вот как? – Габерон приподнял бровь, - Скажите на милость! Никогда бы не подумал, что кто-то кроме нас осмеливается забираться вглубь Унии.