Восьмая горизонталь
Шрифт:
даже как он жрал сырое мясо. Видно прирождённый вожак. Совсем недавно решил его
объездить. Это было что-то! Ощущение, словно обуздал дикого быка и хотя мы вроде
друзья, он чуть не разорвал мне ногу, пытался скинуть, ржал как взлетающий реактивный
лайнер. Но я, все же, сильнее, это он понял после двухчасовой сумасшедшей скачки.
Остановился. Весь в пене, потом забрызгал одежду, даже седло промокло. Бешенство в
раскалённых глазах исчезло. Я спрыгнул, он уткнулся тёплыми губами в
его к озеру, напоил, помыл, расчесал спутанную гриву. Домой меня вёз как смирная
овечка. Я боялся, что невзлюбит меня, но наоборот, Шпора привязался ко мне как к
своему родителю. Но для других остался свирепым зверем, только Ладу терпит, да и
Ярику разрешает себя чистить и мыть. А у Лады, напротив, коник попался спокойный, но
выносливый и резвый. Назвала его Соколиком.
Пахнет зеленью, дымом и свежестью с озера. Народ идёт с работы домой. Много
знакомых лиц, на этой улице в основном мои родственники, друзья, знакомые. Но проехав
не более ста шагов, картина меняется. Всё чаще вижу незнакомцев и даже ощущаю,
некоторые меня не знают. Это не мудрено, наш город разросся до тридцати тысяч. Почти
каждый день кто-то да приходит.
Минуем казармы, затем выезжаем к торговым домам. Множество магазинчиков,
забегаловки, чтоб поесть на скорую руку, трактирчики в которых есть всё кроме
спиртного. На него запрет, вплоть до отрубания пальцев. Везде чистота и порядок, непременное моё условие.
На подходе к рынку краем глаза цепляю команду из малышни. В главе команды
гоп, Светочка, рядом не по годам повзрослевший Игорь в волчьей шкуре. За ними, боясь
отстать, чешет мелюзга, от семи до десяти лет. Видя такой беспредел, торможу Светлану
Аскольдовну.
– Ну, колись дорогая, куда детвору ведёшь?
У девочки глазки забегали. Что бы выдумать? Игорь насупился, искоса
поглядывает на малолетнюю бандершу.
– На озеро купаться. Мне папа разрешает,- выпалила она.
– Допустим тебе можно, хотя я не уверен. А причём твои друзья? У них свои родители
есть.
– Мне тоже можно,- сверкает белоснежными клыками Игорь.
– Мне некогда разбираться. Всем по домам,- с трудом хмурюсь я.
– Тётя Лада!- пискнула Светочка.
– Ну, ребятки,- разводит она руками,- здесь мои уполномочия не действуют. Выполняйте, что вам дядя Никита сказал,- произнесла она строго, но в глазах искрится веселье.
Дело в том, что озеро не мелкое, пару шагов и... пропасти. Но хуже всего, в омутах
обитают огромные сомы, до четырёх метров. Бывало, заглатывали даже людей, поэтому
купальни организовали в строго отведённых местах, но мальчишки на пляжах купаться не
любят. Вечно с ними проблемы.
Светочка
вздёргивает носик, оглядывает притихшую малышню.
– По домам!- тоном, не терпящим возражений, командует она. Малыши разбрелись кто
куда. Она осталась стоять с Игорем.
– А вы, почему стоите, как два тополя?- я сурово сдвигаю брови.
– Мы тоже уходим домой. Правда, Игорь?- Светочка щурит ясные глазки. Она, хитро
улыбаясь, тащит мальчика, вроде бы к дому.
– Смотри, Светлана Аскольдовна, мы скоро приедем. Если вас не увижу, будете наказаны,-
вдогонку кричу я. Но дети делают вид, что не слышат. Паршивцы!
– Мне кажется, у них есть план,- Лада внимательно смотрит на меня,- нас они глубоко
имеют в виду. Как бы хлопот с ними не было. Яне и Семёну надо бы за ними
приглядывать внимательнее. У них такой возраст, они самые умные, а все мы - старая
плесень.
– Угу, особенно ты,- оглядывая жену со всех сторон, и не обнаружив ни каких изъянов,-
соглашаюсь я.
– Иногда ты бываешь просто несносным,- возмущается Лада. Если серьёзно, возраст у них
не простой, не придержать, натворят бед.
– А мы тут причём? Аскольд ей всё разрешает, Яна считает, чем больше свободы, тем
больше приспособится к жизни.
– Она сама ещё ребёнок,- вздёргивает тонкие брови Лада.
– Старушка ты моя тридцативосьмилетняя,- сокрушённо качаю головой.
– Она младше меня на пять лет,- вспыхивает Лада.
– Вот и я говорю,- и получаю сокрушительный удар острым кулачком между лопаток.
– Твоя взяла,- морщусь от чувствительного тычка и иду на мировую.
– Семён Игоря балует,- с возмущением продолжает она.
– Очень хорошо, "детей надо баловать и тогда из них вырастут настоящие разбойники",-
усмехаюсь я.- А ты, что, Ярика иначе воспитываешь? Мальчик совсем домашний.
– Я не о том,- отмахивается она,- Игорь крепкий ребёнок, но излишне добрый, сложно
будет в жизни. Увидел зайца подранка, заплакал, сейчас выхаживает. У него столько
зверей дома, а Семён ему потакает, клетки новые делает - целую лечебницу организовали.
– Разве это плохо?- с недоумением смотрю на жену.
– Нет, конечно, но вдруг он останется один. Пропадёт! Он не сможет охотиться.
– Он не будет одинок. Он один из нас,- мрачнею я. Понимаю, куда клонит Лада. Люди
рассказывают, к воротам Титанов часто приходит лесная женщина, вероятно - мать Игоря.
Лада боится, что она выкрадет его.- Кстати, твоего отца безумно любят животные и он их.
В то же время это не мешает ему быть прекрасным охотником. Помню, когда с тобой