Воскрешение

Польшаков Аркадий

Весной их повезли дальше на север России, в глухие районы под Плисецк (здесь ныне расположен российский космодром). Там у АМ с женой умерла младшая дочь. Они до сих пор помнят, как ее хоронили, опускали ее маленький гробик в сырую, залитую водой могилу. Деревянный гробик не хотел тонуть, он все всплывал, как бы не желая покидать их. Тогда кладбищенские мужики начали кольями и лопатами топить его. Страшно вспоминать. Жена АМ тогда прямо на глазах поседела. Вот такова эта печальная история.

Трудно поверить, что так люди обращались с людьми. Хотя этих судей нельзя назвать

людьми, это, скорее всего, оборотни.

Теперь этих, с позволения сказать, "судей" самих судили бесы-мытари, отдавая каждому должное по их земным заслугам. Очень хорошо об этом в Святом писании сказано: "Не судите, да не судимы будете. Ибо, каким судом судите, таким будете судимы, и какою мерою мерите, такою и вы будете мерены."

– Наказание должно быть адекватно преступлению!
– так выразился Главный Бес-мытарь.

Не задерживая здесь душу Югова, бесы переправили ее в десятое мытарство.

В десятом мытарстве, мытарстве зависти, было полно грешных душ. Такого количества завистников и карьеристов душа Югова никогда не видела. После лени зависть - вторая пагубная черта "гомо сапиенса". Очевидно, она в хронометрическом порядке родилась на Земле после лени и является как бы ее младшей сестрой.

Душу Югова буквально стошнило от скопления черных завистливых душ, карьеристов всех мастей и уровней, фискалов, анонимщиков с их шакальими душами...

Целая армия осведомителей работала против своего народа. Даже в их группе оказался такой фискал. Жаль, что Югов поздно узнал об этом. Но, видит Бог, тот сполна получил за свое предательство. Приговор суда был суров: его разделили на кварки...

Из остальных десяти мытарств наиболее поразило душу Югова семнадцатое мытарство - прелюбодейное.

К любви его душа относилась весьма бережно ,считая, как и Феофан Затворник , что в истинном виде любовь - это рай духовный , теплое ,мирное, радостное чувство , твердое и постоянное . В ком живо это чувство , тот блаженствует . Рай есть любовь ... Поэтому его просто ошарашило показательное судилище над душой одного соотечественника Ивана, который многократно переплюнул легендарного Дон Жуана по части ловли на крючок любви многих доверчивых женских душ.

Поскольку суд над Иваном Перебейносом, так звали на Земле соблазнителя, был показательным, следует несколько подробнее рассказать о нем.

Представьте себе громадный мрачный грот в подземелье, где на вас с потолков свешиваются гигантские сосульки-сталактиты. Вокруг полумрак, духота, скопище грешных и заблудших душ. И тишина... Тишина... Зловещая, давящая гробовая тишина, лишь изредка прерываемая всхлипываниями отдельных до жути перепуганных душ.

В конце грота на освещенном возвышении расположились судьи (бесы-мытари). Их было шестеро. Они чинно и важно восседали - если можно так сказать про бесов, так как были духами , - на обломках сталактитов, обтесанных наподобие кресел с высокими спинками со знаками Сатаны. Между ними то и дело бесшумно шмыгали бестелесные их помощники - младшие бесы и бесенята.

В центре полукольца своеобразного амфитеатра под полупрозрачными колпаками смутно виднелась грешная душа обвиняемого

в прелюбодеянии Перебейноса . По сторонам друг против друга восседали с одной стороны прокурор с помощниками, а с другой - ангел-хранитель с адвокатами.

Грянул гром небесных барабанов и началось светопреставление.

Первым поднялся главный прелюбодейный бес-прокурор и гробовым голосом на все подземелье начал фотонить, обвиняя в грехах тяжких грешную душу Ивана Перебейноса, метая при этом на него громы и молнии. В воздухе запахло гарью и паленым мясом.

– Только подумать, - обвинял бес-прокурор, показывая плазменно-воздушным пальцем в сторону колпака, под которым сидела грешная душа Перебейноса, эта жалкая душонка за всю свою сознательную половую жизнь на земле вступила во внебрачный контакт со 113 женщинами и молоденькими девушками и 79 из них оплодотворила . И все это сделано за неполные 5 лет.

– Сколько ,сколько?!
– вопросительно воскликнул судья, главный прелюбодейный бес-мытарь.

– Сто три-над-цать, Ваше бесовство!
– громко по слогам повторил бес-прокурор, - из них у 79 родились дети.

– Не может быть!
– воскликнул главный бес-мытарь.
– Такого поразительного результата не было в моей практике, - ошарашено добавил он.

– Ваше бесовство!
– обратился один из его помощников - Этот факт необходимо занести в "Книгу рекордов Балбесекса".

– Занести для истории, - важно профотонил главный бес.

– Как же вы дошли до такой жизни?
– спросил он грешную душу Ивана.

– Не знаю, Ваше бесовство , - почтительно - смиренно ответила грешная душа Перебейноса.
– Просто, может быть, у меня было такое "хобби". Одни коллекционируют марки или пустые бутылки, а я вот - женщин. При этом я не насильничал, многие были рады тому...

Затем на суде шел дотошный разбор каждого случая в отдельности.

Но самое удивительное, что Иван легко отделался, и он, вернее, его душа, очищенная от скверны и еще чего-то попала на небо в свиту богини красоты Венеры, где он занимает сейчас должность младшего научного консультанта старшего помощника евнуха по сексуально-половым вопросам. Спасла нашего Ивана от разложения на кварки опять-таки женщина, но не простая. Спасла богиня.

У Югова в этом плане биография была более скромная , всего две-три интимные встречи. В конце концов его грешная душа, благополучно пройдя через все бесовские мытарства, очищенная покаяниями, предстала перед Богом.

x x x

Кто такой Бог и какой он? Об этом стоит рассказать несколько особо.

Как и всем живущим на Земле, Бог душе АЮ (Александра Югова) ранее представлялся в образе человека. Таков он на картинах, иконах и в росписях на стенах церквей и монастырей.

Тот Бог, который предстал впервые перед ним, ничего общего с прежним не имел. Он был каким-то необычным существом, светившимся внеземным ярким, белым светом, который не причинял боли глазам, не ослеплял и не мешал видеть все вокруг. Возможно это объясняется тем, что у АЮ после смерти не было физического тела и потому ослепить ему глаза было просто нельзя.