Восхождение
Шрифт:
— Я уладил вопрос, — воин вернулся. — Десять посещений, в любое время. Я исполнил желание леди?
— Д-да, — Хэйт кивнула. В голове воображаемый оркестр навязчиво играл «Jingle Bells».[4] Она протянула лист с наброском мужчине. — Возьмите. Но… Почему? Это же большая сумма, а рисунок… В нем нет ничего особенного. Явно не тянет на такую стоимость.
— Для вас, милая леди — нет, а для меня — более чем, — мягко улыбнулся мужчина, принимая от Хэйт протянутый эскиз. — Видите ли, я начинал игру в Велегарде. И Гильдия Воинов долгое время была моим вторым домом. Да и строение мне очень нравится. Я скринов
Воин умолк и, кажется, смутился.
— Это вовсе не кажется мне глупостью, — Хэйт улыбнулась. — И спасибо вам.
— О, это я вам признателен! — воин потянулся к кошельку, видимо, собираясь добавить денег сверх платы за вход. — Примите…
Хэйт резко замотала головой. За эскиз этот неисправимый романтик переплатил стократно, принять хоть на медяк больше — значило бы поступиться гордостью.
— Понимаю, — кивнул воин. — Я открыл для вас одну дверь, вы — излечили мою ностальгию. Справедливо!
Фигура воина замерцала и исчезла в серо-синей вспышке. Наверняка, полетел устраивать картинку на видное место в частном домике (они стоили — Хэйт проверяла — просто невероятно дорого для среднего игрока, так что полсотни золотых на прихоть он потратить был вполне в состоянии). А ведь имени его она и не спросила…
Девушка плавной походкой направилась к стражнику.
— Желаете пройти внутрь? — подобострастно спросил НПЦ.
— Нет, не сегодня, — ответила Хэйт, ухмыльнувшись. Не одних людей меняют деньги. На неписей (так в простонародье окрестили НПЦ ее знакомые из другой онлайн-игры, хотя как они их только не обзывали) они тоже ох, как влияют. — Выход!
«Завидуйте, ехидны», — улыбнулась про себя Вероника, откидываясь на округлую спинку стула, принимая довольно вольготную позу. На лице же не было ни тени улыбки, и смотрела она в окно, поверх голов одногруппниц, одаряющих девушку не самыми благожелательными взглядами. Уж с чем-чем, а с фигурой у нее проблем не было. Ни ранних «ушек спаниеля», как у Светочки, ни приятной, но все же излишней полноты Ольги, ни категоричной плоскости в том месте, где полагается быть груди, как у Ани, ни тем более — несоразмерно крупной филейной части Полины, — у Вероники не наблюдалось. Аккуратное, гармоничное тело, хоть на подиум, разве что роста немного не хватило для «модельной внешности». Впрочем, в «модельки» она никогда и не стремилась.
Гламур и пафос плохо сочетались с ее натурой, если не сказать — не сочетались вовсе.
Шел второй час позирования, аудитория не отличалась качеством обогрева, так что по коже Вероники время от времени пробегали волны дрожи, но она старательно не замечала неудобств, в том числе и затекших мышц. Она перебирала в памяти героев прошлого вечера: пузатого плута Сорхо (и ведь надо было такую внешность сотворить!) и безымянного рыцаря (или таки паладина?..), эдакого чудаковатого богатея, вернувшего ей надежду в минуту, когда она готова была сдаться… В общем, пока тело отсиживало часы в холодной аудитории, мысли Вероники витали вокруг злоключений ее виртуального прообраза.
Обычно
Да и сама Вероника, внешне — расслабленно-надменная, изнутри была собрана, даже напряжена, безотчетно готовясь к какой-нибудь гадости. Не могли они ей вот так легко простить критику, а тут как раз — вот совпадение! — она перед ними, практически голая (не считать же за одежду крохотные стринги телесного цвета) и беззащитная. Лучших условий для маленькой мести и не придумаешь…
— Ты не замерзла? — подняла голову от эскиза Полина.
Вероника прищурилась, выискивая издевку в глазах сокурсницы, но обнаружила только искреннюю заинтересованность. Вообще, труд натурщицы в плохо отапливаемом помещении легким и приятным назвать сложно.
— В принципе, нет, — Вероника пожала плечами. — Да и сидеть осталось недолго.
— Давай обогреватель включим? — не унималась Поля.
Предложение при рассмотрении показалось совсем безобидным, так что, прикинув все за и против, Вероника решила не отказываться. Действительно, глупо морозить задницу, когда можно получить толику комфорта.
— Если ты настаиваешь, — кивнула она Полине.
Та просияла и резво вскочила с табурета.
— Только наш сломался, я быстренько к первокурсникам сбегаю! — прозвучало уже из-за двери.
Ширму перед входом на то время, когда натурой выступала одна их студенток, обычно не ставили, просто запирая дверь на ключ, обосновывая это удобством в постановке с разных ракурсов. Потому, когда Полина вернулась не только с обогревателем, но и с носильщиком для оного, в лице довольно известного шалопая со скульптурного отделения, Вероника не особо удивилась.
Примерно этого она и ожидала…
— Ставьте сюда, — гордо распрямив и без того не ссутуленную спину, указала она вытянутым носочком ноги на край подиума. — Надеюсь, он хотя бы работает?
Скульптурник невразумительно мотнул головой, не отрывая взгляда от открывшегося ему зрелища, чем изумил девушку — обнаженная натура в условиях училища искусств не являлась такой уж редкостью, давно бы пора насмотреться и реагировать поспокойнее, — затем все же донес тяжелый обогреватель до означенного места.
— Спасибо за рекламу, дорогие мои, — усмехнулась Вероника, стоило парню покинуть аудиторию. — Осталось придумать, куда теперь девать лишних поклонников.
Она встала со стула и медленно, в наполненном оцепенелым молчанием помещении прошествовала к стопке своей одежды.
— На сегодня сеанс окончен, дамы, можно прекратить таращиться.
Если не считать «обнаженку», посещение училища в эту пятницу было сущей формальностью. Пятерка за рисунок Веронике была обеспечена, все работы она сдала раньше срока, а Игорь Дмитриевич, дядька невредный, неоднократно замеченный в совместном распитии спиртных напитков со Стасом, свой автограф в зачетке мог черкнуть и в другой день. Но девушка решила не накалять обстановку.