Восход созидателя. Каратель. Часть 2
Шрифт:
— Ну что же ты, Цезарь, молчишь, я так соскучилась по твоему голосу, — пока она это говорила, троица уцелевших боевиков, решив что терять больше нечего додумались до штурма. Два обладателя копья резонно решили, что копье доберется до этой маньячки гораздо быстрее, чем они на своих двоих и размахнулись для броска. Один недовикинг с топором решил испытать себя в роли берсерка.
Но Ласка решила сдать экзамен перед комиссией в лице ее боевых товарищей на отлично. Три экономных выстрела как в тире и три новые кандидатуры отправляются в Преисподнюю.
— Ну
Она тщательно прицелилась в ногу смертельно бледного Сивого и нажала на спусковой крючок. Раздался выстрел, пуля выбила из бетона фонтанчик бетонной пыли.
— Ой, я такая неловкая, — сконфуженно пролепетала Юлия.
— Ты, (цензура), дура (цензура)! Ты (цензура) считать не умеешь(цензура)! — Сивый решил воспользоваться промахом Ласки, который он принял за чистую монету и рванул вперед.
Но пуля из Вала, который до этого она тщательно прятала за спиной и который немедленно схватила, отбросив ненужный пистолет в сторону, перебила кость правого бедра. Он упал за бетон и страшно выл, не силах кричать.
— Это тебе, грязный ублюдок, за Веру, — пуля левую ногу, — А это за Никиту. Вот тебе за Колю!
Сивый с перебитыми руками и ногами валялся на земле и хрипел. Постояв еще немного, Ласка поставила милосердную точку, оборвав мучения негодяя.
Все, наш выход с Рустемом.
Девушка все еще стояла над Сивым, когда мы подошли к ней.
— Чего так затянула? Сказано было, в темпе, а что за балаган тут устроила? Все пора уходить! — я нарочито грубо и бесцеремонно оторвал ее от созерцания поверженного врага, что возимело воздействие.
Она словно сбросила оцепенение и, подобрав пистолет быстро сменила магазин, убрала его в кобуру и рванула вперед с этого проклятого места.
Мы с Рустемом едва поспевали за ней.
Пройдя метров двести от места казни, я окликнул нашу проводницу.
— Ласка стой, привал!
Она остановилась, но не поворачивалась.
— Ласка, иди сюда, — позвал я. Девушка механически, как робот обернулась и с отсутствующим выражением лица приблизилась ко мне.
— Юля, посмотри на меня, — в взял ее за плечи и посмотрел на нее. Когда наши взгляды встретились я произнес, — Все хорошо, девочка! Все позади! Все будет Хорошо!
Державшаяся до этого момента исключительно на силе воли этой хрупкой на вид девушки море эмоций прорвало тонкую плотину, которая сдерживала всю эту массу переживаний и впервые за все время нашего с ней знакомства проявила слабость. Он набросилась мне на грудь и надрывно разрыдалась.
Скорее всего она ревела впервые за долгие годы своей короткой но от этого не менее тяжелой жизни. Вся горечь, вся боль, все обиды на жестокую и несправедливую судьбу, которые годами копились ее еще почти детском сердечке изливались сейчас и этими слезами.
Я гладил ее по голове, и успокаивал.
— Все хорошо, девочка. Вот теперь все будет хорошо.
Она несколько секунд смотрела в мои глаза.
— Да, верю, — ответила она.
— Вот и хорошо, все будет отлично, малыш! — я погладил ее по голове и поцеловал в лоб, — А теперь нам надо идти!
— Да, конечно! Я теперь в порядке! — она вытерла слезы рукавом рубашки и попыталась улыбнуться.
К ней подошел Рустем, они обнялись, а он погладив ее по голове повторил мои слова.
— Все хорошо, девочка! Теперь все хорошо. — И тоже поцеловал ее в лоб.
Иванова окончательно пришла в себя, и я теперь уверен, что с призраками прошлого покончено, и теперь она целиком посвятит себя работе в общей упряжке.
Наш путь пролегал через лабиринты между пятиэтажными домами. Иногда приходилось протискиваться через полутораметровые промежутки между строениями.
До выхода из этого ада на земле оставалось около двадцати минут, когда одновременно я и Дедал обнаружили всплеск активности и радиомагнитном диапазоне в шестистах метрах от нас.
— Что происходит, Дедал? — запрос я отправил двоичным кодом.
— Столкновение двух банд за контроль над доходами от нищих.
— Здесь есть нищие которые собирают подаяние и им кто-то подаёт? — удивился я.
— Получается есть, и судя по всему доходы стоят того, чтобы за них драться.
В это время послышались два взрыва. Ласка и Рустем встрепенулись и посмотрели на меня.
— Городские банды делят доходы от попрошайничества. Отсюда метров шестьсот. Надо поднажать.
Оба согласно кивнули головой и мы побежали к выходу.
Переулки были безлюдны, как всегда при вооруженных столкновениях.
А сражение набирало обороты, все чаще происходили взрывы, причем в совершенно разных местах. Или у них такой разброс связан с отвратительной точностью или события происходят на большой территории. Слышались автоматные очереди и выстрелы из гладкоствольного оружия. Пару раз бахнуло метрах в двухстах от нас, что придало нам еще больше прыти.
А вот такой желанный выход. Внедорожник, за рулем которого был земляк Алиева уже поджидал нас недалеко от границы между земным адом и обычной жизнью.
Мы наконец-то расслабились и перешли на шаг. До машины оставалось нашей три метра, когда в пятнадцати метрах за спиной взорвалась, судя по звуку, граната и Ласку бросило лицом вперед на московский асфальт.