Восхитительный
Шрифт:
— Н-но у меня нет ничего особо ценного. У меня нет плоского телевизора. Мой ноутбук в «Bonheur». Я не держу наличные в доме. У меня не так много ювелирных украшений.
— И ты всегда носишь свое обручальное кольцо с этим булыжником, вместо бриллианта.
Значит, Тайлер заметил ее кольцо. И восторга в его голосе слышно не было. С другой стороны, Алиссу это не удивило.
Тайлер открыл дверь в спальню и остановился:
— Выключатель?
— На стене справа, ближе к ванной комнате.
Он помедлил и покачал головой:
—
Обойдя ее спальню, мужчина отступил к гостевой ванной комнате дальше по коридору и включил там яркий свет. Лучи света падали на паркет в прихожей и отбрасывали серые тени до дверей ее комнаты.
— Подожди здесь. — По его тону, она поняла, что его приказ не подлежит обсуждению.
В ее животе пульсировал комок ужаса. У нее было плохое предчувствие, что ее хотят раздавить, напугать, но записок, прикрепленных ножами, видно не было. Сердце бешено стучало, девушка сжала губы так, что не могла дышать и предупредить Тайлера о том, что она шла за ним по пятам.
— Ты не следуешь моим инструкциям.
Алисса не обратила на его слова внимания, пока он не выставил перед ней руку:
— Черт, подожди в коридоре за дверью. Ты загораживаешь свет.
Неохотно она отошла в сторону, оглядывая пространство около двери. Мгновение спустя, Тайлер щелкнул выключателем. Он открыл ей вид на разгромленную комнату, девушка закричала. Одежда Люка была свалена в середине спальни, разорванная в клочья и залитая красной краской. Постельное белье было сорвано с матраца и разбросано по полу, разорванное в порыве ярости и также залитое краской. Алой краской был забрызган ковер и стены ее спальни. Она чувствовала ярость того, кто сделал это. Деяние было глубоко личным, молчаливым актом войны.
— Кто мог это сделать? — Ее голос дрогнул, и она схватилась за живот, боясь, что ее вырвет.
— В первую очередь я подумал о Питере.
— Прямо сейчас он в пригороде.
Тайлер нахмурился:
— Примптон?
— Он просто хочет закрыть мой клуб. Для этого ему нужно публично дискредитировать меня, а не пугать. Вторжение в мое личное пространство ничем ему не поможет.
— Может быть, он просто надеется выгнать тебя из города?
— Уверена, он бы обрадовался такому развитию событий, но за восемнадцать месяцев его преследования он так ничего толком и не сделал. — Алисса покачала головой. Это не Примтон.
— Верно… но он единственный подозреваемый, что у нас есть, если у тебя на примете нет другого клиента, который мог на тебя точить зуб.
— Нет.
Алисса продолжала осматривать разгромленную комнату с открытым ртом. Бутылочки с духами были везде, большинство разбиты, и в комнате пахло ужасной смесью цветов и химических веществ, вызывающую у нее тошноту. Тот, кто ворвался в ее дом, свалил в кучу ее нижнее белье на середине кровати, и как только она подошла ближе, зрелище стало еще более отвратительным:
— О, Боже. Эт-это
Тайлер мгновенно оказался около нее, глядя на обильные следы белого семени, которые больной урод оставил на ее белье.
Алисса поднесла руку ко рту и отвернулась. Сейчас ее вырвет. Ее взгляд наткнулся на что-то, серебряное на ковре, едва торчащее из-под одеяла. Страх и отрицание наполнили ее сердце, она подбежала и протянула руку, чтобы взять предмет.
— Нет! — Зарычал Тайлер и оттащил девушку в сторону, прежде чем она успела схватить увиденный объект. — Ничего не касайся. Позволь мне.
Осторожно большим и указательным пальцами, он достал из-под пушистого одеяла предмет. Худшие опасения Алиссы подтвердились: кто-то уничтожил подарок Люка. Свадебная фотография, на которой был запечатлен их поцелуй, была разорвана на мелкие кусочки. Мерзкий злоумышленник плеснул красную краску на фоторамку, залив гравировку. Девушка зарыдала и потянулась к ней, ей так сильно хотелось восстановить рамку, что было больно.
Тайлер обернул руки вокруг ее талии, прижав руки Алиссы по бокам:
— Не надо.
— Н-но мне ее подарил Люк. — Уставшая и дрожащая от вырывающихся наружу рыданий, девушка согнулась пополам, не в силах больше смотреть на разруху вокруг.
Тайлер прижал Алиссу спиной к своей груди, поведя ладонью по животу девушки, его губы коснулись ее уха:
— Все хорошо. Мы исправим все. Дорогая, не расстраивайся. Это вредно для тебя.
Или для ребенка. Она знала, но шок и страх, а также истощение и отвратительные запахи сломили ее.
— Шшш, — успокаивал он.
Она покачала головой:
— Я не могу.
— Ты должна взять себя в руки. Реми и его парни скоро будут здесь. Пойдем.
Алисса слабо кивнула, и Тайлер поставил девушку на ноги. Она заставляла себя оставаться в вертикальном положении, хотя ноги ее почти не держали. Тайлер отбросил одеяло немного в сторону от сломанной фоторамки, показывая последний и худший из ужасов. Ее фотография в подвенечном платье, была вырвана из рамки, и на ней злоумышленник оставил девушке сообщение, при виде которого она закричала и потеряла сознание.
Алисса пропала. Шагая по гостиничному номеру в Лос-Анджелесе, Люк пытался до самого рассвета дозвониться на домашний и сотовый номера, набирая их снова и снова. Ни ответа, ни голосовой почты. Сэди так и не удалось найти ее в «Bonheur» или клубе. Реми мог только сказать ему, что Алисса вызвала службу спасения «911» и сообщила, что кто-то проник в ее дом. И к тому времени, когда шериф и его заместитель прибыли, машина девушки стояла на месте, но ее самой нигде не было видно. Неужели ее похитили? Что если кто-то другой, а не Питер, оставлял эти записки с угрозами и сейчас схватил ее? Термин «холодный пот» приобрел для Люка совершенно новый смысл, к тому времени, когда он запихнул последнюю вещь в чемодан.