Воровка
Шрифт:
После некоторых манипуляций браслет показал данные нашего забега в цифрах. Скорость меня интересовала сейчас мало, по этому столбцу я лишь скользнула взглядом, направление тоже проигнорировала — в усадьбе стояли искажатели как раз для таких аппаратов. Но вот расстояние они могли сбить лишь отчасти, увеличив погрешность с метра до десяти. На фоне остальных проблем это препятствие было незначительным.
— Последнее время мы бежали в одном направлении чуть больше двух километров двухсот метров.
—
Я ответила ему угрюмым взглядом.
— Таких тоннеля было два. — Нехотя протянул Ганс. — В разных концах усадьбы.
— И оба открытые?
Он молча пожал плечами.
Я спрятала комм и решительно повернулась к преграде:
— Значит, надо искать скрытую дверь.
— А я, по-твоему, чем тут занимаюсь? — Огрызнулся Ганс.
Я прекрасно понимала его чувства. Топот охранников был уже совсем близко, хотя свет их фонарей до нас ещё не доходил.
— Ничего? — Сочувственно спросила я.
— Абсолютно нормальная стена без единого зазора.
Беспросветное отчаяние затопило моё сердце.
Я до последнего надеялась на благополучный исход нашего предприятия. Даже когда сработало неучтённое оповещение, информации о котором у нас почему-то не оказалось, даже когда нас вынудили свернуть с правильного пути, даже когда мы окончательно заблудились и оказались на самом нижнем этаже усадьбы, а потом и под ним… Даже когда я поняла, что нас осознанно гнали туда, и мы начали петлять. Даже когда Ганс споткнулся, из-за чего мы потеряли драгоценные секунды и не успели уйти обратно наверх. Даже, когда плюхнулась в эту грязную лужу… До последнего.
— Знаешь… — Задумчиво протянула я, последний раз проведя взглядом по стене. — Может, из лабиринта вообще нет выходов и все эти ответвления — банальные тупики? Вот скажи, зачем Инквизитору иметь столько запасных выходов из усадьбы, да ещё и усложнять их лабиринтом? Для спасения в экстренной ситуации достаточно одного-двух, самое большее — трёх, чтобы враги не проведали, через какой он решит смыться. Хотя какой дурак станет связываться со столь влиятельной личностью, кроме нас с тобой и подобных нам?..
Ганс молча слушал мои рассуждения. Ему было нечего возразить. Как я припоминала, все длинные конечные ходы заканчивались обычным пунктиром, ничего толком не обозначающим.
— Жаль, что мы вообще согласились взяться за это безнадёжное дело… — Я прислонилась спиной к стене и медленно сползла по ней в воду. — До нас ведь уже пытались обчистить Инквизитора…
— Ты сдаёшься?! — Возмутился мой напарник, заметив мои действия.
— Нет. — Ответила я. И это была правда. — Просто хочу быть поближе к смерти.
Я посмотрела в коридор, где, благодаря линзам, уже отчётливо различала восемь крупных мужских силуэтов.
— Не понимаю. — Покачал головой Ганс, прекратив наконец бесплодные попытки что-то обнаружить в торцевой стене.
— Вода холодная, да и здесь не жарко. Простуда увеличит мои шансы на скорую гибель. Или хотя бы приблизит спасительное забытье.
Ганс усмехнулся и плюхнулся напротив, а затем и улёгся в самую грязь.
— Хорошо… — Мечтательно протянул он, глядя в потолок.
Я проследила за его взглядом, но не заметила ничего, кроме всё того же лишайника, спускающего обрубленные ветви к полу. Кто-то регулярно его подрезал…
«Подрезал?.. Значит, ход всё-таки зачем-то нужен!»
Эта мысль подкинула меня в воздух эффективнее мины.
— Ганс! — Позвала я. — Проверь боковые стены! Здесь должен быть выход!
— Но на схеме… — Лениво возразил он.
— Знаю, я тоже её изучала! Там указаны только ходы, завершённые непонятным пунктиром, без всякого намёка на выход!
— Вот! А в надземной части…
— Ганс! — Не выдержав, прикрикнула на напарника я. — Отлежаться ещё успеешь! Вставай!
Мой крик ускорил не только его, но и наших преследователей. Я принялась судорожно ощупывать одну сторону, напарник — другую. Глухой стук каждого камня был мне как ножом по сердцу и подстегал работать быстрее. Ни один выступ не нажимался, ни одна плита не сдвигалась…
— Безнадёжно. — Тихо сказал Ганс. — Мы пропали.
— Не сдавайся! — Прошипела я. — Или больше ни на одно дело тебя собой не возьму!
— Да какое ещё дело, Аль?! — Вскричал напарник. — Ты сама только что разглагольствовала о смерти! Ты знаешь, что живыми мы от Инквизитора не уйдём, хоть и мёртвыми покинем его нескоро!
Вне себя от ярости я повернулась к нему лицом:
— Да! И пока я сидела и разглядывала с тобой потолок, поняла, что за этим ходом тщательно следят! А значит, выход здесь есть! И если ты…
— Да пошла ты со своими угрозами! — Грубо толкнул меня вбок Ганс, уронив в лужу.
Впервые он позволил себе со мной такое обращение… Хорошо, что до полноценного мата в мою сторону пока не дошло.
— Шарк цурим, ты совсем спятил?! — Неловко вставая на четвереньки, возмутилась я. — Ты… — Я оборвала себя на середине фразы, почувствовав под руками что-то твёрдое и чуждое земле. — О!..
— Что? — Мгновенно успокоившись, спросил Ганс.
— Люк! Здесь люк! Скорее! И кажется даже без замка!.. Помоги!
Напарнику оказалось достаточно одного взгляда, без всяких пустых объяснений. Я ещё продолжала что-то лепетать, а он уже неуклюже плюхнулся рядом, нащупывая край, который я с трудом, но подцепила кончиками пальцев.