Воровка

Милованова Марина

Гулон хохотал, едва не падая с трона. В полном отупении я смотрела на него, не понимая, как мне расценивать его странное поведение. Сидящие и стоящие вокруг него существа стали тоже хохотать, подражая черному богу. Смех громким эхом возносился к потолку и там таял под высоким сводом.

– Забавная ты, смертная! – произнес Гулон, отсмеявшись. – Бесстрашная до глупости, наивная до умиления, и еще у тебя язык без костей, когда ты сердишься. Ты меня развеселила! Так и быть, за твою глупую смелость я верну тебе твоего человека.

Не дослушав, я обрадованно кинулась ему на шею.

– Эй! –

одернул меня странно севшим голосом грозный бог. – Ты с ума-то не сходи! Я все-таки не добрый волшебник, а жестокий и злой бог. Не подрывай мою репутацию в глазах моих подданных. И вообще, давай, покажи мне своего человека, – попросил Гулон, беря меня за руку.

Я послушно воскресила в своей памяти образ Дейна.

– Забирай! – через мгновение услышала я грозный голос.

Боясь поверить в услышанное, я открыла глаза. Рядом с троном стоял Дейн. Бледный до прозрачности, усталый до дрожи в коленях, измотанный и бесконечно удивленный, тем не менее это был он – мой родной и любимый Дейн!

Я задохнулась от переполнявшего меня счастья и осторожно обняла его.

– Все! Уходите отсюда, – прервал мое ликование Гулон. – Не топи меня в волнах твоего счастья. Мне оно не по вкусу. Запомни, тебе повезло только потому, что ты глупая и наглая. Но больше у меня не появляйся. Чтобы ноги твоей здесь не было! В следующий раз, если придешь, то останешься здесь навсегда. Прощай!

Я лишь успела благодарно кивнуть в ответ, как черты бога стали таять и что-то, похожее на поток сильного воздуха, потащило меня сквозь серые клочья тумана. Я только крепче сжала руки, чтобы не выпустить Дейна, и потеряла сознание.

Глава 49

Я гроб хрустальный разобью

И уведу тебя с собою.

Начнешь жизнь заново свою,

Но не со мною…

Чувствуя себя так, словно на мне прыгала целая стая мелких чертей, я застонала и открыла глаза. Перед глазами увидела какие-то мозаичные плиты. Попробовала шевельнуться, но затекшее тело отказывалось слушаться.

– Тихо! – предостерегающе произнес знакомый голос. – Не двигайся, сейчас тебе станет легче.

По телу прокатилась волна приятного тепла, и я действительно почувствовала себя лучше. Потом меня подняли и поставили на ноги. Я с удивлением обнаружила перед собой Талейна.

– Лайса! – предостерегающе произнес он. – Я, конечно, все понимаю, но еще одна подобная выходка, и я не знаю, что с тобой сделаю!

– Прости, милый! – повисла я на нем. – Но мне очень-очень нужно было сделать так, как я и сделала. К тому же я уже здесь, целая и невредимая. И, что самое главное, у меня все получилось! Ведь Дейн теперь снова рядом с нами.

– Я действительно рядом с вами, – услышала я голос за спиной. – Только вряд ли я очень вам нужен.

Я обернулась и увидела стоящего возле нас Дейна. Бархатный гроб, к счастью, был теперь пуст.

– Дейн! – кинулась я к нему. – Какое счастье! Но, резко обжегшись о плескавшееся в его глазах бешенство, я моментально растеряла все слова.

Он грубо оттолкнул мои протянутые к нему руки и быстрым шагом вышел из тронного зала. За дверью послышался какой-то звук, словно что-то упало. Причем дважды.

– Нет, черт возьми! – взбеленилась я. – Так

дальше продолжаться не может! Мое терпение лопнуло! Я быстрым шагом последовала за ним, намереваясь догнать и поставить все точки над «i».

За дверью обнаружились два стражника в глубоком обмороке.

«Так вот кто тут падал!» – усмехнулась я про себя. Щелкнув пальцами, я вернула обоих в чувство и велела быстро разнести весть о чудесном исцелении князя. Будто за Гранью он настолько надоел своим мерзким характером черному богу, что тот не выдержал и отправил князя обратно на землю. Стражники выслушали и ринулись исполнять служебный долг, а я кинулась догонять Дейна. В третьем по счету коридоре мне это удалось.

– А ну стой! – недружелюбно рявкнула я ему в спину. – И повернись лицом, потому что разговаривать с затылком мне крайне неприятно!

Дейн молча обернулся и уставился на меня. Правда, увидев ярость в моих глазах, удивленно приподнял бровь.

Схватив его за руку, я шагнула вместе с ним в портал, и мы оказались теперь уже в его спальне. Там я смогла дать волю своим эмоциям, поскольку устраивать скандал на людях мне совершенно не хотелось.

– Послушай, ты! – не на шутку разбушевалась я. – Мне надоели твои мальчишеские выходки! Ты ведешь себя словно обиженный ребенок, которому не дают конфету! Я только и делаю, что ношусь за тобой по всем возможным и невозможным местам, будто у меня своих дел мало, а ты мне еще и грубишь? Я не сплю ночами, думая о том, как тебя воскресить, а потом нарываюсь на твои грубости! Знаешь что, пора понять и принять мой выбор. Я люблю Талейна. И хочу выйти за него замуж. А тебя я тоже люблю. Но как брата! Понимаешь ты? Я слишком привыкла волноваться, выручать и переживать за тебя. Ты мне как брат! А за братьев замуж не выходят! К тому же, – вспомнила я, немного успокоившись, – рубин в обруче горел не только алым огнем, но и золотым. Понимаешь, что это значит?

Судя по удивленно взлетевшим вверх черным бровям, Дейн все отлично понимал.

– Вот поэтому, – продолжала я, – давай забудем в конце концов нашу размолвку и начнем жить дружно! У меня, кстати, никогда не было братьев, а у тебя, как я понимаю, сестер. Мы можем восполнить недостачи друг друга в этой области. Если же не хочешь идти мне навстречу, тогда я навсегда покину Лиод и переберусь в Райлен, чтобы не мозолить тебе глаза. Только ты определись наконец со своей манерой поведения, а то мне до чертиков надоели твои выходки!

Выговорившись, я замолчала и перевела дух.

Нет, все-таки скандал – дело утомительное.

«Но иногда весьма полезное!» – нравоучительно вставил мой внутренний голос.

Я нахмурилась и посмотрела на застывшего посреди комнаты Дейна. Тот наконец отмер.

– Так ты говоришь, что рубин светился золотым светом? – Его голос прозвучал как-то робко.

– Именно! – согласилась я. – Я, кстати, тоже удивлялась, пока Талейн не объяснил, что я смешала твою кровь со своей, когда на жертвеннике тебя обнимала. Заметив его заинтересованный взгляд, поспешила внести ясность: – Когда Рейна в тебя нож всадила, я сумела разорвать ее магические путы, только они, порвавшись, сильно порезали меня, а потом я тебя обнимала и пыталась исцелить, а у тебя рана на груди была.