Вор
Шрифт:
Единорог поднял голову. А потом оскалился, его челюсть опустилась, и Нилла увидела острые клыки, торчащие из лиловых десен. Раздвоенное копыто опустилось на спину виверны, единорог опустил голову и оторвал крыло кричащего маленького существа. Черная кровь полилась на землю, единорог вскинул голову и со странными спазмами мышц горла проглотил крыло целиком.
Нилла моргнула.
Ее глаза закрылись, перекрыв сияющий свет, и она увидела скелет, тьма в нем бурлила красной магией. Раздвоенные копыта были острыми, как кинжалы, а с острого рога капала кровь. Демоническая аура исходила из него, темная и поглощающая,
Она подняла глаза, и создание снова сияло, почти невыносимо красивое. Оно опустило рог и порезало заднюю лапу еще кричащей виверны.
— Нет! — Нилла бросилась на единорога. Ее нож был все еще в руке, и она не давала себе думать, что делала, пока не вонзила его в плечо единорога.
Шок дрожью пробежал по телу единорога, ударил по Нилле с такой силой, что она упала. И вовремя, ведь единорог взмахнул головой, выплюнул то, что жевал, и ударил по ней опасным рогом. Нилла успела защитить голову от удара головой об камни, и тут же прокатилась, избегая удара копытом. Камни трещали, утес дрожал от силы удара, угрожая обрушиться в море.
Единорог топнул снова, целясь в ее голову. Нилла катилась и катилась, смутно осознавая, как близко была к краю утеса, но не могла изменить направление. Копыто опустилось на ее юбку. Она была в ловушке. Глаза единорога сверкнули, солнце сияло на его роге, он горел, как звезда. Он поднял голову, готовый ударить, прибить ее к земле.
Громкий вопль сотряс воздух. Оставляя след черной крови, однокрылая виверна бросилась на задние ноги единорога, острые зубки впивались в его шкуру. Единорог вздрогнул и встал на дыбы, отпустил ее платье. Нилла снова покатилась.
И упала с края утеса.
16
Соран обогнул камень вовремя, чтобы все увидеть: девушка лежала на спине на краю обрыва, волосы развевались вокруг нее сверкающей рыжей бурей, пылающие голубые глаза смотрели среди прядей. Он видел, что ее юбка была прижата, но не видел, чем. Он думал, что заметил движущуюся тень, но это могло быть от пролетающего облака.
Потом там вдруг оказалась одна из виверн, зеленое существо чуть больше домашнего кота. В крови и с одним крылом, он бросилась на пустой воздух, терзая его зубами и задними когтями. Что-то дико трясло его, и виверна потеряла хватку и отлетел в один из камней с душераздирающим воплем.
Смертная девушка высвободила юбку из-под невидимой силы, прижимающей ее, и сорвалась с края.
Соран
Крики его виверн привели его в чувство. Он тряхнул головой, чтобы прочистить ее, а потом вытащил книжку заклинаний, нашел нужное. Ничего серьезного — один укол боли. Действуя быстро, он разместил заклинание между пальцев, оживив его, догадался о местоположении мишени по реакции виверны.
— Yesrona sarfir! — он тряхнул запястьем, словно бросил дротик.
Реальность задрожала так сильно, что Соран отпрянул на шаг.
Его заклинание попало.
Следующий миг все решит. Его враг или поймет границы его жалкой магии, придавит его к земле одним ударом, или — если боги еще были милосердны, и если удача оставалась в согласии с его священными звездами — он поразится неожиданной атаке и отступит. Соран мог лишь стоять, вытянув руку, глядя в пустоту, где точно был враг, все еще готовый ударить по страдающей виверне.
Что-то двигалось в воздухе, тьма потекла и умчалась за деревья. Он не видел ее, но чувствовал с долей уверенности, которая появилась после долгих лет, которые он дышал воздухом Хинтер.
Он проживет. Еще хотя бы пару мгновений.
Он бросился к пострадавшей виверне, упал на колени рядом с крохотным зверьком. Одно крыло было оторвано полностью, и его тело было изломано, искажено под неестественными углами. Виверна смотрела на него, красный глаз горел, моргал, другой был разбит. Чернильная кровь текла из множества ран.
Всхлип застрял в горле Сорана, он подхватил виверну серебряными ладонями, ее голова свисала на сломанной шее, но виверна смогла издать тихий смешок, когда он поднял ее ближе к своему лицу.
— Прости, — прошептал Соран, слезы текли по щекам в бороду. — Прости. Прости меня, друг, — он поднес чешуйчатую голову к своему лбу и закрыл глаза. Он ощущал, как сломанное существо дрожало от вздоха. — Я должен был отпустить тебя, — прошептал он. — Выпустить тебя.
В следующий миг его ладони держали обрывки пергамента. Они вылетел из его пальцев и улетели с ветром, слишком быстрые, чтобы уследить. Он открыл глаза и увидел темные чернила на ладонях, капающие на его колени, его сердце разбивалось.
— Проклятье!
Соран поднял голову и повернулся, оставаясь на коленях. Девчонка! Неужели…? Он поднялся, сделал пару неуверенных шагов, а потом подбежал к краю утеса и посмотрел вниз.
— Великие боги! — выдохнул он.
Она была там. Держалась за склон скалы, как летучая мышь, ее белое лицо было поднято, но она не видела его. Она смотрела на свои ладони и камни над ними, искала, за что ухватиться. Ветер трепал ее объемные юбки, угрожал сбросить ее в волны и камни, ждущие ее внизу.
Соран смотрел, а она сделала рывок вверх, но промазала. Он думал, что она упадет, но она схватила тот камень, за который держалась раньше и прижалась сильнее к стене, зажмурившись.
Это было невозможно. Просто невозможно. Ее тонкие конечности не должны были поймать ее тело при падении. От падения руки вырвало бы из суставов, и это если бы она чудом смогла бы ухватиться достаточно крепко.
Но он не мог отрицать то, что он видел своими глазами.
— Мисс Бек! — закричал он.