Вор времени
Шрифт:
— Да-а-а, — пророкотал он.
— Как собираешься поступить с этими людьми?
Йети окинул взглядом съежившихся от страха охотников.
— Скоро темно, — сказал он. — Проводники убега-а-ать…
— Но есть факелы, — заметил Лю-Цзе.
— Ха. Ха. — ответил йети. Именно произнес эти звуки, а не засмеялся. — Умный человек. Факелы ночью видны.
— Ха! Да. Ты нас не подбросишь? Это очень важно.
— Ты и плавучий мальчишка?
Пятно серого воздуха на краю поляны вдруг стало запыхавшимся Лобсангом. Он выронил из руки толстую ветку.
— Мальчишку зовут
— Похоже, тебе придется поторопиться. Иначе у тебя кончатся вещи, которых он не знает, — сказал йети. — Ха. Ха.
— Метельщик, ты… — воскликнул подбежавший Лобсанг.
Лю-Цзе приложил палец к губам.
— Только не в присутствии наших падших друзей, — промолвил он. — Полагаю, после сегодняшнего Первое Правило будет пользоваться куда большим уважением в этой местности.
— Но ведь это же я…
— Нам пора. — Взмахом руки Лю-Цзе заставил его замолчать. — Надеюсь, у нас получится вздремнуть на руках у нашего друга.
Лобсанг поднял взгляд на йети, потом посмотрел на Лю-Цзе. Потом — снова на йети. Он действительно был высоким. Немного напоминал троллей, которых ему приходилось встречать в городе, разве что тонко раскатанных. Йети вдвое превосходил его по росту, в основном благодаря тощим рукам и ногам. Туловище представляло собой клубок шерсти, а ступни действительно были огромными.
— Если он мог выбраться из капкана в любой момент… — начал было Лобсанг.
— Ты ученик, не так ли? — перебил его Лю-Цзе. — А я учитель? Уверен, я где-то это записывал…
— Но ты обещал никогда не отвечать этими своими всезнайными…
— Не забывай Правило Номер Один! Да, возьми один меч. Он скоро понадобится. Ну что ж, ваша честь…
Йети осторожно поднял их, положил себе под мышки и зашагал сквозь заросли и снег.
— Уютно, правда? — через некоторое время спросил Лю-Цзе. — Шерсть у них из камня, но чувствуешь себя в ней очень удобно.
Ответа со стороны другой подмышки не последовало.
— Некоторое время я жил среди йети, — продолжал Лю-Цзе. — Поразительные существа. Многому меня научили. Получил очень ценные знания. Ибо написано: «Век живи, век учись».
Все та же тишина в ответ. Но на сей раз умышленно мрачная.
— Если б меня в твоем возрасте таскал на руках самый настоящий йети, я бы счел себя весьма счастливым отроком. Многие жители долины никогда не видели ни одного из них. Кстати, в наше время они редко приближаются к поселениям. Особенно после того, как разнесся этот дурацкий слух об их ступнях.
У Лю-Цзе вдруг начинало складываться впечатление, что он участвует в диалоге один.
— Ничего не хочешь сказать? — спросил он.
— Собственно говоря, хочу, — отозвался Лобсанг. — Мне пришлось выполнить всю работу одному! Ну а ты ничегошеньки не собирался делать!
— Я позаботился о том, чтобы все внимание было обращено на меня, — возразил Лю-Цзе.
— Зачем?
— Чтобы они не обращали его на тебя. Я был в тебе совершенно уверен. Хороший учитель всегда даст ученику продемонстрировать
— Слушай, а если бы меня не было рядом? Как бы ты расхлебывал всю эту кашу?
— Какой-нибудь очень большой ложкой, — ответил Лю-Цзе.
— Что-что?
— Полагаю, придумал бы способ использовать их глупость против них самих, — пожал плечами Лю-Цзе. — Обычно так и происходит. А что, какие-то проблемы?
— Я просто… думал… просто подумал, ты меня будешь чему-нибудь учить…
— Я постоянно учу тебя чему-нибудь, — заверил Лю-Цзе. — Или это ты не учишься?
— О, понятно, — фыркнул Лобсанг. — Очень самоуверенно. Кстати, может, попытаешься рассказать мне об этом йети? И хотя бы намекнешь, зачем ты заставил меня взять меч?
— Тебе понадобится меч, чтобы ближе познакомиться с йети, — ответил Лю-Цзе.
— Каким образом?
— Через несколько минут мы найдем удобное место для стоянки, и ты сможешь отрубить ему голову. Ты ведь не возражаешь, а, господин?
— Нйе-е-ет, не возражать, — откликнулся йети.
Во Втором Свитке Когда Вечно Изумленного содержится история о том, как однажды ученик Удурок, пребывая в мятежном настроении, подошел к Когду и произнес следующее:
— Учитель, в чем состоит разница между гуманистической, то бишь монастической системой веры, в которой истина ищется при помощи очевидно абсурдной системы вопросов и ответов, и кучей мистической чепухи, придуманной экспромтом?
Когд задумался на некоторое время, а потом воскликнул:
— В рыбе?!
И ушел Удурок вполне довольным.
Кодекс Игорей был весьма строг.
Никогда Не Возражать. В обязанности Игоря не входило лезть под руку со всякими умными фразами типа: «Нет, герр мафтер, это артерия». Хозяин всегда прав.
Никогда Не Жаловаться. Со стороны Игоря такие фразы, как «Но это же в тыфяче миль отфюда!», были абсолютно недопустимы.
Никогда Не Язвить. Игорь даже в мыслях не мог произнести что-нибудь вроде: «Ефли б я так хохотайт, я бы на вфякий флучай повидайт доктор».
И Никогда, Никогда Не Задавать Вопросов. Конечно, под этим имелись в виду ВАЖНЫЕ вопросы. Вопрос «Не хотейт ли герр мафтер чашку чая?» задавать было можно, а вопрос «Зачем герру мафтеру целая фотня девфтвениц?» или «Где же мне ифкайт в это время футок человечефкий мозг?» — нет. Игори предоставляли надежный, верный сервис и не задавали лишних вопросов. Улыбка, разумеется, бесплатно. По крайней мере, кривая ухмылка. Как минимум шрам на должном месте [12] .
<12
Следует заметить, сами Игори по природе своей были абсолютно не злыми. Они просто никогда никого не судили. В противном случае, если ты работаешь на оборотня, вампира или кого-то, кто считает хирургию современным искусством, а не наукой, тебе только и останется, что судить. А дело когда делать?