Вопрос Времени
Шрифт:
На проверку оставшейся части блока ушло ещё минут пятнадцать. Больше ошибок Шанкар не допустил. Кира уже собралась выходить, когда взгляд упал на сенсор потребления тока.
– Какого…
Потребление изменилось. Нет, не так – потребление растёт с угрожающей быстротой!
Несколько секунд Кира оцепенело смотрела, как скачут на дисплее цифры. Их бег всё ускоряется; вскоре глаз перестал различать смену значений.
В чувство девушку привёл резкий хлопок – словно кто-то выдернул шнур из акустической системы. Зазвенело в ушах,
Следом утробно ухнуло – кажется, содрогнулся весь комплекс. Реактор! Нехватка энергии вынудила автоматику активировать цепи питания портала!
Кира пулей выскочила в зал – и застыла, поражённая. Сердце колотится отбойным молотком, в глазах – туман.
Портал, недавно – мёртвый кусок железа – ожил. В металлической рамке колышется чёрное нечто, маслянистое пятно, отдалённо напоминающее нефть, разлитую вертикально по стеклу. Время от времени на поверхности пробегают ослепительно-белые всполохи.
Взвыли сирены, зал осветился красным. Безуспешно пытается попасть внутрь охрана – система заблокировала все двери. С грохотом обрушились аварийные переборки – толстенные панели из стали и бетона. Киру заблокировало внутри.
Из аппаратной выскочил дежурный инженер:
– Что случилось, девочка? – лихорадочный румянец – единственный признак стресса на узком хищном лице мужчины.
Шок лишил Киру дара речи – девушка лишь хлопает глазами и открывает рот.
– Н-не зна…
Фраза оборвалась на полуслове. Взгляд Киры потерял всякое выражение, на лице разлилась нега. Под внимательным взором инженера спустя несколько секунд черты девушки вновь заострились, губы сжались в плотную линию, взгляд приобрёл холодный блеск.
– Вижу, не я один использую биохимический модератор.
Вопреки обстоятельствам, на губах Киры мелькнула улыбка. Ледяное спокойствие – лучшее, на что можно рассчитывать в такой ситуации. Модератор впрыснул в кровь лошадиную дозу успокоительного. Кира поставила имплант, чтобы справляться с учебными нагрузками. Посмотрим, как он справится с настоящей проблемой.
Надо распорядиться временем с умом – спокойствие продлится недолго.
– Проводила обычную проверку. Никаких признаков вмешательства, всё работает в штатном режиме, – отчиталась Кира.
Инженер обвёл рукой помещение:
– Ну да, в штатном, – на дне сказанной отрешённым голосом фразы – ирония пополам с отчаянием.
– Система зафиксировала бурный рост потребления электричества. Как я поняла, сперва активировался портал, следом пошёл ток от реактора. Остальное вы знаете.
Мужчина вздохнул:
– Негусто. И причина неясна. Разве что…
Кира чуть вздёрнула брови.
– Разве что кто-то запустил портал с той стороны, – закончил мужчина.
У Киры подкосились колени. Справиться с таким известием бессилен даже имплант-модератор. Портал запустили на Психее? Но зачем? До старта ещё два месяца!
– Что
– Молиться.
Оптимистично, ничего не скажешь.
Модератор собрал остатки воли в кулак; тело накачало стимуляторами – Кира ощутила небывалый прилив сил. Она метнулась в аппаратную, лихорадочно обшарила консоли. Ничего! Портал работает в штатном режиме – сенсоры будто читают мантру среди шторма.
Белые всполохи на поверхности портала яростно бьются в рамку, местами сливаются воедино и образуют пятна – процесс чем-то напоминает ускоренный рост плесени. Потребление энергии приняло угрожающие масштабы – реактор выходит на предельную мощность. Гудит под ногами пол. Скрежещет металлом рамка, чёрная субстанция портала пробует вырваться за очерченные пределы.
Вишенкой на торте оказался голос – обычный голос мужчины средних лет:
– Ты разрушил мою жизнь!
Голос звучит отовсюду – из стен, из потолка, даже из тела девушки.
– Я уничтожу всё, что тебе дорого, Буланже!
Буланже? Жак Буланже, директор «Пайк»? Причём здесь он?
Кира отёрла лицо, с удивлением ощутила на дрожащих ладонях влагу. Слёзы? Во рту пересохло, бросило в озноб. Она не солдат – просто студентка; без специальной подготовки с таким стрессом не справится даже имплант.
Мигнул и погас свет.
Чудовищной силы удар сотряс помещение. Пол заходил ходуном, Кира не удержалась на ногах.
Помещение тряхнуло от ещё одного удара, даже более сильного, чем предыдущий. Начал рушиться зал – со стен полетели сегменты коммуникаций, рухнул балкон аппаратной. Застонали от нагрузки потолочные балки – толстенный металл скрутило как мокрое бельё, кровельные листы смяло, словно бумагу. Кусок бетона вырвало из стены, ощетинившаяся прутьями арматуры серая плита рухнула прямо на инженера. Мужчина умер без единого звука.
Хватит! Кира вскочила на ноги, с вызовом посмотрела на портал. Шаг, другой, третий. Нет, умирать покорной овечкой она не станет!
Идти. Мимо искорёженных кусков металла, мимо груд битого стекла. Мимо мёртвого инженера –выражение нечеловеческого спокойствия так и не покинуло его лица.
Она застыла прямо перед аркой. Слепящий белый свет, холодный, как солнце Арктики, заполнил всё вокруг. От беспрерывного грохота заложило уши. Кира протянула руку – пальцы застыли в сантиметре от колышущегося полотна.
– К чёрту!
Она шагнула внутрь.
2. Майер
Ноябрь 2117 года.
Корабль «Жанна д’Арк», пояс астероидов.
Космос.
Верить в романтику полётов может только тот, кто никогда не покидал пределов родной планеты. Неизведанные пространства, новые миры? Шиш! Получите бесконечно-однообразные дни и унылую чёрную пустоту за иллюминатором. Наверное, нечто подобное испытывали мореплаватели эпохи парусного флота. Хотя нет – у тех хоть волны за бортом плескались.