Вопрос статуса
Шрифт:
Левс, хмыкнув, покосился на женщину.
— Помнишь, после моего тридцатилетнего юбилея? — уточнил Солг.
Арика пожала плечами — вполне возможно, после такой дозы она запросто могла болтать о чем угодно:
— Не помню. Наверное, о нем. Только он не голубой, он бисексуал. И что рассказывала?
Левс поднялся:
— Ладно. Где амулеты?
— Вот, — Арика отдала ему вещицы. — Круглый, туда, а эта палочка — обратно.
— Какие-нибудь особые приметы у вашего друга есть? — уточнил Левс перед уходом. — Чтоб мне вместо него никого другого не подсунули.
— А
Левс поперхнулся воздухом, а Солг заметил:
— Это ты мне не говорила…
Арика пожала плечами и добавила:
— Жаль, портретов у меня нет. Хотя… Сейчас. — Она подошла к атлету, дотронулась до предплечья, сконцентрировалась и передала ему картинку.
— Таким я его видела в последний раз.
— Я думаю, за четыре-пять часов управлюсь, — сообщил Левс и ушел.
Стрелки антикварных механических часов показывали два часа дня. Арика задумчиво прикидывала, стоит ехать домой или нет?
— Побудешь у меня? — предложил Солг.
— Если можно, спасибо, — кивнула она, решив, что этот вариант предпочтительней — Левс мог появиться и раньше.
— Так что я тебе про него говорила? Любопытно…
— Что вы с ним характерами не сошлись или поругались из-за чего-то… Точно не помню уже.
— Было такое, — проворчала женщина. Ну его… Тебе новые минералы привезли?
— Да, я еще не успел показать! Идем.
— А Мира скоро придет? Я ей обещала кое-что…
— К вечеру. Она у модистки.
Жена Солга приятельствовала с Арикой почти все время супружества. Причем, в отличие от большинства «подруг», женщины действительно хорошо относились друг к другу, хотя сначала Мира восприняла приятельницу мужа настороженно. Но со временем, разобравшись, что отношения Арики и Солга никогда не переходили и не собирались переходить интересующей ее грани, Мира сначала привыкла к Арике, как к необходимому злу, а потом как-то незаметно нашла с ней общий язык. А после рождения у Миры первого ребенка они вообще стали подругами. Что Арику крайне устраивало — меньше всего ей хотелось служить источником неприятностей в их семье.
Солг с Мирой и Арика только-только сели ужинать, когда Торн сообщил о приходе Левса. Женщина нервно положила приборы и хотела подняться из-за стола, но Солг повелительно махнул дворецкому:
— Сюда пригласи. И поставь еще один прибор…
Вошедший поздоровался с Мирой, но, когда Солг приглашающее указал на стол, отрицательно покачал головой. Повернулся к Арике, которая не сводила с него напряженного взгляда, и сообщил:
— Он здесь. В коридоре, за дверью.
Женщина расслабила пальцы, тихо выдохнула.
— Так веди его сюда! — хмыкнул Солг.
— Не стоит, — покачал головой Левс. — Его вид отнюдь не для столовой.
— Я должна убедиться, что это он и после этого подпишу все документы. Где это можно сделать?
— Я тоже хочу его увидеть, — заметил Солг.
— О ком речь? — уточнила Мира.
— О рабе, — коротко отозвалась Арика. — Как я подозреваю, в плохом
Мира подняла бровь и заметила:
— Ну, если у самого входа…
Арика только вздохнула. А ей показалось, что подруга должна ее поддержать. Но Мира — аристократка в запредельном поколении — иногда проявляла странную либеральность. Или любопытство?
— Хозяева — вы.
— Значит, решено. — Солг кивнул Левсу.
Жорота Арика узнала в первый же миг, как только он шагнул в комнату. И, судя по тому, как мужчина напрягся, он ее тоже узнал. Хотя она-то практически не изменилась. Даже прическа та же. А вот он… Во-первых, на нем не было привычной повязки, лицо с обнаженными зарубцевавшимися глазницами выглядело жутковато. Обычно чисто выбритый, сейчас он был с недельной щетиной на лице, а волосы — всегда длинные — были обкорнаны чуть не под корень. Но это все были мелочи в сравнении с жуткой худобой, шрамами на теле, причем некоторые были свежими. Мужчина был только в неопределенного цвета штанах, к тому же коротких, босой и загоревший чуть не дочерна, или просто грязный, не поймешь. На запястьях, само собой, были железные браслеты, соединенные цепью. Рядом стоял невысокий мужчина в неброском коричневом костюме — наверное, надсмотрщик.
— Где подписывать?
Арика поставила в нужных местах подпись и тут же перевела деньги. Кстати, не так много, она считала, что будет гораздо больше. Спрятала документы в выручалку.
— Благодарю. Я вам еще что-то должна, Левс?
— Нет, мы в расчете. Теперь это ваша собственность.
— А я думал, хуже уже быть не может, — язвительно заметил колдун, хрипловато — видно, долго молчал.
И тут же получил удар от надсмотрщика. Плеть рассекла кожу на плече, кровь побежала струйкой. Жорот даже не вздрогнул, явно собираясь еще что-то добавить. Арика рявкнула надсмотрщику:
— Прекратите!
Левс сделал какой-то знак, и крепыш отступил, сворачивая плеть.
— Ошибся, какая незадача, — переждав всю эту кутерьму, закончил колдун.
— Давай ты с претензиями до дома потерпишь? — не менее язвительно предложила Арика. — А не будешь устраивать показательные выступления? Не, я понимаю, для этого нужно чудеса выдержки проявить — заткнуться на целых пять минут!!! — она не то, чтобы орала, но прорычала фразу конкретно.
— Как прикажет хозяйка, — издевательским тоном отозвался Жорот. — простите, что не кланяюсь, упасть могу. Или это значения не имеет? Так даже легче ноги целовать?
Надсмотрщик явно с трудом сдержался, чтобы не огреть подопечного еще раз. Левс даже усмешку не посчитал нужным сдерживать, а Арика страдальчески поморщилась. Мира наблюдала за спектаклем со сдержанным интересом, а Солг расхохотался:
— Я смотрю, тебе в ближайшие девять лет будет очень не скучно… Поздравляю!
— Спасибо, — мрачно буркнула женщина. — Извините, мне пора. До свидания.
Она подошла к Жороту и, привычно взяв его за руку, шагнула через Зону домой. Они оказались в ее спальне — Арика машинально вышла именно в нее.