Воплощение снов
Шрифт:
Яркие одежды становились все бледнее и прозрачнее, облетая с ее плеч, словно листья с ветвей одинокого дерева. Они вились вокруг нее, плясали вместе с ней как живые и падали одна за другой на расцвеченную дрожащими огненными бликами сцену. Вот в свете пламени взвился вверх и словно растворился в воздухе последний покров — невесомый, почти неразличимый, и на танцовщице осталась лишь треугольная набедренная повязка, почти сливающаяся с кожей и такая крохотная, что с тем же успехом ее могло вовсе не быть. А женщина всё продолжала кружиться в танце — ослепительная в своей наготе, изящная как молодая
Огненное кольцо вокруг сцены вздрогнуло. Взметнулись кверху дрожащие языки пламени, танцовщица замерла на мгновение, улыбнулась, вытянула руки, будто маня к себе, оглушительно зазвенели литавры — и притихшую залу вновь накрыла темнота.
Музыка смолкла. Разгоняя мрак, то тут то там начали вспыхивать желтые огоньки свечей, зашуршали шальвары обслуги, звякнул один бокал, другой. Преставление кончилось.
— Господам понравился танец? — прожурчал над ухом Райана Рексфорда чей-то голос. Молодой человек вздрогнул. Давешний подавальщик подошел неслышно, и пусть говорил он тихо, голос его прозвучал для еще не вполне пришедших в себя адептов что гром среди ясного неба.
— Танец… — протянул Райан, не сводя взгляда со сцены, уже вновь окутанной опустившимся парчовым балдахином. — Понравился — это еще мягко сказано. Такое даже евнуха, пожалуй, равнодушным не оставит!
Подавальщик тонко улыбнулся:
— Мы рады, что смогли вам угодить. Желаете заказать еще что-нибудь? Фруктовой воды? Свежий шаашир?
Адепт Рексфорд медленно покачал головой.
— Боюсь, единственное, что мы можем желать, ваше заведение не предоставляет. Но если прямо сейчас нам к крыльцу подадут экипаж, я лично буду вам очень благодарен!
Тот понимающе прикрыл глаза.
— Разумеется. Желаете рассчитаться?
Получив в ответ утвердительный кивок, подавальщик исчез. А Райан, скользнув взглядом по раскрасневшимся лицам товарищей, коротко хохотнул и толкнул Нейла локтем в бок.
— Очнись, мечтатель! — весело сказал он. — Врать не буду, сам под впечатлением, но пора ковать мечи, пока всю сталь не раскупили.
— Что? — тряхнув головой, Нейл заморгал, сбрасывая с себя блаженную одурь. — Какие мечи? Ты о чем?
— Об этом самом, — водворяя свой шаашир на столик, сказал Райан и поднялся. — Мы же «Золотую хризантему» планировали?.. Оглянись вокруг, старина! Думаешь, нас одних так разобрало?
Адепт эль Хаарт посмотрел по сторонам. Еще несколько минут назад такая тихая зала ожила, а большинство гостей, оставив диваны и подушки, торопливо расплачивались за ужин и в нетерпении поглядывали на резные двери.
— Голову даю на отсечение, что веселые дома Береговой «Парче» исправно платят, — вполголоса обронил Рексфорд. — Еще бы! После такой-то феерии любого на сладкое потянет… А столик в «Хризантеме» заказать — не то же самое, что пылкую красотку. Шевелитесь, дурачье! Иначе только пить и останется, под звон своих… несбывшихся надежд. Поднимайтесь, говорю, поехали! Ведь всех до последней юбки через час разберут!
Нейл,
— Райан, — отведя глаза, сказал адепт ан Нахир, — да мы пока соберемся, пока расплатимся… Может, ты первый поедешь? А мы нагоним через полчасика!
— И правда, — ухватившись за это предложение, как за последнюю соломинку, воспрял духом адепт эль Хаарт. — Поезжай, Райан! Уж тебя-то в «Золотой хризантеме» все знают, поверят на слово, что нас будет четверо и компания нужна соответствующая. Выбери девушек на свой вкус, угости их чем-нибудь, чтоб не скучали, а там уже и мы подтянемся.
Адепт Рексфорд, скосив глаза на стратегическую Азатову подушку и оценив полыхающие щеки Нейла, громко фыркнул.
— Ясно всё с вами, — с усмешкой проговорил он. — Ну, сидите тогда, горемыки! Поехали, Зигги! Тебе-то уж, я надеюсь, ходить ничего не мешает?
Зигмунд де Шелоу поднял на друга осоловевший взгляд.
— Я в порядке, — слегка невнятно отозвался он и попытался встать. Удалось ему это только со второй попытки — прелести жемчужины «Парчи», пусть Зигги и оценил их в полной мере, вчистую проиграли кувшину вина. А шаашир, как бедняга и предсказывал, только завершил дело — адепта де Шелоу развезло так, что хоть плачь. Райан крякнул.
— Вот ведь повезло с компанией!.. — горестно пробормотал он. — Сиди уж, демон с тобой. Еще растрясет сейчас по дороге, нас вообще ни в один веселый дом не пустят. Нейл, экипаж не берите. Пешком тут недалеко, заодно все трое проветритесь… Встретимся в «Хризантеме»!
Он кинул монету вернувшемуся прислужнику и заторопился на выход. Нейлу подали счет (Азат заглянул в него и округлил глаза), столбик золотых монет перекочевал из кошеля адепта эль Хаарта в подставленную подавальщиком широкую узорчатую пиалу, и три товарища вновь развалились на подушках. Теперь уже можно было не торопиться — в том, что Райан успеет добраться до «Золотой хризантемы» раньше всех остальных тутошних гостей и выберет лучших девиц, никто не сомневался. Зигги, с тихим вздохом облегчения упав обратно на подушки, прикрыл глаза, набираясь сил, а Нейл с Азатом разлили по бокалам остатки лимонной воды.
— Ну и «представление»! — проговорил Азат спустя минуту. — Слава богам, ан Фарайя с нами не было! До смерти бы насмешками замучил.
— Да уж, — отозвался Нейл, прислушиваясь к себе. Возбуждение уже начало спадать, еще минут пять посидеть, для верности — и можно будет встать, не боясь оконфузиться. — Хотя Фаиза ты недооцениваешь, прямо скажем, ему обычно и повод не нужен. А танцы мне понравились. Даже, можно сказать, местами слишком!..
Они посмотрели друг на друга и фыркнули совсем как недавно Райан. Азат допил свою воду, покосился на тихо дремлющего адепта де Шелоу и придвинулся ближе к Нейлу.