Волшебный дар
Шрифт:
Тобиас едва не выронил чашку с блюдцем, которые сунула ему Лавиния. И дело было не в совершенно неверных оценках личных качеств и способностей Лавинии и Эмелин. Его поразило совершенно другое: он мог бы поклясться, что эта женщина намеренно с ним флиртует.
— Мы с Эмелин прекрасно справляемся, благодарю вас, — чуть резче, чем необходимо, заверила Лавиния. — Осторожнее, Тобиас, вы разольете чай.
Поймав ее взгляд, Тобиас неожиданно сообразил, что под внешне гостеприимными манерами кроется обычное раздражение. Интересно, что он умудрился натворить на этот раз? Их отношения
Но сам он считал это несчастьем. Временами он многое отдал бы за несколько скучных минут с Лавинией. Тогда у него хотя бы было время отдышаться.
— Простите, Лавиния, — начал Говард с видом человека, решившегося затронуть деликатную тему. — Не могу не заметить, что вы забросили свою профессию. Скажите, вы не практикуете месмеризм, потому что в Лондоне на него нет спроса? Понимаю, насколько сложно привлечь выгодных клиентов без соответствующих связей в обществе.
К удивлению Тобиаса, вопрос, казалось, застиг Лавинию врасплох. Чашка в ее руке чуть дрогнула. Но Лавиния сумела быстро овладеть собой.
— Видите ли, я по ряду причин предпочла иную карьеру, — спокойно обменила она. — И хотя неизведанные области гипноза манят меня так же сильно, как прежде, конкуренция последнее время стала поистине жестокой, и, как вы заметили, не так легко привлечь достойную клиентуру без связей и добрых знакомых в свете.
— Верно, — кивнул Говард. — Нам с Селестой придется немало потрудиться. Мне будет не так просто основать здесь свое дело.
— А где вы практиковали до сих пор? — осведомился Тобиас.
— Я провел несколько лет в Америке, путешествуя и читая лекции о месмеризме. Однако около года назад я почувствовал тоску по родине и вернулся в Англию.
Селеста ослепительно улыбнулась мужу:
— Я встретила Говарда в прошлом году в Бате. Там у него была процветающая практика, но он посчитал, что пора завоевать Лондон.
— И надеюсь обнаружить здесь множество интересных и необычных случаев, — серьезно добавил Говард. — Основная масса моих пациентов, как в Бате, так и в Америке, искали излечения от самых обычных болезней: ревматизм, женская истерия, бессонница — все в таком роде. Разумеется, все это вещи достаточно неприятные для больных, для меня же просто скучные.
— Говард намеревается проводить исследования и эксперименты в области месмеризма, — вмешалась Селеста, с обожанием глядя на мужа. — Он преданный последователь науки и надеется написать книгу на эту тему, — А для того чтобы книга имела успех, я должен пользовать пациентов с более сложными нервными расстройствами, чем те, которые обычно встречаются в Британии, — заключил ГоварД.
Глаза Лавинии зажглись энтузиазмом.
— Поразительная и достойная всяческого уважения цель! Давно пора воздать должное месмеризму! — Она метнула красноречивый взгляд в сторону Тобиаса. — Могу точно сказать, что множество плохо информированных людей все еще
Тобиас проигнорировал укол и отпил немного чая. Хадсон тяжело вздохнул и скорбно покачал головой.
— К сожалению, должен признать, что в нашей профессии развелось чересчур много мошенников.
— Только прогресс и. новые достижения в науке способны отбить у этих негодяев охоту дурачить народ! — объявила Лавиния. — Исследования и эксперименты — именно то, что нам нужно.
Селеста вопросительно подняла брови:
— Мне не терпится узнать природу вашей новой карьеры, миссис Лейк. У нас так мало профессий, доступных дамам!
— Я принимаю поручения от персон, которые желают нанять меня для проведения частного расследования. — Лавиния поставила чашку на блюдце. — По-моему, где-то у меня еще остались карточки. Ах да! — Она перегнулась через подлокотник дивана и открыла ящик столика:
— Вот они.
Она вынула из ящика две маленькие белые карточки и вручила Говарду и Селесте.
Тобиас прекрасно знал, что именно выгравировано на блестящем прямоугольничке:
ЧАСТНЫЕ РАССЛЕДОВАНИЯ
ТАЙНА ГАРАНТИРУЕТСЯ
— Крайне необычно, — промямлила Селеста с озадаченным видом.
— Поразительно!
Говард сунул карточку в карман и сочувственно нахмурился.
— Но вынужден сказать, мне очень жаль, что вы оставили свою практику. У вас истинный дар гипнотизера, дорогая. Какая потеря для нашей профессии!
— Очевидно, страх перед конкуренцией заставил вас отречься от науки? — спросила Селеста, изучающе поглядывая на Лавинию.
Тобиас подумал, что, не наблюдай он сам за возлюбленной так пристально, наверняка не заметил бы мимолетно мелькнувшей растерянности в глазах, а также подергивавшейся на шейке крохотной жилки. Он мог бы поклясться, что она судорожно сглотнула, прежде чем ответить на вопрос.
— Скорее… неприятный инцидент, случившийся с пациентом, — глухо выговорила она. — И исход оказался таким, на который можно было рассчитывать. Вам, разумеется, известно, как трудно запрашивать большую плату в провинции. А ведь мне приходилось думать еще и о будущем Эмелин! Она как раз окончила школу, и я посчитала, что сейчас ей самое время набраться лоска. Всегда говорила: нет ничего лучше путешествия за границу, чтобы приобрести элегантные манеры и утонченность. Словом, то одно, то другое, и когда миссис Андервуд пригласила нас провести сезон в Риме, я посчитала нужным согласиться.
— Понимаю, — кивнул Говард, не сводя глаз с ее лица. — Должен признать, что до меня дошли слухи о неприятной истории в этой маленькой деревушке на севере. Надеюсь, вы не попали в беду?
— Нет, разумеется, нет, — чересчур поспешно ответила Лавиния. — Просто к тому времени, когда мы с Эмелин вернулись из Италии, мне пришло в голову попробовать себя в новом предприятии, и, к моему удивлению, это занятие пришлось мне по вкусу.
— Какое странное занятие для леди! — Селеста вновь окинула Тобиаса задумчивым взглядом. — Насколько я поняла, вы ничего не имеете против новой профессии миссис Лейк, сэр?