Вольный странник
Шрифт:
— Ты благословенна, Наша Стоув, как и Роун.
Братья редко оставляют после себя убитых всадников или коней.
Какой же он дурак невнимательный! Они находились на дне оврага. А тело свалилось вниз — это было ясно как дважды два. Лошадь последовала за всадником и спокойно его дожидалась. Это означало, что они без больших усилий могли отсюда выбраться.
Взяв с собой из машины немного еды, Стоув села на лошадь и протянула поводья Ворону.
— Сможешь вести? — спросила она своим самым царственным тоном.
Ворон сложил свое бесценное птичье
Дарий, небось, хорошую цену за тебя назначил.
Я в этом не сомневаюсь. Но у этого мерзкого подхалима на уме может быть что-то совсем другое.
Я не стал бы его переоценивать.
— Кажется, мы совсем недалеко от той дороги, о которой я говорил. — В голосе Ворона прозвучал болезненный страх перед неопределенностью. Неужели он вообще разучился владеть собой?
— Думаю, лошадь зашла в овраг с той стороны. — Стоув мило улыбнулась, указав на узкую тропинку, проходившую через рощицу деревьев с красноватыми ветвями.
— Согласен. — В голосе Ворона послышалось облегчение. — Ну что ж, в таком случае мы успеем добраться до цели где-то к заходу солнца.
Кое-какой прок от него все-таки был, потому что, как он и говорил, солнце еще не зашло, когда они увидели крепостную стену селения. И в то же самое время до них донеслось настолько мерзкое зловоние, какого раньше Стоув никогда не доводилось ощущать. Оно исходило от озера, на которое ей указал Ворон.
— Это озеро, госпожа, растворяет все, что в него попадает. Говорят, что твой брат погиб, путешествуя именно по этим местам.
Внезапно ее сильно затошнило и вырвало. Но если Роуну удалось убедить Владык в том, что он мертв, зачем же ему потом понадобилось пробираться в Город?
— Госпожа…
Стоув отмахнулась от него рукой — ее выворачивало. Приступ продолжался долго, пока она не почувствовала себя пустой скорлупкой, казалось, даже чувств в ней не осталось.
— Госпожа, тебе бы лучше прикрыть лицо капюшоном, — сказал Ворон, показав ей на городскую стену, до которой они уже почти дошли.
Девочка натянула на голову капюшон подмастерья, а Ворон тем временем махнул рукой стражам и дозорному на сторожевой башне. Ворота распахнулись. Проведя лошадь на главную площадь селения, Ворон прошептал:
— Добро пожаловать в Праведное, Наша Стоув.
Стоув еще никогда не доводилось видеть настолько нелепой, в чем-то даже болезненной причудливости. Небольшие домишки были украшены яркими керамическими плитками и вытягивались в улицы, поражавшие безвкусным, аляповатым разноцветным блеском. Картину дополняли повсюду натыканные клумбы, на которых цвели гвоздики, розы, антирринумы, ноготки. Все это, несомненно, делалось для того, чтобы хоть как-то ослабить омерзительный смрад озера.
Потом она заметила, что в некоторых окнах за занавесками мелькал свет. Свет! Бросив взгляд вверх, она увидела провода. Электричество! Чем же здесь, интересно, занимаются люди, если могут иметь такие богатства?
Ворон остановился у цветастого домика, как будто сошедшего с картинки из детской сказки.
— Этот дом всегда в моем распоряжении,
Подавив сильное желание дать ему пинка, девочка позволила Ворону помочь ей слезть с лошади, потом прошла мимо него к ухоженному домику. Сколько же там было книг! Это было вопиющим нарушением закона. Она скользнула глазами по корешкам, читая названия. В большинстве книг речь шла о лекарствах и искусстве врачевания. Хранение таких книг законом не запрещалось, но наряду с ними на полках стояли сборники поэзии, работы по истории и даже тексты на мертвых языках, которых Ворон наверняка не знал.
Заметив вопросительный взгляд девочки, ее спутник усмехнулся.
— Нет, нет, книги, конечно, не мои. На самом деле и дом мне не принадлежит. Как я тебе уже сказал, я здесь только останавливаюсь на время. Когда-то в нем жила местная целительница. Она, знаешь, была очень дружна с твоим братом. А когда она сбежала с ним отсюда, дом отдали в пользование мне.
Значит, Роун был в этом селении, жил в этом самом доме. Она провела рукой по столу, по кухонной стойке… и что-то почувствовала. Ощущение было неожиданным, очень приятным. Да, да! Это был восхитительный дух снадобья!
Феррел, проснись!
Что тебе?
Здесь ведь жил ловец видений, правда?
Да, ты права. Здесь жила Аландра. Ты с ней встречалась. Она подавала самые большие надежды из всей нашей молодежи, хотя еще и не полностью сформировалась.
Значит, это именно она была старушкой-козочкой, той самой, с которой ей довелось встречаться в Краю Видений.
Стоув прошла мимо Ворона и отворила дверь в небольшой чулан. Там хранилось множество лекарственных средств. Она быстро просмотрела массу баночек и скляночек, стоявших на полках, потом указала на небольшую простенькую коробочку, до которой не могла дотянуться, потому что она стояла слишком высоко.
— Будь добр, подай мне ее.
Ворон снял бесценную коробочку с полки, но не успел он ее открыть, как Стоув выхватила ее у него из рук. Но, увы, коробочка оказалась пуста, на донышке осталось всего несколько малюсеньких крупиц снадобья. Должно быть, перед побегом Аландра прихватила все содержимое с собой.
Ты привыкла, что снадобья в твоем распоряжении сколько пожелаешь, а мы его нигде не оставляем. Ты за неделю столько его принимаешь, сколько все мы используем за год.
— Ворон! Какая неожиданная радость! — донесся из комнаты хорошо поставленный уверенный голос. Девочка сразу же поняла, что этот человек обладал в селении немалой властью. Ворон неожиданно быстро вышел из чулана.
— Правитель Брак! Очень рад снова тебя видеть!
— У тебя что-то случилось, дорогой Ворон?
— На нас снова напали братья.
— Какое счастье, что ты добрался сюда целым и невредимым!
— Без единой царапинки. За последние несколько недель я виделся со многими правителями селений, все они охвачены справедливым гневом. Набеги братьев наносят большой ущерб торговле, и все правители, подобно тебе, с негодованием отрицают свою ответственность.