Волколак

Синякова Елена

В последний раз нашли девушку.

Говорили, что у нее не было внутренностей.

И зачем только мой мозг вспоминал об этом именно сейчас, когда показалась кромка леса, и я больше не слышала ничего кроме стука перепуганного сердца, который звучал даже сквозь унылые и мрачные завывания ветра в могучих кронах вековых елей.

Все кричало во мне: «Беги! Уходи отсюда, пока не поздно!»

Но я стояла словно привороженная, глядя в лес, который и правда выглядел ночью совершенно черным, словно вход в преисподнюю.

Может,

так оно и было.

Потому что того, кто обитал в этом лесу, называли не иначе как самим дьяволом.

Никто не мог сказать точно, как он выглядит.

Кто-то говорил, что он рыщет по лесу и окрестностям в виде черного зверя, который наводит страх настолько сильный, что все увидевшие его, сразу же седеют и стареют на пять десятков лет.

Кто-то спорил и утверждал, что он худой морщинистый старец в черном балахоне с бесцветными глазами, которые не видят людей, а только их души, при чем не важно, души живых людей или уже давно умерших.

Но он мне и был нужен.

И было уже не важно, был ли он на самом деле темной силой, или человеком - если он мог помочь в моем деле, то я была согласна на все!

Погруженная в свои тяжелые мысли, стоя по пояс в ворохе снега, я даже не обратила внимания на то, как ветер вдруг стих, и теперь только пушистые хлопья снега падали медленно белой стеной, укрывая весь мир колючей шалью.

И заметая мои следы.

– Глупая ты.

Я ахнула, чуть не свалившись в снег, и покачнулась всем телом от ужаса, когда услышала голос, который шел, словно из самого леса, отражаясь эхом от могучих стволов.

Но при этом слышался так близко, словно кто-то стоял рядом со мной, отчего я быстро и затравленно обернулась, только никто не смогла отыскать глазами.

Глубокий, низкий, надменный и словно скучающий голос.

Ласкающий своим тембром и тем, как лениво и плавно он лился, словно обволакивал и зазывал, отчего на минуту захотелось поддаться ему и ступить во тьму леса.

– Зачем пришла сюда, когда сама еле дышишь от страха?

Я тяжело сглотнула, расправляя плечи, и старалась приободриться, только получилось ненадолго. Потому что внезапно увидела, как в глубине леса сверкнули два крошечных огня.

Они проплыли над землей, скрываясь среди столов, которые сливались в темноте ночи, отчего стало еще страшнее и так жутко, что и правда захотелось бросить все и просто бежать, крича о помощи и моля, чтобы этой глухой ночью меня кто-нибудь услышал!

Стало жутко до дрожи и полного онемения, когда я отчетливо услышала в этой звенящей нервами тишине, как некто в лесу, втянул в себя воздух, словно принюхивался.

А затем вдруг заурчал, словно ему понравился запах.

– Это вы хозяин Черного леса?

Как бы я не храбрилась, а едва получалось дышать.

Поэтому и голос все равно дрожал, пока я всматривалась в темноту

самого страшного из всех возможных мест на земле, до ярких пятен перед глазами и ломоты в висках, оттого что силилась увидеть того, кого боялись и ненавидели.

И снова в темноте показались два этих огня, уже гораздо ближе, чем я могла бы ожидать.

Больше они не скрывались, замерев почти на уровне моего лица, когда с кусающим холодом испуга я поняла, что это в темноте светятся глаза.

ЕГО глаза!

Это создание действительно существовало, и я лишь усилием воли заставила себя оставаться на месте, потому что понимала: если сделаю хоть шаг назад, уже ничто не спасет меня от страшной мучительной смерти.

На самом деле в том, что я не умру, озвучив ему свою просьбу, я тоже уже не была уверена, подумав с тоской о том, что возможно мое тело найдут следующим.

Обезглавленным.

Или без внутренностей.

– Что ты хочешь от меня, девочка?

Не смотря на жуть вокруг, ночь и страшный лес, его голос звучал на удивление мягко.

Обманчиво мягко и завлекающе.

Словно сыр в мышеловке.

– Правда ли то, что о вас говорят во всех окрестных селах и деревнях?

– И что же обо мне говорят?
– снова прозвучало из темноты мурчаще-сладко и лениво, словно огромная кошка ходила кругами вокруг глупого мышонка, забавляясь с ним.

Но я старалась не поддаваться ни этому голосу, ни собственному страху, даже если это было почти невозможно.

– То, что ты водишься с темными силами, и можешь говорить с умершими!

– Это все, что обо мне говорят?

Я тяжело сглотнула, вспоминая, что его называют сыном Нечистой силы, и самым страшным мучителем.

Чернокнижником, который волен даже поднимать мертвых из земли ради собственного развлечения. А еще насылать самые страшные болезни, от которых никто не сможет излечить. Кроме него.

– Нет, не все, - пробормотала я, услышав смешок и теперь увидев в темноте не только его светящиеся глаза, но и очертания головы с копной волос. А еще широкие плечи и мощные руки, понимая, что хоть он и демон, но в человеческом обличии, - Но другое меня не волнует!

– И что же тебя волнует так, что ты решила ко мне прийти, не смотря на свой страх и морозную ночь?

С каждым словом его голос становился все более низким, чувственным и ласкающим, словно он прикасался ко мне страстно и любовно каждой произнесенной буквой, совершенно сбивая с толка, и заставляя перебирать пальцами снег, уже не ощущая его холода.

– Вы действительно можете говорить с умершими? – прошептала я, закусывая губы от трепета и страха, видя сквозь пелену мирно падающего снега глаза, которые смотрели на меня в упор, не моргая и завораживая, словно полыхая синим пламенем, где внутри зрачка отражалась полная луна.