Волкодав
Шрифт:
— Он, — мрачно кивнул егерь. — Будь он не ладен.
— А чего так? — с удивлением поинтересовался я.
Семён Николаевич ещё немного помолчал, после чего выдал:
— Жена у меня была медиком на границе. Прорыв тварей унёс её жизнь. А ведь она не из-за монет там работала, а чтобы помочь защитникам.
Помолчали. Я понимал его, ведь тоже потерял любимую, хотя у меня ситуация была немного лучше. Настя была жива, как и я сам, что означало надежду на воссоединение. Ибо пока мы живы, мы можем что-то
— Государственные интересы, — попробовал я его успокоить. Одно дело, частные интересы, а другое — нужда родины.
— Все в доли, — зло рыкнул он, — и кланы и свободные боярские рода, и государство. И покуда есть хабар, жертвы будут продолжаться.
— А что за хабар? — всё же не выдержал я.
— Много чего, — вздохнул егерь. — И растения волшебные, из которых лекарства делают, и многое другое. Органы тварей, даже камни. А ещё, территория волшебных тварей сама по себе усиливает одарённого. Я подробностей всех не знаю, так, по верхам только.
— Ну хоть что-то, — улыбнулся я.
Итак, первоочередная цель поставлена: достичь второго класса силы.
— Ты сейчас думаешь, как тебе до второго класса добраться? — угадал мои мысли Семён Николаевич.
— Конечно, — улыбнулся я.
— Тут всё сложно и просто одновременно, — вздохнул егерь. — Наставник тебе нужен. Кстати, земский тебя зарегистрировал как одарённого?
— Конечно, — припомнил я одну из бумаг, что подписывал.
— Вот и отлично, значит твоё имя сегодня уже появится во всех базах, а значит и наставника найти официального вполне возможно.
— И сколько стоит наставничество? — логично предположил я, что подобные услуги бесплатно точно не оказываются.
— В райцентре познакомлю тебя с Багратионом, с ним и обсудите.
— А какого он класса?
— Он раньше служил в отдельном корпусе его Императорского Величества, — без энтузиазма ответил егерь.
— И что произошло? — подразумевая очередную драму, спросил я.
— Командира он послал своего, далеко и надолго. Ещё и фингал поставил. А командир, между прочим, на целый ранг выше был.
— Ну да, оба военные одарённые, а тут такое несоблюдение субординации, плюс драка, — покивал я головой в ритм ухабам. — На губу отправили?
— За то, что командира послал, хотели, а за фингал просто выгнали, — хмыкнул Семён Николаевич.
— Это как? — озадачился я.
— Командир тот был гадом редкостным. Всякий беспредел учинял. И так он всех достал, даже вышестоящих, что факт того, что нижестоящий по званию и классу смог его избить, обозначили как недостаточную профессиональную квалификацию для занимаемой должности. Потому и Багратиона отпустили. Оставить не могли, всё же грубое нарушение устава, но и садить не стали.
— Добрые дела, они такие, — согласился я. — Обычно не остаются безнаказанными.
И
— Кстати, ты сказал про базы одарённых? О чём речь? — вспомнил я интересное.
— Так это, — недоумённо посмотрел на меня егерь. — Глобальная информационная база одарённых. Ты как до гильдии доберёшься, до столицы княжества, зайдёшь в департамент Даров, там тебя сфотографируют, и если ты ранее регистрировался в базе, то легко узнаешь свою личность. А пока тебя запишут по тем данным, что ты помнишь. Кстати, какую фамилию вписал? Или там не обязательно?
— Волкодав, — хмыкнул я.
— Алексей Николаевич Волкодав? — уточнил егерь.
— Точно, — довольно улыбнулся я.
— Звучит, — похвалил он.
— Мне тоже нравится.
Мы замолчали, каждый думая о своём.
Впереди показались первые строения.
— Вот и приехали, — озвучил егерь приближение к посёлку. — Сейчас сдадим тушу, и к Багратиону.
— Это хорошо, — кивнул я, радуясь, что дорога, обрамлённая глухой тайгой, наконец обрела хоть какое-то подобие ровного покрытия, и теперь не так трясло.
Населённый пункт, название которого я не запомнил, да и не пытался, чего там, приятно удивил. Во-первых, тут был настоящий рынок! Одежда, продукты и даже хозяйственные товары, краска, бытовая химия, и многое другое.
— Прямо Ашан, — пробормотал я, выйдя из машины и оглядывая ряды с бабушками, которые лихо торговали за деревянными прилавками.
— Что за Ашан такой? — за шумом базара Семён Николаевич как-то меня услышал.
— Да магазин такой огромный, в котором есть всё и даже больше, чем необходимо.
— Удобно, — оценил он.
А я поморщился, вспоминая толпы народа и очереди на кассы, включая кассы самообслуживания.
Мы подхватили нашу добычу и потащили к неприметному бревенчатому дому с высоким крашенным зелёным забором из штакетника.
Егерь три раза бахнул по двери, а по ту сторону заработал живой звонок-оповещение в виде собаки.
Спустя минуту мы услышали мужской, и как мне показалось, уставший голос:
— Иду, — предупредил он нас и рявкнул на голосящего пса: — Да замолкни ты, тявкалка тупая! Я же уже тут, чего разоряешься?!
После этих слов пёс примолк, а по ту сторону ограды завозились с замком.
Наконец раздался щелчок, и перед нами предстал невысокий худощавый мужичок с вихрящимися тёмными волосами и уставшим, как и его голос, взглядом серых глаз.
— Привет, Семён, — он без энтузиазма обратился к егерю и протянул руку.
Тот её пожал и хмыкнул:
— Егорыч, ты чего такой замученный?
— Уже третьи сутки не сплю. Что у вас?
— У нас вот, — улыбнулся егерь и открыл заднюю дверь машины.