Волки пустыни

Раков Николай Михайлович

Визг перешел в скрежет, экран заволокло пылью. Последовал несильный толчок. За бортом машины что-то загремело и обрушилось. Через пару секунд экран вновь демонстрировал тоннель, пол которого двигался навстречу, уходя под невидимую машину.

— Вот и все, — спокойно проговорил Колдун. — Два метра армированного бетона и ни малейшего напряжения. Я говорил тебе, что это будет легкая прогулка.

— Постарайся особо не трясти без необходимости. У Шамана контузия, да и у Сирены на голове приличная шишка.

—

Она на борту?

— Да. Запрыгнула в последний момент. Ты чуть ее не угробил.

— Чуть не считается, — не отрываясь от экрана, ответил инженер. — А то, что птаха с нами, меня очень радует. Иди, займись ими, постараюсь быть поаккуратнее.

Самум вернулся в грузовой отсек. Девушка уже сидела на полу. Голова Шамана покоилась у нее на коленях.

— Как себя чувствуешь?

— Ничего. В голове гудит и вся как побитая, — хриплым голосом проговорила она. — Присматривать надо за Колдуном, а то не только трубы на голову сыпаться начнут.

— Потерпи, сейчас мы это исправим. А все претензии выскажешь ему после рейда.

Он забрал у Сирены аптечку, сделал ей и Шаману уколы, а потом занялся своей раной, используя все тот же аэрозоль. Пуля прошла навылет, но кровь обильно пропитала штанину и его уже начало подташнивать. Кружилась голова. Введя инъекцию стимулятора, Самум откинулся на стенку и позволил себе расслабиться.

Между тем оставшаяся в единственном числе здоровая боевая единица группы в лице Колдуна, снося заградительные решетки и сминая гусеницами все, что попадалось на пути, направляла бронированного монстра к выходу из лабиринта тоннелей.

Штурмовики уже давно пришли в себя и обстреливали комбайн со всех сторон. Смотрящий за их суетливыми телодвижениями на экране Колдун только ехидно улыбался. Пулеметная и автоматная стрельба наносила ущерба даже меньше, чем дождь, стучащий по крыше. Два выстрела из гранатомета и несколько взрывов гранат заставили водителя только уменьшить чувствительность внешних микрофонов. Когда в очередной раз из-за угла показалось острое жало гранаты, инженер слегка повернул диск проходки и зацепил фрезами одну из стен. Невезучего стрелка вместе с углом, за которым он прятался, снесло очередью каменного града.

Лохрана была настойчива, понимая, что побег диверсантов не закончится отправкой всех ее членов в десантные батальоны. Готовая выпрыгнуть из мундиров, но остановить движение машины, она предпринимала героические попытки.

Колдун особо не обременял себя демонстрацией водительских навыков. Путь, пройденный им по четвертому и третьему уровням, представлял собой подготовленную площадку для съемок эпизода из фильма ужасов. Туннели подземной психиатрической больницы после того, как из палат вырвались ее пациенты, обремененные зубами из стали и когтями алмазной крепости.

Когда в экран заднего обзора инженер увидел, что один

из штурмовиков собирается выстрелить в корму из огнемета, он только улыбнулся. Остановив машину, дождался выстрела и дал полный газ двигателю. Огненная струя была остановлена резким выхлопом отработанных газов, а потом отброшена в обратную сторону. Огнеметчик вспыхнул факелом. Через несколько секунд взорвалась емкость со сгущенной горючей смесью. Из тоннеля донеслись нечеловеческие вопли, мгновенно поглощенные ревом двинувшегося вперед монстра.

Тем временем Самум несколько пришел в себя после стимулирующей инъекции. Глухо доносившиеся снаружи грохот и стрельба заставили его подняться, чтобы пройти в кабину водителя и самому оценить складывающуюся обстановку. В этот момент Шаман открыл глаза и глухо застонал.

— Спокойно, командир, — склонился к нему психолог. — Не двигайся. Все в полном порядке. Мы уходим с базы. Все живы.

Раненый зашевелился и что-то прошептал.

Самум наклонился к самым губам командира.

— Сейф начальника базы, — с трудом расслышал он приказ Шамана.

— Сделаем, Витя.

Психолог разогнулся и двинулся в кабину управления.

— Колдун, где мы сейчас находимся? — спросил он.

— Вышли на второй уровень, — инженер нажал кнопку на пульте и на одном из экранов высветилась схема базы и красная движущаяся точка, указывающая положение комбайна.

— Виктор очнулся. У нас приказ — заехать к начальнику базы и прихватить с собой его сейф. Нам нужно вот сюда, — и Самум указал пальцем на схеме нужный квадрат.

— Если нужно, значит, сделаем, — невозмутимо проговорил Колдун, начиная тянуть на себя рычаги управления и нажимать на кнопки расположенного перед ним пульта. — Небольшой беспорядок полковнику не повредит. Попрощаемся, поблагодарим за гостеприимство.

Бронированная махина начала разворачиваться. Поговорка «Слон в посудной лавке» ни в малейшей степени не передавала состояние окружающего пространства, сложившееся в этот момент. Стена пыли, грохот, визг фрез и летящих каменных осколков разносились по тоннелям на многие сотни метров. Многотонный вандал рушил перегородки, рвал кабеля проводки и сминал своим брюхом, растирая в пыль все, что было больше мяча для гольфа.

— Кажется, прибыли, — сверяясь с показаниями на экране, сообщил Колдун, снижая скорость машины.

— Нежнее, Миша, нежнее, — приговаривал стоящий за креслом Самум. — Ящичек нам нужен целехоньким.

— Не каркай под руку. Стараюсь.

Последняя трехметровая преграда брызнула осколками, и диск проходки начал медленно подниматься, давая возможность экипажу проникнуть в открывшуюся впереди полость кабинета полковника Соха.

— Не быть ему генералом, — проговорил водитель монстра, нажимая несколько кнопок на пульте.