Волк
Шрифт:
Статус пришельцев более не вызывал сомнений: они были пленниками. Две смежные комнаты с единственным внешним входом; совмещенный санузел — один на троих. Никаких острых, тяжелых и твердых предметов. Кровати и стулья накрепко привинчены к полу. Светильники вмонтированы в стены. Под потолком — черные зрачки видеокамер. Объективы внимательно следили за каждым шагом чужаков. В туалете камер вроде бы не было, и Марк машинально отметил это упущение местных. Как им воспользоваться, он пока не придумал.
Внешние двери были надежно заблокированы. Снаружи
Окна выходили на кошачий вольер не случайно. Выбей бронестекло, изыщи способ — сверзишься с третьего этажа прямиком в гостеприимные когтистые объятия. Рвать беглецов в клочья кошки не станут, как не делали этого во время облавы в деревне, но и уйти не дадут. Придержат до подхода хозяев, дыша смрадом в лицо.
Да и куда бежать, если ты на чужой планете за пределами Ойкумены?
Тем не менее, Марк старательно подмечал, сопоставлял и запоминал всё: расписание караулов, время кормления кошек, когда разношерстная стая живой волной выхлестывала из вольера и текла куда-то за пределы видимости, график прихода астлан в изолированные апартаменты пленников, количество охраны, отсутствие у нее оружия, пустующий по ночам вольер, скудное освещение двора, «мертвые зоны», не просматривающиеся с дозорной вышки…
Он помнил о трех других постах наблюдения.
Зашипели, открываясь, двери. Марк не обернулся, даже позы не изменил, безучастно глядя на пейзаж за окном. Лишь скосил взгляд на браслет-татуировку: 9:27, минута в минуту. Пунктуальные, сволочи! И, значит, хоть в чем-то предсказуемые.
Первыми вошли охранники. Замерли у дверей, подпирая спинами стену: двое справа, двое слева. Следом объявился субтильный живчик в очках — Ксочипеп, заместитель Изэли. За ним шла Изэль: голова обмотана бинтами, нижняя часть лица украшена фиксирующей повязкой.
Фиксатор смахивал на подбородник гипсового шлема.
Чтобы видеть все это, Марку не нужно было оборачиваться. Он лишь усилил корсетную связь с обер-декурионом Ливией Метеллой, следя за вошедшими глазами Ведьмы.
— Анех! — Ксочипеп широко улыбнулся.
У Изэль дрогнул уголок рта: она тоже улыбнулась. Более дружелюбная улыбка была красавице противопоказана: удар Марка сломал ей нижнюю челюсть. Проволочная шина и бинты повязки кого другого сделали бы уродом, как минимум, на время. Макияж не мог скрыть отечности, лицо испещрили красные пятна, но Изэль даже сейчас умудрялась сохранять обаяние. Учитывая полномочия, которыми обладала черноволосая, Марк ожидал, что его отправят вслед за центурионом Скоком. Однако он до сих пор
— Анех! — Змей с готовностью поднялся навстречу.
Ведьма буркнула что-то маловразумительное. При достаточной доле воображения можно было счесть это приветствием. Марк остался у окна, недвижим и безмолвен. Ксочипеп принялся раскладывать на столе привычный реквизит: демонстрационный планшет, альбом для рисунков, маркеры, картонные карточки с символами, диктофон. Змей, в свою очередь, включил уником и задал всплывшей голосфере интерактивный режим. Ведьма хмуро наблюдала за этой возней. Участия в ней Ливия не принимала, но и не отворачивалась, демонстративно игнорируя астлан.
Изэль встала у окна рядом с Марком, тихонько вздохнула. Черноволосая молчала не только по причине сломанной челюсти. Знала: заговаривать с угрюмым пришельцем, объясняться знаками, изображениями — бесполезно.
Все равно не ответит.
Марк плохо помнил, что было после удара по затылку. Его куда-то несли. Яркий, режущий свет — прямо в глаза. Смутные силуэты. Металлический звон: тихий, но отчетливый. Эхо долго отдавалось в голове. Темнота. Провал. Кажется, его вновь несли…
Очнулся он в двухкомнатных апартаментах. Врачи — к счастью, настоящие врачи! — проявили неожиданную заботу о буйных чужаках. Промыли ссадины, сделали перевязки, смазали гематомы вонючей жёлто-зеленой мазью. Змею обработали глубокие борозды от когтей, которые опцион получил еще в деревне.
— Я думал, резать ведут, — ворчал Змей, демонстрируя Марку и Ливии свежие швы. — Отбивался: куда там! Скрутили, к креслу привязали… Анализы потом взяли. Твою когорту! Теперь шрамы останутся…
— Это ненадолго, — утешила его Ведьма.
— Маньяки хреновы! — Змей скрипнул зубами. — Зарезать пленного, без сознания… Ладно, у них энергетика такая, для них это норма. Но заставить нас смотреть? Устроить шоу?! Видели, как они радовались?!
Марк кивнул:
— Видели. Меня больше интересует, чему радовался вождь, когда его резали? А остальные тузики? Помните, как они восприняли смерть сородича? В ноги нам падали…
— Есть идеи, командир?
— Возможно, аналог нашего клейма. Подчиняет, вызывает эйфорию…
— Почему же мы ничего не почувствовали?
— У нас свое клеймо. Ментальный иммунитет?
— Складно выходит… А тузики?
— Что — тузики?
— В деревне. Когда Жгун погиб, и тузик с ним… Они тоже радовались. Никого из этих рядом не было, никто тузиков под здешнее клеймо не брал…
— Культ? — предположил Марк. — Религия? Кому сердце вырежут — попадает в Края Счастливой Охоты?
Змей нахмурился:
— Чтобы так радоваться, надо до усрачки верить…
— Фанатики, — согласился Марк. — Стигматы у них…
— И что теперь? Будем ждать, пока нас вслед за Скоком отправят?