Волхв-самозванец
Шрифт:
Сейчас опробуем народный рецепт.
Резко наклонившись, я просунул голову между ног и обозрел лес. В перевернутом виде он выглядит чудно, но не менее величественно. Однако лешего рассмотреть не удалось…
Срочно нужно искать убежище.
Говорят, что везет дуракам и пьяницам. Мне бы хотелось верить, что и волхвам. Потому что мне повезло, хотя я был ни в одном глазу. Спиртного уже больше недели во рту не держал.
Мое везение ознаменовал свет костра, мерцающий среди деревьев.
Я начал пробиваться
— Эй, есть кто-нибудь? — ради приличия поинтересовался я, хотя само наличие костра подразумевает, что его кто-то развел.
Осмотрелся по сторонам. Никого. У огня лежит ворох сухих веток, рядом заплечный мешок и выпотрошенный заяц. А может быть, кролик, или суслик, или…
— Заходят сзади, — предупредил Пусик.
Я, если честно, не слышал ни малейшего шороха, но тем не менее проворно обернулся.
Находящийся в метре от меня человек замер.
— Мир, — сказал я, не делая попытки выхватить меч. Это его убедило, поскольку он ловко вбросил клинок в ножны и приблизился.
— Кто ты? — хрипло поинтересовался он.
— Волхв Аркадий.
— Тогда понятно.
— Что?
— То, как ты учуял меня.
— А как вас зовут?
— Зови… — На миг незнакомец призадумался, затем сбросил капюшон, явив взору длинные, совершенно седые волосы, и это при его относительно молодом возрасте. — Зови Седым.
— Как скажешь.
— Довольно слов. Ты, как я вижу, вышел на свет костра. Так негоже ищущего убежища томить голодом. Пошли. Я здесь зайца изловил. Отведаешь?
— Сочту за честь.
Дальше, во время приготовления дичи и во время самой трапезы, мы не сказали ни слова. Уже позже, осоловев от сытной пищи и жара огня, мы расположились на ночлег, соорудив лежаки из сухой листвы, и разговорились.
Я поведал о своих бедах, он внимательно выслушал:
— Что в мире творится? Зло повсеместно голову поднимает. И все более нечисть потусторонняя.
— Кощей даже упырей в армию свою набирает.
— Против этих осиновый кол помогает, — со знанием дела сообщил он.
— В сердце вогнать?
— Да нет. Посадить ожившего мертвеца на кол осиновый, он слезть не может, так и будет дергаться, пока сам не сгниет.
— А иначе никак нельзя?
— Да можно. Голову отрубил — и готово.
— По мне, этот способ лучше.
— Кому как…
Подбросив в костер очередную порцию веток, седовласый вернулся на свое место.
— И часто тебе приходится с нечистью сталкиваться?
— Часто, — признался Седой. — Работа у меня такая.
— И чем же ты занимаешься?
— Ведьмак я.
— Ого, — присвистнул я. — Не хочешь со мной пойти?
— Нет.
— Я знаю, услуги ваши дорого стоят…
— Не
— Извини.
— Не извиняйся. За свою работу мы действительно деньги берем. Жить-то надо. Но каждую монетку мы кровью и потом отрабатываем.
— Так пошли со мной. Твоя помощь ох как пригодится.
— Пошел бы, веришь… не могу.
— Но почему?
— Предназначение, — признался он, сверкая в темноте глазами, как кошка.
На этом разговор прервался, каждый задумался о своем.
Я смотрел на веселый танец саламандр, похотливо извивающихся среди горящих ветвей, и вспоминал Аленушку, ее веселую улыбку, добрые глаза, ласковые губы…
Проснулся я с первыми лучами солнца от холода. Ведьмак уже не спал, делал утреннюю зарядку, правда не имевшую ничего общего с привычным: «сели, встали…» Он прыгал через воткнутый в землю меч, одновременно выполняя замысловатые пассы руками.
— Доброе утро, — сказал я.
Проделав еще пару сотен прыжков, он крутанул сальто, во время полета выхватив меч и вложив его в ножны.
— Утро доброе для того, кому есть чего ждать от вечера.
— Знать бы еще, чего ждать… сплошная неопределенность.
— Я ухожу, — предупредил ведьмак. — Это тебе. — Он протянул небольшой пузырек. — Это на крайний случай. Если другого выхода не будет.
— Это поможет? — недоверчиво спросил я, принимая дар.
— Непременно.
— А что здесь? Как оно действует?
— Действует наверняка. Это яд. Смертельный.
Я едва не поперхнулся, но все же поблагодарил:
— Спасибо.
— Прощай. — Седовласый ведьмак забросил котомку за плечо, поправил меч. — Твой завтрак у костра. — И направился прочь.
— Постой! — окликнул я его, чувствуя необходимость сказать что-то хорошее на прощание.
Он оглянулся.
— Ты обязательно найдешь свое Предназначение. И передавай ей привет.
— Кому?
— Цири.
— Откуда ты… — начал он.
— Я волхв, — улыбнулся я. — Ты забыл?
— Удачи тебе, волхв.
— Тебе тоже, ведьмак. Тебе тоже…
Еще какое-то время его седая грива мелькала среди зелени леса, но вот и она слилась с общим фоном. Интересно, что он делает в наших краях?
Позавтракать я решил в пути. Но не получилось.
Сперва на моем пути, катясь посредине тропинки, возникло нечто напоминавшее волейбольный мяч с содранным покрытием, вследствие чего обнажился слой грязно-коричневой пакли, ко всему прочему еще и изрядно вымазанной в грязи.
— Я от бабушки ушел, я от дедушки ушел… — сообщил он мне.
— И что?
— И от тебя уйду! — нагло заявил Колобок.
— Иди, — разрешил я, поддав ему для скорости ногой. О чем тотчас пожалел — по твердости колобок за время своего турне успел сравняться с хорошо обожженным глиняным ядром.