Волчонок
Шрифт:
Разве этого мало для того, чтобы стать командором? Как же так получилось, что на месте, принадлежащем ему по праву, теперь восседает этот пустой болтун, этот авантюрист, не способный даже хоть в какой-то мере просчитать последствия своих поступков?
Только потому, что он способен завораживать окружающих радужными планами, в реальности невыполнимыми? Ну, ничего, настанет момент, и все встанет на свои места. Может быть, этот момент не за горами? Да не то что не за горами, а просто очень близко. Если решиться на один фокус, если использовать
Командир абордажников прижался спиной к теплой, мягкой стене и пропустил мимо себя нескольких воинов, каждому из них говоря:
— Действовать быстро, не задумываясь. Все живое уничтожать безжалостно.
Вот в ком он сейчас был уверен, так это в тех, кто шел вместе с ним. Эти воины, под его командованием, были готовы кинуть гранату черту в пасть или ему же подпалить кончик хвоста из огнемета. Только прикажи.
Так почему бы это не использовать на полную катушку?
Ох, соблазн. Никогда он подобные штуки не выкидывал. А сейчас… А сейчас особый случай. И так хочется его использовать. Прежде всего для того, чтобы восстановить справедливость.
Но сначала…
Он прикинул.
Там, впереди, было десять воинов, десять проверенных в боях, свирепых «румын». Еще несколько десятков были сзади, и он уже слышал их шаги и голоса.
Стоило ли их ждать? Нет, не стоило. Судя по всему, они с дороги не сбились. И это — главное, ради чего он отстал от передового отряда. Те, что сзади, понадобятся, если они попадут в засаду. Тут подтянутся отставшие и скажут свое слово.
Значит, ему надо присоединиться к передовому отряду. Один из воинов заслона белого корабля, успевший юркнуть в дверь самым первым, до сих пор не пойман. Он где-то здесь. Может, на расстоянии нескольких шагов, вот за этой мягкой стенкой? И если ее сейчас прорубить…
Передовой отряд.
Он подумал, что было бы неплохо с ними связаться. Правда, он практически ничего не знает об обитателях корабля, не представляет, какими техническими средствами они располагают. Вдруг они сумеют перехватить их разговор?
Ну и что дальше? Если учесть пальбу, которую им пришлось устроить ради того, чтобы уничтожить попавшихся им по дороге кошмарных монстров… В общем, по сравнению со всем этим шумом выход в эфир не имеет никакого значения.
А посему… Кто там впереди самый толковый? Ковальский? Прекрасно.
— Ковальский, как дела?
— Еще одно разветвление. Куда сворачивать, вправо?
— Туда.
— Сворачиваем. Тут еще очередная гигантская змея.
Сто бед, один ответ!
— Убрать препятствие. Не задерживаться. Убрать и двигаться дальше. Я вас сейчас догоню.
— Будет исполнено.
В наушниках послышался грохот автомата.
Командир абордажников подумал, что Ковальский службу знает. Этот не подведет. Можно быть спокойным.
А теперь было бы неплохо узнать, что творится сзади. Кто там есть в группе отставших? Наверняка — капрал Клинкер! Он не трус. Просто
— Капрала Клинкера вызывает на связь командир абордажников.
— На связи.
— Ага, старый жулик, ты, как я понимаю, в своей обычной манере, пристроился сзади?
— Я бы так не сказал. Точнее, в арьергарде, слежу за порядком. Должен кто-то прикрывать вас с тыла или нет?
— Должен. Только не такой бравый вояка, как ты. В общем, я слышу ваши шаги, я знаю, что вы следуете за нами, но интервал надо сократить.
— Как сократить?
— До минимума, — ласково сказал Сахо. — До минимума. Ты меня понимаешь?
— Но я…
— А я, если этого не произойдет, придумаю себе какое-нибудь развлечение. Что нибудь вроде стрельбы в тире, в котором вместо мишеней будут те, кто в этой операции ослушался моих приказов. Думаешь, не сделаю?
Ответ прозвучал без промедления:
— Сделаешь. Я знаю тебя давно и не сомневаюсь — сделаешь.
— Вывод?
— Сейчас я подхлестну этот сброд и заставлю его двигаться быстрее.
— Великолепно. Люблю тех, кто понимает меня с полуслова. Если у тебя еще слова не разойдутся с делом, то я решу, что ты на мишень в моем тире не годишься. Приступай!
— Приступаю.
Командир абордажников удовлетворенно улыбнулся.
Кто-то в древности выдал изречение, очень сейчас подходящее. Что-то там… Ах, вот…
Добрые слова способны творить чудеса. Особенно если у того, кто их говорит, в руке пистолет.
Воистину так.
Он отодвинулся от стенки и припустил вслед за своими солдатами, припустил со всех ног. Надо было как можно быстрее к ним присоединиться и взять командование на себя. Ковальский отличный воин, но ему случается увлекаться, слишком входить в азарт боя, и тогда он начинает стрелять во все, хоть немного похожее на врага.
Вот на такой случай надо быть рядом с ним. Все-таки они на чужом корабле. Кто знает, какие сюрпризы на нем могут обнаружиться? И конечно, не все проблемы можно разрешить с помощью пули. В теории, по крайней мере.
Быстрее, быстрее, не забывая о дыхании. А ноги надо ставить тверже, чтобы не поскользнуться в то и дело попадавшихся на полу лужах слизи. И оружие должно быть наготове, на случай, если из какого-нибудь бокового перехода выскочит нечто страшное и опасное.
Быстрее, быстрее…
Он успел точно к тому моменту, когда его люди устроили расстрел очередной твари. Причем эта змея была больше всех предыдущих, она почти полностью закрывала проход, а пули, попав в ее тело, казалось, тонули в нем, не причинив никакого вреда.
Командир абордажников был в пяти шагах от Ковальского, когда тот, в горячке боя, выкрикивая какие-то немыслимые ругательства, сорвал с пояса гранату и швырнул ее в змею.
— Отставить! — крикнул Сахо.
Вот только приказ запоздал.