Волчок

Оленева Наталия

— Вот негодяи! — с плохо скрываемой радостью посочувствовал Влад.

— Так вот. Ты вроде говорил, что увлекаешься фотографией.

— Было дело. Давно.

— К нам родня далекая приезжает, мы едем на озеро.

— Дальня..., — хотел поправить Влад, но вовремя одернул себя, чтобы не влезать в лишний глупый спор, в котором проиграет. Алисе лучше знать, дальняя у нее родня или далекая. — Да я слышал.

— В общем, если ты не против… У нас у всех телефоны снимают в режиме "мыло мыльное". А там

день рожденья, озеро, лес.

— Приглашаешь что ли?

— А ты поедешь? — удивилась Алиса, не пожалев скепсиса.

— Нет, но могла бы сказать "да" хотя бы из вежливости.

— Вот как раз из вежливости "да" говорить нельзя. Ну так что?

— Что "что"?

— Фотик одолжишь?

— Ты только что сказала, что из вежливости...

— Сла-а-в.

Влад ненавидел эту форму своего имени. Его аж передернуло от омерзения.

— Фу, блин! — театрально фыркнул он и услышал в ответ довольный смех. — Жди. Щас.

Положив трубку, он метнулся к коробкам, попутно споткнувшись о кабель зарядки и чуть не скинув с кровати ноутбук.

Первые несколько переездов Влад еще как-то сортировал вещи по типу "Одежда", "Книги", "Наверное нужное, не выбрасывать же", но последние десять раз просто утрамбовывал в коробки все подряд как попало. И только в этом году, спустя более десяти переездов догадался вообще не распаковывать.

Перетаскивая коробки и роясь в неразобранных вещах, он выкидывал ненужное на кровать.

На грохот прибежала мама. Свет из коридора холодным слепящим квадратом отсек полкомнаты и очертил угловатую, крепкую фигуру женщины. Пшеничные волосы и веснушчатая бледность подчеркивали ее непохожесть со старшим сыном.

Владислав отличался большей смуглостью, велосипедообразной стройностью, черными жесткими и непослушными волосами — как у цыган, — и голубыми выразительными глазами. Все это наделяло его привлекательностью, но резко и очевидно отличало от матери и брата.

Вытирая руки кухонным полотенцем, Анна придирчиво оглядела беспорядок. На усталом, но добром лице появилось неубедительное усталое недовольство.

— Что ты делаешь?

— Инвентаризация.

Ноутбук подпрыгнул на кровати, когда рядом с ним плюхнулась тяжеленая энциклопедия "Искусство фотографии".

— Ну-ну. За полгода мог бы все распаковать и разложить как нормальный человек.

— А еще через полгода опять все складывать?

— Что это еще значит..., — возмутилась было Анна, но искра недовольства быстро потухла, не получив поддержки от совести.

— Вот именно, — спокойно заметил Влад. — Ты даже не отрицаешь, поэтому не начинай.

— Владислав! Я тебя… Я тебя в угол поставлю. На колени, на горох.

Владислав глупо рассмеялся.

— А там тоже коробки!

Он выудил из кучи с техникой, проводами и кабелями старый, но рабочий

цифровой фотоаппарат и метнулся в прихожую.

— Погоди, а куда это ты на ночь глядя?

— Я быстро.

— Я спрашиваю не на сколько, а куда.

— Влад, ты уходишь? — из зала выглянул Пашка, щекастый и светловолосый как киношный купидон. — Купишь чипсов?

— Может быть, на обратном пути.

— А еще лимонад, и чебуреков, и...

— Ниче не треснет? — осадил Влад, в позе припадочного журавля надевая кроссовок. — Может быть, на обратном пути.

— На каком обратном? Там темнеет уже, — возразила мать. — Куда тебя понесло?

— Я Алису только провожу.

— Интересное дело! А тебя кто проводит?

Владислав поставил обутую ногу и мрачно, но беззлобно глянул на мать.

— Мам. Мне почти двадцать годиков. В крайнем случае, попрошу какого-нибудь дяденьку. Надеюсь, он не окажется маньяком.

Он сдернул с вешалки свою серую ветровку, схватил фотоаппарат и вышел, аккуратно, почти ювелирно, хлопнув дверью.

Глава 3 Мост, улица, фонарь и кто-то

Из-за набежавших туч ночь в наступила раньше чем обычно. В такую погоду Славные Упыри походили на типичный заброшенный городок после апокалипсиса. По пустым улицам растекалась кромешная тьма, в которой редкие фонари создавали островки безопасности. По одному на улицу.

Влад и Алиса, не отходя от дома, встали у единственного освещенного подъезда. Влад объяснял подруге тонкости обращения с фотоаппаратом. На включенном было бы удобнее, но фотоаппарат голодал уже больше года.

— Карта памяти внутри есть. Можешь с нее все удалить.

— Ты что, я все сохраню. Вдруг там что-то интересное?

— О да.

— А ты не боишься, что я его утоплю?

Влад флегматично посмотрел на нее в упор. Он полагал, что когда просишь одолжить дорогую вещь, обычно не взывают хозяина этой вещи к осторожности.

— Тогда можешь утопиться вместе с ним, — в шутку проворчал он.

— Просто, я думала, у тебя найдется ненужная "мыльница". А это слишком шикарно.

— Может он, вообще не работает. Я могу тебе всю коробку вынести. Но там такие же.

Какие именно у остальных поломки, Влад не помнил, но надеялся что интуитивно выхваченный Никон его не подведет.

— А почему больше не фоткаешь?

— Надоело, — просто ответил Влад, пожав плечами.

Поначалу в каждом новом городе, куда он переезжал, он пытался найти и сфотографировать что-то интересное. Потом, повзрослев, осознал, что это просто способ найти что-то принципиаольно хорошее в переезде, чтоб не расстраиваться. В итоге расстроился из-за этого и обозлился на дело, которому отдал столько времени, денег и стараний.