Волчица
Шрифт:
Конечно, я немного волновалась, боялась, как ко мне отнесётся народ команчей, как воспримут меня его родители. Чувствовала себя невестой на выданье. Кто сказал, что я невеста? Он даже ни разу не намекал, что он любит меня. Я еду, как гостья. Вот дура, выдумала. Чего-то хочется большего, больше чем другом быть, больше чем гостьей быть. Еду с ним на лошади, облокотившись спиной на его грудь. Глаза прикрываю и вспоминаю, как провели время мы вместе вдвоем в лесу.
Как я за него боялась, переживала, что не выживет после нападения медведя. Отвар помог
Единственное, что меня терзало, – мне приходилось обманывать его. Говорю за травами иду, а сама к своей новой семье, к волкам. Удивительно, но я скучаю по ним, они меня приютили, защиту дали и даже кормили. Каждый день с волчатами играюсь. А волки новости приносят, что происходит в лесу и за пределами леса.
Так случилось, что Отважный Охотник проследил за мной и тайну мою узнал. Рано или поздно это должно было случиться. В этот день моя душа разрывалась на части. Я боялась за Отважного Охотника. Волки могли напасть на него. И боялась за волков, так как Охотник мог их убить. Они мне все дороги. Они все меня хотят защитить. Даже представить не могла, если меня попросили бы сделать выбор между ними.
Как можно сделать выбор? Это тоже самое, когда спросят какую часть сердца ты готова отдать? Правую? Левую? А ты знаешь, отдашь хоть кусочек сердца, не выжить тебе в этом мире без него. Вот и здесь. Не смогу я выбрать между Охотником и Волками.
Ума не приложу, как я смогла успокоить их. Было всё, как в тумане. Но теперь я должна рассказать всё Охотнику. Только как? Как мне сказать то, что не каждому дано понять. Скажет, что я сумасшедшая. Зачем ему такая я? Скажет, что сказка всё это и отправит меня подальше. Не поверит же?! Всё время врала.
Собралась с духом. Подумала, будь что будет. Рассказала ему, завершив словами:
– Вот теперь ты знаешь всю правду обо мне.
Стою и смотрю на него. Замерла на месте. Пошевелиться не могу. Ощущение,что сердце моё остановилось. Не дышу. Просто жду. Сейчас участь моя решается. Только от него зависит вся моя дальнейшая судьба. Поверит он мне или нет?
Знаете, поверил мне. В мои глаза смотрит, лицо руками держит нежно. От его прикосновений мурашки по всему телу бегут. Сердце громко стучит, только его и слышу. Ноги ватными становятся. Думаю всё, сейчас упаду. Только его слова меня спасают от обморока и от неизвестности.
– Я тебе верю, Лиа. Верю. У моей сестры тоже есть дар.
Я прильнула к нему. Хотела спрятаться. На глазах слезы, слезы облегчения. Глубоко вздохнула и подумала: «Как хорошо, что я сказала правду. Не надо больше лгать. Не надо прятаться. Рассказывать сказки. Будто тяжелый груз сняла со своих плеч. На душе легко и свободно, парить хочется. Голова на его груди лежит. Он меня обнимает за талию. Глаза закрываю, а в мыслях: «так и стояла бы целую вечность. Здесь. С ним».
Но голос его меня отрезвляет:
– Завтра
Я растерялась. Не знаю, что ответить. Хотела в его глаза посмотреть. Не могу. Из своих объятий меня не отпускает. Он всё сильнее сжимает руки вокруг моей талии. Боится, что я убегу? На самом деле больше всего боюсь я. Боюсь встречи с его народом, встречи с его семьёй. Но делать мне нечего. Говорю ему: «Да! Я согласна ехать», но ставлю условия. Он соглашается. Даёт обещание. Я ему верю. Он человек слова. Всегда сдерживает свои обещания.
На следующий день Охотник приносит мне изготовленный лук со стрелами. Целый вечер мастерил. И всю ночь не спал, мастерил.
Сначала Охотник учил, как держать лук правильно, какое должно быть положение тела, рук, ног, как правильно прицеливаться и стрелять. Объясняет и одновременно показывает мне. Я держу лук, натягиваю тетиву. Чувствую, что он стоит сзади, рядом. Взгляд направлен на меня. Слышу шорох, подходит ближе ко мне. За талию берёт, поворачивает, чтобы я заняла правильное положение. А я стою на месте и не двигаюсь, тело перестаёт меня слушаться. Руки свои кладёт на мои, натягивает тетиву ещё сильнее и шепчет мне тихо на ухо:
– Видишь, вот так надо. Прицеливайся. Смотри внимательно. Глаз. Тетива. Центр мишени. При стрельбе дыхание задержи. Стреляй. Поняла?
Я стою и думаю: «Что он делает со мной? Неужели он не понимает, только одно его слова, одно его дыхание щекочет мне ухо и шею. Мурашки по коже разбегаются. Дыхание моё сбивается. Пульс учащается. А по телу тепло разливается. Устоять не могу, ноги ватные, не слушаются. Какая может быть задержка в дыхание? Я не то, что в цель не попаду, я и выстрелить-то не смогу. Ощущения непередаваемые. Со мной раньше никогда такого не было. Надеюсь Охотник не видит моего состояния».
Я от него отскакиваю, поворачиваюсь к нему и быстро выпаливаю:
– Я всё поняла. Позже попробую. А сейчас надо обед приготовить.
Не даю ему возможности слово вымолвить. Сразу же ухожу подальше к речке, к воде. Освежиться надо. Мне надо прийти в себя.
На следующее утро, пока он спал, решила сама потренироваться в стрельбе из лука. Натягиваю тетиву и вспоминаю, что он вчера говорил. С пятого раза стала попадать в цель и от радости вскрикнула:
– Ура! Получается!
– Молодец, Лиа! Быстро учишься, – крикнул Охотник. Оказывается он уже проснулся и за мной наблюдал.
Через два дня я охотилась самостоятельно. У меня появился свой лук и колчан со стрелами. Я была благодарна Охотнику за такой подарок. Теперь я понимала, если вдруг останусь одна, то с голода не помру. Смогу в своё логово принести дичь – подумала я, как хищник, как Волчица. Сама от себя не ожидала такого.
Так проходит неделя для меня тяжелая. Вся в заботах и тренировках. Сама же хотела этого. Могла отказаться в любой момент. Но не сделала этого. Я девушка с характером. Лучше всего на тренировке у меня получалось– это стрелять из лука.