Волчье солнце
Шрифт:
В самолете место у Даши оказалось далеко от остальных, и все пять часов полета она смотрела в бездонную синь, где жили своей отдельной небесной жизнью невесомые облака.
По прилету началась суета. Николай и компания побежали на вокзал, брать билеты на местный поезд, который доставил бы их до нужной станции. Поезд уходил впритык, все жутко нервничали, ожидая рюкзаки у ленты. Дашин рюкзак приехал последним, из-за чего все начали на нее шипеть. Алевтина даже предложила забрать у Даши паспорт и поехать за билетами, но Даша испугалась, что ее обман всплывает, и паспорт им не отдала, чем вызвала
Билеты взять успели, в поезд загрузились, расселись по местам. Ехать предстояло два часа. Даша устала, хотелось пить, а воды она купить не догадалась.
Зато все остальные запаслись термосом с чаем, бутылками с компотом и припасами. Дашу к столу не позвали. Только Николай предложил ей свои неаппетитные бутерброды, от которых Даша отказалась из-за стеснительности.
Приехали уже на закате. Николай звонил по телефону тому самому Феде, ругался, что «Ну мы же договаривались». Выяснилось, что Федя должен был забрать их всех на машине, но употребил горячительного, и не мог садиться за руль. После долгих созвонов нашли водителя единственной местной частной маршрутки и за мзду и добрую славу перед лицом приезжих гостей уговорили его приехать.
Хозяйство Феди оказалось большим старым домом, где из мебели преобладали печь и нары, и постройками вокруг этого дома. Баня, конюшня, сараи.
Даша не могла насмотреться на выгнутые спины гор, закрывавшие багровое зарево заката, полыхавшего над тайгой. Ей казалось, что она спит и видит документальный фильм BBC.
Женщины взялись готовить, пока Николай болтал с датеньким Федей, а Даша стояла и смотрела на горы. Краем уха она прислушивалась к разговору мужчин.
– Координаты надо мчс-никам оставить, – бубнил Федя. – Случись чего, где вас искать? На маршрут положено выходить, отметившись.
– Ладно тебе, – отмахивался Николай. – Мы, может, по пути маршрут скорректируем. Я к Каменным пальцам еще завернуть хотел. Это два лишних дня. А там телефоны не берут.
– Рации брать надо, а ты все жадишься, – сплюнул в траву Федя. – Мне хоть на карте черкани, где вас искать, в случае чего.
– Никаких случаев, – визгливо хихикнул Николай. – Что это тебя вдруг на осторожность потянуло? Пойдем лучше есть. Пахнет как, чувствуешь? Тушеночка!
Даша тоже получила свою порцию рисовой каши с тушенкой. Еда показалась изумительно вкусной. Потом она заползла на верхние нары прямо в одежде и уснула, уткнувшись носом в жёсткую подушку в линялой наволочке под смех женщин и бубнеж Феди.
Чувствовала Даша себя бесконечно счастливой.
Глава 2
Трудности начались сразу же, как утром вышли на маршрут. Даша убрала куда-то непростительно глубоко баллончик средства от насекомых, и забыла побрызгаться. Комары и прочие жужжательные твари не замедлили воспользоваться ее ошибкой.
Вес в рюкзаке она тоже распределила неправильно, и уже после первых пяти километров пути он начал нещадно давить на плечи. Кроме того, Даша никак не могла приладиться к ходкому шагу остальных участников группы.
– Даша, не отставай, – то и дело покрикивал на нее кто-то из спутников.
Между собой они комментировали ее походку, ее рюкзак
На дневку остановились на склоне невысокой лесистой горы, там протекала речушка и выделялся вытоптанный круг травы с кострищем по центру. Даша свалила в траву проклятый рюкзак, и сама упала было рядом, но ее заставили варить обед.
У Даши от усталости дрожали руки и ноги, поэтому суп у нее не удался, за что ей пришлось выслушивать едкие замечания. Особенно упражнялись в остроумии Алевтина и Зина. К этому времени Даша уже поняла, что обе они находятся с Николаем в довольно интимных отношениях, и к главным прелестям похода у них прилагается еще и дополнительный бонус. Ее немного удивляло, почему женщины не ревнуют инструктора друг к другу. Николай по очереди приобнимал или шлепал по заднице то Алевтину, то Зину, обеим это явно нравилось, но реагировали они на такую двойную игру расслабленно. Палатка у подруг была общая, и установили они ее подальше от других.
Зато любые попытки сближения Николая и Даши вызывали у обеих туристок приступы нервного раздражения. Даша старалась держаться от Николая подальше, чтобы не нагнетать, но это оказалось невозможно, потому что он был инструктором, а она – туристкой-новичком.
Николай все время подходил, чтобы помочь ей с чем-то или объяснить, как надо делать правильно. За каждым его и Дашиным жестом следили две пары недобрых внимательных глаз.
Сарказм Алевтины и Зины жалил Дашу сильнее, чем комары и мошки. Поэтому она нарочно плелась в хвосте группы, стараясь не привлекать к себе внимания. Николай сначала шагал впереди со своими поклонницами, но потом тоже переместился в хвост, чтобы присматривать за Дашей. Шел сзади и созерцал ее пятую точку. У Даши от его взгляда поневоле краснели уши.
К ночевке обстановка раскалилась до предела. Остановились в таком же живописном месте, только вместо реки из камней бил родник.
Даша сидела на огромном сером камне и пила из жестяной кружки – чудом уцелевшее отцовское походное наследство – ледяную сладкую воду. Сверху было небо, вокруг – горы, покрытые густым хвойным лесом. Ей было так хорошо, что даже не хотелось доставать телефон и фотографировать окружающий мир.
Остальные споро ставили палатки, разводили костер и готовили ужин. Когда Даша вернулась, то тоже начала ставить себе палатку. Получалось у нее медленно, и Николай пришел помочь. Тут же рядом возникла Зина, оттерла Николая и с мрачным видом сделала все сама – установила дуги, натянула верх, закрепила колышки.
– Ходят маменькины дочки в поход, а потом ты их на себе таскай, – скривила губы Зина, расстегивая вход на установленной палатке.
– Я сама могла, – ответила Даша.
В груди у нее возник горький комок, тяжесть которого мешала дышать.
– Оно и видно, – фыркнула Зина и ушла к костру.
Под черным небом, битком-набитом звездами, протекал их первый ужин. Пахло костром и сырой травой. Даша ела и смотрела на звездный свод, поражаясь тому, как она могла жить и никогда не видеть ночного неба во всем его великолепии.