Воители безмолвия
Шрифт:
– Каково будет ваше решение, воин Асмусса? Готовы ли вы слепо следовать нашим приказам, подчеркиваю, «слепо», или будете упорствовать и ссылаться на Лоншу Па, этого покойного изгоя, доверие к которому утерял махди?
– Хорошенько взвесьте свои слова, воин! – прорычал первый мудрец.
Филп колебался только одно мгновение. Смерть Лоншу Па огорчала его, но и была знаком неба, толчком судьбы. Он храбро поднял глаза, выдержал горящие взгляды мудрецов и почтенного Плейса Хартига и твердым голосом произнес:
– Теперь я ясно вижу внутри
Он отчеканил эти слова почти с мистическим благочестием. Мудрецы директории и Хартиг обменялись довольными взглядами. Морщинистые лица заулыбались.
– Весьма мудрое решение! – радостно воскликнул первый мудрец. – Отныне мы уверены, вы не сойдете со славного пути, намеченного вашими предшественниками!
– Готовы ли вы поклясться, что никому не скажете о существовании этого склепа? – спросил второй мудрец.
– Я не рыцарь, – ответил Филп. – И не могу дать клятву почетного молчания…
– Соображение, достойное здравого смысла, молодой человек! – проблеял четвертый мудрец. – Плейс Хартиг, извольте ознакомить воина Филпа Асмусса с великой для него новостью.
Руководитель корпуса Чистоты ухмыльнулся, и эта ухмылка в бегающих огнях потолка могла сойти за улыбку.
– Воин Асмусса, через три дня по случаю годовщины основания Ордена абсуратов вы получите тонзуру и сутану рыцаря! И тогда сможете дать клятву почетного молчания…
– Если вам повезет, то ваше возведение в рыцарство будет освящено лично махди! – заявил первый мудрец. – Если его неустанные труды позволят ему улучить несколько мгновений на отдых. Мы постараемся склонить его к этому… Но не обольщайтесь…
Волна радости затопила Филпа. Итак, его возведут в рыцарское достоинство, к которому он с невероятным рвением готовился три года, вызывая восхищение инструкторов и ревность соучеников. Он получит звание рыцаря Ордена абсуратов. Эта мысль смела ужасное впечатление, оставшееся от встречи с трапитами. Он с волнением подумал об умерших близких: они бы гордились им… Отец, мать, сестры…
– Эти три дня, которые отделяют нас от празднования основания Ордена, вы будете готовиться, – продолжил Хартиг. – Три дня поста, полного воздержания и поиска Кси. Ваш духовник, рыцарь Шуд Аль Бах, которого предупредит наш глашатай, в подробностях объяснит вам всю процедуру и послужит вам поддержкой в течение вашей медитации.
– Можете идти, воин! – произнес первый мудрец. – Начальник охраны Сабо сопроводит вас в вашу келью.
Филп не двинулся с места. Слова, которые теснились в его горле, никак не хотели
– Вас что-то тревожит? – спросил Хартиг.
– Я… Простите мою настойчивость… У меня есть одна просьба, – в смущении пробормотал Филп.
– Говорите! – сухо приказал первый старец.
– Мне хотелось бы получить аудиенцию у махди Секорама…
Сморщенное лицо старца с огромной головой сложилось в благожелательное выражение. Его сухие губы приоткрыли желтые зубы. Его блеяние больше походило на шепот:
– Я понимаю ваше желание, воин… Нет и минуты в нашей жизни, когда нам не хотелось бы выразить ему нашу любовь, нашу признательность, нашу преданность. Это нормальная просьба… Но мешать махди – не лучший способ оказать положенную ему честь: нынешняя ситуация забирает всю его энергию, все его время. Война, которая нам угрожает, не оставляет места для личных бесед. Вы сами видите, с какой скоростью и эффективностью действуют враги Конфедерации. Вы сами знаете это, поскольку напрямую пострадали от них. Вы считаете, что имеете право отвлекать махди от его работы в то время, как Анги Сиракузские, зачинатели заговора, готовятся сделать императором одного из своих? Они нарушили законы Конфедерации, установленные махди Нафлином, основателем Ордена…
– Знайте, что агенты наших внешних сетей сообщили о скором нападении союзников сиракузян, – добавил второй старец.
– И это произойдет здесь! На Селп Дике! – взревел первый мудрец. – Они должны чувствовать невероятную уверенность в своих силах, если собираются бросить нам вызов на нашей территории!
– Подготовьтесь надлежащим образом во время трех дней дорыцарской медитации, – сказал Плейс Хартиг. – Только так вы почтите нашего предводителя. Сегодня действие – лучшее доказательство преданности…
– Понимаю, – прошептал Филп.
Скорое посвящение в рыцари смягчило разочарование от отказа мудрецов.
– Прекрасно. А теперь идите!
– Могу ли я навестить дочь Шри Алексу и осведомиться о ее здоровье перед тем, как удалюсь в келью?
– До сих пор вы не нуждались в нашем разрешении! – проворчал Хартиг, нахмурившись. – Снисходительность рыцаря-врачевателя Нобера Оана помогала вам обходить правила! Наш врачеватель терпелив только с вами. Но поскольку он уверил нас, что ваши визиты полезны для морального духа девушки, мы закрывали глаза… И закроем их еще один раз!
Через несколько минут в сопровождении Сабо Филп был уже у дверей сумрачного логова Оана. Начальник охраны остался ждать в прихожей. Филп вошел в кабинет, где его встретил один из помощников врачевателя, сидевший среди нагромождения флаконов и сосудов с желтоватой жидкостью, в которой настаивались сухие травы, корни и листья различных растений. Тяжелый горьковатый запах наполнял помещение. После возвращения с Красной Точки Филп почти никогда не посещал эту комнату. Он избегал столкновений с колючим Нобером Оаном, чей неуживчивый характер был притчей во языцех в монастыре.