Воители безмолвия

Бордаж Пьер

– А почему они не приходят? – воскликнул мальчуган.

– Потому что они стоят перед выбором. У каждого человека, на любом уровне его существования, есть выбор. Только свободная душа может придать истинную ценность решению. Когда решаешь стать верным исполнителем великого проекта, правдивой нотой в мелодии, надо, чтобы это происходило без принуждения, без тени сомнения.

– Быть может, они не могут! – воскликнул Шари. – У них есть камни для путешествия?

Безумец рассмеялся. Смех его походил на журчание воды. Потом он нежно посмотрел на

ребенка:

– Если ты используешь мысль, чтобы говорить с Духом Материи, они путешествуют с помощью своей мысли. Их транспорт – эфир. Разве им нужен другой носитель?

Солнце уже стояло высоко в небе и грело их своими ласковыми лучами. Шари насыщался этим теплом, оно убаюкивало его, пьянило. В этом умиротворяющем спокойствии горной местности, обласканный журчанием речки, он ощутил безмерное счастье. В его душе лопались пузырьки эйфории. Он полностью слился со средой, он уже не мог себя отделить от нее. Природа и ребенок, каждый по-своему, каждый на своем уровне, превратились в звенья света и соединились в неразрывную цепь. Теперь ему казалось, что он слышит песню реки, ноты, которые издают капли, образуя симфонию, воспевающую славу творения.

Когда он очнулся от безмерного восхищения, он вдруг заметил, что солнце покинуло небосвод, а вокруг начали сгущаться сумерки, размывая контуры и рельеф гор. Безумец исчез. Шари испуганно оглядывался по сторонам, но так и не обнаружил знакомой фигуры.

Часы летели с ужасающей скоростью, но ни один визитер так и не появился. Ребенок с печалью вспомнил слова безумца, когда он говорил о несчастьях, ожидающих мир. Он жадно вглядывался в противоположный берег, уже залитый тьмой, словно его взгляд мог заставить появиться тех, кто еще мог спастись от неминуемой катастрофы. Он мысленно увидел мать, привязанную к столбу, ее муки и вдруг понял всю немыслимость того, что многих матерей и детей ждут такие же испытания.

Ему вдруг показалось, что он видит подвижные тени на скалах, нависавших над речкой. Ухватившись за безумную надежду, он вскочил на ноги и вскарабкался на ближайшую скалу.

Он едва дышал, руки и грудь его были исцарапаны, но он влез на узкий карниз там, где речушка превращалась в водопад, чтобы ниже вновь обрести спокойствие.

И увидел мужчину и женщину, закутанных в цветные ткани, которые сидели на каменистой земле с закрытыми глазами, лицом друг к другу и держась за руки.

– Это вы? – поспешно закричал Шари, охваченный внезапным страхом, что они вдруг испарятся.

Веки женщины и мужчины поднялись. Они пытались взглядом пронзить окружавшую тьму.

– Это вас ждет горный безумец? – возбужденно повторил мальчуган, приближаясь к паре.

– Кто ты, дитя? – нежно спросила женщина.

Мальчику еще никогда не доводилось видеть женщины такой красоты. В тонкие длинные косички были вплетены розовые листья. А руки бородатого мужчины были украшены черными и красными полосками.

– Меня зовут Шари Рампулин, – ответил ребенок с наивной гордостью, вызвав улыбку на лицах гостей. – Мы, горный

безумец и я, прибыли сюда на летающем камне, чтобы дождаться прибытия визитеров. Вы и есть те самые визитеры?

– А кто такой горный безумец, о котором ты говоришь? – спросил мужчина.

– Он приютил меня после смерти матери. Он научил меня говорить с духом камня. Он знает многое. Он сказал мне, что вы путешествуете с помощью мысли. Правда ли это?

Мужчина и женщина переглянулись. Потом женщина сказала:

– Мы тоже некоторое время ищем кое-кого. Мы готовились улететь, решив, что этот мир необитаем и не стоит оставаться здесь дольше. Можешь ли ты познакомить нас с этим человеком? Если он знает так много, как ты говоришь, быть может, он поможет нам в наших поисках?

– Пошли со мной! – воскликнул Шари. – Он должен быть где-то поблизости. Когда наступает вечер, он отправляется собирать ягоды.

Но в момент, когда гости и ребенок собирались спуститься вниз, вдруг раздался голос:

– Нет смысла искать меня в ином месте. Я здесь!

Силуэт горного безумца вырисовывался по ту сторону водопада, словно он чудом возник из водяной стены. Воцарилось долгое молчание, пока женщина, мужчина и старец внимательно смотрели друг на друга. Удивленный Шари переводил глаза с одного на другого, не зная, на ком остановиться.

Первым заговорил мужчина:

– Я Тиксу Оти с Оранжа. А это моя жена Афикит, дочь Шри Алексу с Сиракузы. Я думаю, мы ищем именно вас!

На сияющем лице безумца появилась широкая радостная улыбка, его белые зубы блеснули в ночной тьме.

– Я тот, кого называют горным безумцем Матери-Земли, и я вас ждал.

Шари не сдержался:

– Это они?.. Это они?..

– Не кричи так оглушительно! – укоризненно произнес безумец. – Наши друзья не глухие.

Тиксу и Афикит выглядели взволнованными: то, что они наконец добрались до цели своих долгих исканий, словно лишило их сил, энергии. Давно ожидаемая встреча с человеком, которого они считали третьим наставником, наполняла их робостью, давила на них тяжким грузом покорности. Несколько недель они без устали путешествовали, не давая себе времени на отдых, дойдя до предела своих возможностей. Как только закончилась странная церемония их свадьбы среди туземцев, они улетели, продолжая свой поиск.

– Я не третий наставник, – сказал безумец, словно прочитав их мысли. – Я простой посредник и вскоре покину эти миры. Ребенок и вы отныне являетесь тремя наставниками…

Призыв промежуточных миров становился все сильнее. Безумец воссоздал цепь и теперь мог спокойно уйти. Он видел на лицах своих собеседников следы невероятной усталости.

– Пойдемте, я приготовил хороший ужин. Потом мы сможем поговорить…

Шари со всех ног скатился по склону, словно газель, перепрыгивая с камня на камень. В спешке он забыл о гостях, которые, держась за руки, неторопливо спускались со скалы.

Шари уже давно, со смерти своей матери, не ужинал так вкусно и по-настоящему.