Воинский класс
Шрифт:
Настроив переключатели и проведя окончательную проверку систем, Фурсенко открыл створки бомбоотсека и сбросил первую бомбу Х-73.
— Закрыть створки, включить лазер! — Скомандовал Егоров. Фурсенко включил лазерную систему целеуказания получил ответ от системы управления бомбы. — Параметры норма, лазер выключен. — Ему нужно было включить лазерную систему только на несколько секунд после сброса, чтобы дать бомбе целеуказание, а затем снова включить ее за десять секунд до попадания, чтобы подкорректировать бомбу на терминальном участке. Метка осталась на цели. Все шло прекрасно, как в Тиране. Все было…
ДИДЛ!
Десять секунд до удара.
— Включит лазер! — Крикнул Егоров. Он сразу же принял еще один сигнал «параметры норма» от бомбы. Ничто не могло ее остановить…
* * *
— Контакт! — Закричал Дуэйн Деверилл. — Энни, тридцать влево! — Он щелкнул переключателем системы голосового управления на джойстике системы отслеживания целей и скомандовал:
— Цель два, атаковать двумя «Анакондами».
— Пуск двух «Анаконд», прекращение процедуры пуска… створки открыты, ракета выпущена… поворот держателя, прекращение процедуры… ракета выпущена… поворот держателя, закрытие створок. — Ответила система управления огнем. Самолет выпустил две ракеты «воздух-воздух» большой дальности AIM-152 с расстояния тридцать восемь километров. Стартовые ускорители разогнали крупные ракеты до скорости в две звуковые, а затем заработали ГПВРД ракет, моментально разогнав их до пяти звуковых. Преодолевая более полутора километров в секунду, «Анаконда» в считанные мгновения преодолела расстояние, отделяющее его от цели.
Наводимая автономной радиолокационной системой, ракета прибыла в точку пространства всего в шестидесяти метрах над танкером «Устинов» и взорвалась — как раз в тот момент, когда в этом же месте оказалась бомба с лазерным наведением Х-73. Огненный шар вспыхнул над танкером, гигантским фейерверком осветив все на полтора километра вокруг. 29-килограммовая боевая часть «Анаконды» разнесла крупную бомбу прежде, чем так взорвалась, так что огненный шар был недостаточно сильным, чтобы повредить танкер, за исключением того, что опалил краску и вынес все сохранившиеся стекла в надстройке.
— Всем, кто меня слышит, всем, кто меня слышит, это «Ас-1-9», — сказал Деверилл на частоте 243,0 МГц, международной аварийной частоте, изучая дисплеи «суперкабины».
— Неопознанный летательный аппарат в двенадцати километрах от Эрегли, высота триста, выполняет правый разворот и движется на юг.
Они находились на борту бомбардировщика ЕВ-1С «Мегафортресс-II», барражирующим высоко над Черным морем в сорока восьми километрах от турецкой военно-морской базы в Эрегли. Он сканировал окрестности лазерным радаром «Мегафортресса» весь вечер, но не обнаружил ничего, пока прямо в небе не появилась бомба, понесшаяся к российскому танкеру. — Просто дружеский
— «Ас-1-9», говорит «Сталкер-один-ноль», слышим громко и четко, — ответил Дэвид Люгер. Он находился на борту DC-10 «Скай Мастерс Инкорпорейтед», державшегося неподалеку от ЕВ-1С «Мегафортресс» на другой высоте. Он тоже сканировал небо лазерным радаром DC-10, и обнаружил неопознанный самолет и бомбу в тот же момент. — Возможно, вы захотите связаться с Эрегли-контролем на частоте 275,3. Удачи, ребята.
— Мы рады за вас — кто бы вы ни были, — ответила командир самолета Энни Дьюи, ощутив, что не смогла удержать слезы и не дать голосу дрогнуть. — Удачного полета.
— И вам того же, «Ас-один-девять», — ответил Дэвид. Энни услышала, как его голос смягчился и наполнился искренним пожеланием добра и мира. — Удачи вам в жизни, ребята.
Дэв протянул руку и коснулся руки Энни, лежавшей на РУД.
Она посмотрела на него и улыбнулась. Он улыбнулся в ответ.
— Спасибо, — ответила она. — Будьте осторожны.
* * *
Дэвид Люгер переключил частоту с ощущением печали, но не сожалея. Он знал, что, вероятно, это был последний раз, когда он смог поговорить с Энни. Но она решила связать жизнь с Дуэйном Девериллом и значит, так было надо. Его судьба была иной.
Переключившись на защищенный тактический канал, он объявил:
— Всем «Сталкерам», я «Сталкер-один», «бандит» на два-два-один относительно меня, удаление пятьдесят один, ангел тридцать один[133], уходит вправо, вероятно, на новый заход.
— «Сталкер-два-два», принял, — ответил ведущей звена из трех турецких F-16. — Захожу на «бандита» на ангел тридцать четыре[134].
— Я «Сталкер три-один», принял, — ответил ведущий пары украинских МиГ-29. — Заходим на цель на ангел-двадцать девять[135]..
— Всем «Сталкерам», переключиться на канал синий-семь.
— Я «два-два», переключаюсь на синий-семь.
— Второй, подтверждаю.
— Третий, подтверждаю.
— Я «три-один», переключаюсь на канал синий-семь.
— Второй, принял, — пилот каждого истребителя переключил лазерный приемник на частоту, соответствующую той, на которой работал лидар DC-10, при помощи которого Люгер отслеживал неопознанный самолет. Поскольку радары истребителей не могли надежно засечь малозаметный самолет, лидар DC-10 был настроен на единственную частоту, при которой было возможно отслеживать самолеты. Как знал Дэвид Люгер, первый конструктор Метеора Мт-179, это был единственный способ отследить его.
— Я «Два-два», попался! — Раздался голос турецкого ведущего.
— Я «три-один», контакт! — Раздался голос украинского пилота несколькими мгновениями спустя. — Атакую.
* * *
— Что случилось? — Крикнул Егоров. — Мы потеряли бомбу! Что случилось?
— Она взорвалась до попадания в танкер, — сказал Фурсенко. Инфракрасная система все еще была наведена на «Устинов». За исключением некоторых незначительных повреждений, танкер остался нетронутым.