Воинский класс
Шрифт:
Это была, должно быть, самая странная погоня, которую кто-либо видел — два массивных корабля, разделенные несколькими милями, один из которых преследовал другой со скоростью быстрой езды на велосипеде. На самолетах, подумал Борисков, все происходило до невозможности быстро, но в морской войне все было крайне медленно. Но вскоре они оказались в пределах досягаемости АК-130, и большая двухорудийная установка открыла огонь. Два 32-килограммовых осколочно-фугасных снаряда ударили в надстройку с интервалом всего в несколько секунд, породив огромные пробоины в жилых помещениях. Второй залп пришелся в
— Говорит «Устинов», — раздалось по рации. — Поздравляем — вам удалось разрушить мостик. Я не думаю, что мы сможем надлежащим образом управлять кораблем со вспомогательного поста. Но я бы не стал больше стрелять по надстройке. Мы разместили там экипаж «Устинова». Выстрелите туда снова, и вы убьете своих соотечественников.
— Прекратить огонь, — сказал капитан, рассматривая цель в телескопический прицел низкой освещенности. — Это капитан Борисков, командир эсминца российского флота «Бесстрашный», — ответил капитан по-английски. — Что за трусы подвергают опасности заложников? Освободите экипаж на спасательных шлюпках. Остальное будет между нами.
— Я считаю, что члены экипажа будут в безопасности, если вы прекратите огонь по надстройке.
— Кто вы такие? Что вам нужно?
— Кто я — не важно, — ответил Патрик Маклэнэхан. — Мы хотим передать товарищу Казакову небольшое послание: если он продолжит летать на своей стелс-игрушке, пострадает он и все его партнеры и деловые связи.
— Какая еще стелс-игрушка? О чем ты говоришь?
— Павел Казаков оказался вовлечен в компанию террора и беспредела по всей Европе, — продолжил Патрик. — Он несет ответственность за террор и разрушения на Балканах, из-за которых международное сообщество было вынуждено среагировать, отправив туда российских миротворцев для защиты этих стран. Но это было сделано для того, чтобы российская армия защищала новый трубопровод Казакова.
— Вы заявляете, что российская армия сговорилась с Павлом Казаковым? Это смешно.
— Президент Сеньков, генерал-полковник Журбенко и многие другие члены высшего российского военного командования находятся на оплате у Казакова, — ответил Патрик. — Когда они не соблазнились деньгами Казакова, Казаков отправил свой малозаметный истребитель-бомбардировщик «Метеор Мт-179» в атаку. Он убил тысячи, чтобы породить достаточно страха, чтобы убедить других присоединиться к нему.
— Чем вы можете все это доказать?
— Мы отправили запись переговоров между Казаковым, директором «Метеор Аэрокосмос» Фурсенко, начальником генерального штаба Журбенко[114] и советником по национальной безопасности Ейском крупнейшим мировым СМИ, — сказал Патрик. — Журбенко и Ейск согласились мобилизовать российскую армию в ответ на провокации Казакова посредством его секретного самолета, чтобы российские войска могли занять и контролировать территорию других стран, необходимую Казакову, чтобы проложить свой нефтепровод от Черного моря к Адриатическому. Сегодня вечером эту запись услышит весь мир.
— Откуда нам знать, что этой записи можно верить? Как понять, что это все реально?
— Потому, что мы также приложили запись переговоров президента России Сенькова, обсуждавшего это с президентом
— Так в этот вовлечен еще и президент Томас Торн?
— Целью президента Торна было лишь освобождение захваченных летчиков, — ответил Маклэнэхан. — Целью Сенькова было неразглашение неудобной информации о том, что он намерен действовать заодно с криминальным боссом и наркоторговцем на Балканах, чтобы разделить прибыль в сто миллионов долларов в сутки. Если Торн в чем-то и виновен, это в том, что доверился Сенькову. Сеньков же виновен в сговоре с Павлом Казаковым[115].
— Очень интересная сказка, — сказал Борисков. Но его это обеспокоило. В последние несколько месяцев большая часть российских вооруженных сил делал именно это — защищали бизнес Павла Казакова. Он и многие из его сослуживцев задавались вопросами об этой грандиозной схеме, но она сулила прибыль для всех. Возможно, все так и было — Сеньков, Журбенко и многие другие в Москве получали откаты от Казакова за защиту его нефтепровода. А теперь и российский флот стал его невольной службой охраны. — Что вы намерены делать с танкером?
— Мы считаем, что это будет авансовый платеж Казакову по его огромному долгу народам Балкан, — ответил Патрик. — В особенности населению Кукеса, Струги, Охрида и тем, кто погиб на борту Е-3 АВАКС НАТО и пилоту турецкого F-16 при налетах его истребителя[116]. Это танкер и его груз представляют собой средства Павла Казакова в размере почти полумиллиарда долларов. Мы намерены отправить их на дно Черного моря.
— Shto? — Выкрикнул Борисков. — Вы не можете этого сделать! Это будет монументальная экологическая катастрофа! Разлив загрязнит больную часть Черного моря на многие годы!
— Пусть это останется на руках Павла Казакова, — ответил Патрик. — Быть может, после потопления этого корабля мир все узнает о Казакове и его кровавой жадности.
— Что нам делать, капитан? — Спросил старпом «Бесстрашного». — Мы не сможем достичь его вовремя.
— Значит, нужно вывести его из строя, — ответил Борисков. — БИЦ, это капитан. Цель винторулевая группа танкера. Мне нужно остановить его намертво. Затем нагоним его, высадимся и будем удерживать до подхода помощи из России.
— Мы в турецких договорных водах, капитан, — предупредил его штурман. — Здесь запрещено применение оружия.
— Это чрезвычайная ситуация, — сказал капитан. — БИЦ, выполнять последний…
— Мостик, здесь БИЦ, высокоскоростная воздушная цель, маловысотная, направление ноль-два-ноль, дальность восемьдесят семь километров, скорость… скорость тысяча триста в час, — воскликнул оператор радара в БИЦ. — Множественная цель!
— Внимание, эсминцу «Бесстрашный», говорит бомбардировщик Черноморского Альянса к северу от вас, — раздалось на мостике мгновением позже. — Вы вошли в договорные воды Альянса. Приказываю немедленно изменить курс, или вы будете атакованы.