Воин
Шрифт:
Этот комплимент заставил ее вспыхнуть румянцем:
– А ты такой проходимец.
– Как скажешь.
Кэт удивленно выгнула бровь:
– Ты не споришь со мной?
– Когда я в тебе? Нет. Если честно, я даже не понимаю, что мы сейчас друг другу говорим. Мне абсолютно не до этого. Все мысли только о том, как хорошо ты выглядишь без одежды и как я люблю быть внутри тебя.
Катарина цокнула языком:
– Тогда позже ты пожалеешь, что только что пообещал сделать меня вождем своего клана.
– М-м-м. Все, что угодно, лишь
Кэт засмеялась. На самом деле высшем счастьем было ощущать его объятия и крепкое тело, прижатое к ее телу. Она любила этого мужчину. Это действительно было все, в чем она нуждалась в этой жизни.
Если бы он мог ей принадлежать!
Зажмурившись, она наслаждалась каждым толчком Локлана, каждым своим движением, которым отвечала ему.
А когда она достигла пика наслаждения, горец тут же к ней присоединился.
Разгоряченная и вспотевшая, Катарина в изнеможении рухнула рядом с шотландцем. Он обнял ее и прижал к себе, как величайшую драгоценность.
Оба они долго лежали, не шевелясь, пока голод не дал о себе знать. Локлан встал, натянул одежду и вышел поискать какой-нибудь еды, а Кэт между тем умылась и оделась.
Влюбленные провели остаток дня, прячась в своей комнате и ожидая известий от Страйдера. Не получив от него и его людей никакой весточки, Мак-Аллистер начал беспокоиться. У Страйдера было достаточно времени, чтобы вернуться в Руан и затем прибыть на пристань.
Где же он сейчас может быть?
На закате лэрд оставил Катарину в гостинице и отправился на поиски товарищей. Королевский корабль все еще стоял на якорной стоянке там же, где и прошлой ночью. Только теперь на нем было тихо. Лишь два одиноких стража несли вахту.
Не обращая на них внимания, Локлан прошел мимо, внимательно оглядывая улицу в поисках Страйдера и его людей. Вокруг сновало множество матросов. Несколько проституток приставали к прохожим в поисках клиентов. Торговцы шмыгали туда-сюда со своим товаром.
Больше всего горец опасался, что Страйдер со своими спутниками находились сейчас под королевским надзором из-за участия в побеге шотландца. Это было вполне возможно. Ведь они помогли Локлану освободить Катарину, и лэрд был уверен, что Грэхэм с радостью описал эти события Реджинальду и его людям.
– Локлан!
Шотландец замер, услышав чей-то шепот. Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы определить, откуда его окликнули.
Одетый во все черное, даже прикрыв голову широким капюшоном, в тени здания стоял Пустельга. Он знаком подозвал горца.
Едва Мак-Аллистер приблизился, Пустельга затащил его в узкий проход между домами.
Лэрд скрипнул зубами из-за нахлынувшего ужаса и гнева:
– Что, других схватили?
– Да, можно и так сказать.
Локлан нахмурился, расслышав странные нотки в голосе Пустельги:
– Что ты имеешь в виду?
– Король заметил нас, когда мы въехали в город, и потребовал, чтоб Снайдер немного побеседовал с ним. Это «немного»
Мак-Аллистер издал недовольный возглас и спросил:
– Но Старйдер не арестован?
Пустельга отрицательно покачал головой:
– Поверь, мы до смерти напугали Грэхэма и его братьев. Если он скажет хоть слово против нас, то будет умолять о смерти еще прежде, чем закончит первый слог.
Это немного успокоило лэрда.
– Так мы ждем Страйдера?
– Нет. Так как он лучший из английских рыцарей, король слишком пристально наблюдает за ним. Страйдер сказал нам действовать самим, а он догонит нас позже. Он считает, что лучше ему отвлекать короля, пока мы стараемся сбежать.
– А если его разоблачат и схватят?
– Не беспокойся. Страйдер достаточно умен, чтобы с ним такое не случилось.
– А как же насчет моего брата? Страйдер сказал, что…
– Об этом тоже не беспокойся, – перебил Пустельга. – Шотландец знает меня и позволит нам ступить на его землю даже без Страйдера.
Он указал на небольшой корабль, стоящий под погрузкой:
– Они отплывают в течение часа. Я уже договорился, что нас всех возьмут на борт. Приведи Катарину и спрячь ее в трюме, пока не минует опасность.
– А как же ты?
– Я буду на корабле. Но так как король уже видел меня вместе со Страйдером, я не хочу привлекать его внимание к тебе.
Этот человек страдал чрезмерной подозрительностью. Однако, возможно, это было и к лучшему, учитывая положение, в котором они все оказались, и последствия, которые могли бы пасть на их головы.
Локлан кивнул:
– Увидимся на борту.
Пустельга оступил в тень и словно растворился. Мак-Аллистер перекрестился. Временами казалось, что этот человек обладает дьявольской силой.
Выбросив эту мысль из головы, горец вернулся в гостиницу, чтобы забрать Катарину.
Он застал ее ожидающей у окна, отщипывающей кусочки от каравая хлеба. Едва увидев шотландца, Кэт вздохнула с облегчением:
– Я уже начала беспокоиться!
– И вовсе не стоило. Подумаешь, король хочет тебя схватить, а меня казнить. Тот самый король, что находится сейчас в гостинце на другой конце этой улочки и разговаривает со Страйдером и Саймоном. Как из-за такого можно волноваться?
– Я поняла, что ты хочешь сказать, – Катарина притворилась, что беспокоиться вовсе не о чем. – Как же глупо с моей стороны переживать!
Локлан покачал головой в ответ на ее колкость:
– Страйдер догонит нас позже. У нас есть корабль, который уже дожидается, чтобы доставить нас в Англию. Как только ты…
Принцесса тут же вскочила на ноги:
– Я более чем готова оказаться как можно дальше от своего отца. Поспешим на корабль!
От этих слов сердце шотландца сжалось. Как ужасно, что Кэт так думает о человеке, давшем ей жизнь. Но ведь и он сам был не лучшего мнения о собственном отце. Обидно, что мир полон таких людей.