Воин

Риверс Франсин

Никогда Халев не слышал, чтобы Моисей говорил так быстро. Он почувствовал приближающийся суд. «О, Господи, смилуйся над нами. Говори скорее, Моисей. Защищай нас. Господь слышит твой голос. Без тебя Господь убьет нас. Мои дети! Мои жены!»

— Сейчас, если Ты убьешь всех этих людей…

Люди кричали и в панике разбегались.

— …Если Ты убьешь всех этих людей, то народы, которые слышали о Твоей славе, скажут: «Бог не смог привести их в землю, которую обещал дать им, поэтому Он убил их в пустыне».

Люди издавали вопли отчаяния. Тысячи голосов в ужасе взывали:

— Спаси нас, Моисей!

Халеву

хотелось встать и закричать этим людям: «Взывайте к Господу, потому что Он есть Тот, Кто спасает!» Неужели они настолько глупы и не понимают, что Моисей и так защищает их, как только может?

— Взывайте к Господу о прощении!

— Пожалуйста, Господь, докажи, что Твоя сила так велика, как Ты сказал, — Моисей держал руки поднятыми к небу. — Ты сказал: «Господь медлен на гнев и богат на неизменную любовь, прощает каждый грех и бунт, хотя и не оставляет грех ненаказанным, но наказывает детей за беззаконие отцов до третьего и четвертого рода». Пожалуйста, прости грехи этих людей — из-за Твоей великой и неизменной любви. Прости, как Ты прощал народ сей с тех пор, как они покинули Египет.

Моисей снова упал на землю перед Господом, и наступила тишина. Было так тихо, что у Халева зазвенело в ушах. Потом ему показалось, что он слышит, как спокойный тихий Голос, похожий на дуновение теплого, животворящего воздуха, прошептал его имя. Он сосредоточился на этом Голосе, изо всех сил прислушиваясь и желая услышать его снова, такой нежный и любящий, но несущий силу всемогущего Бога. Однако услышать что-то еще он не мог. Пока не мог. Не сейчас.

С распростертыми по земле руками, он лежал лицом в пыли и молился: «Господи, Господи, если Ты убьешь меня сейчас — ведь я не смог убедить этот народ в том, что видел, — я умру счастливым, потому что моя жизнь закончится благодаря Твоей руке».

Славное присутствие Божье поднялось вверх. Моисей плакал от облегчения.

Халев поднял голову и увидел, как старец медленно поднялся на ноги. Он дрожал, слезы капали на его седую бороду. Но когда Моисей посмотрел на толпу, его глаза сверкали гневом. Затем Халев ощутил сильный страх, который охватил все его существо, бросая в дрожь и заставляя покрыться потом.

— Послушайте все вы Слово Господне! — сила Божья в голосе Моисея была подобна буре.

Халев быстро поднялся и встал рядом с Иисусом Навином. Другие десять соглядатаев, не присоединяясь к ним, остались среди старейшин. Как будто между ними была пропасть. По одну сторону стояли шестьсот тысяч мужей, избравшие бояться врага, вместо того, чтобы следовать за их верным Другом. Они сделали выбор идти против Того, Кто спас их, питал и защищал с тех пор, как они вышли из рабства. По другую сторону стояли Халев и Иисус Навин, к чьим голосам, отчаянно пытавшимся вразумить их, они не прислушались.

Люди подошли ближе, бунт все еще сверкал в их глазах. Старейшины каждого из племен встали впереди вместе со своими соглядатаями. Халев с удивлением посмотрел на них и на народ: неужели они думают, что опасность уже в прошлом и Господь сделает все, что ни попросит Моисей?

«Мы ничего не заслуживаем, Господь. Вот, что решили люди, после всего, что Ты сделал для нас».

— Послушайте Слово Господне! — прогремел голос Моисея. — «Я прощу их, как ты и просил. Но жив Я, и славы Господней

полна земля. Никто из сего народа не войдет в ту землю».

Земля обетованная была потеряна для них. Хотя многие из народа кричали от радости, что остались живы, Халев кричал от горя. Он опять лег на землю вниз лицом, стал посыпать голову пылью. Думая о десяти соглядатаях, он в отчаянии ударял кулаками в землю и плакал.

Моисей заговорил еще громче. Его голос звучал гневно и был исполнен глубокой печали.

— «Все, которые видели славу Мою и знамения Мои, сделанные Мною в Египте и в пустыне, и искушали Меня уже десять раз, и не слушали гласа Мо его, не увидят земли, которую Я с клятвою обещал отцам их; все, раздражавшие Меня, не увидят ее…»

Моисей остановился, затем мягко продолжил:

— «Но раба Моего Халева…»

Раба Моего Халева… Это тот же Голос, мягко назвавший его по имени. Раба Моего Халева…

Халев поднял взор к небесам. Моисей продолжал говорить, но Халев слышал Божий голос: «…но раба Моего Халева за то, что в нем был иной дух, и он совершенно повиновался Мне, введу в землю, в которую он ходил, и семя его наследует ее…».

Халев склонил голову и смотрел в землю. «Господь, я недостоин, я недостойный пес. А как же Иисус Навин?»

— «Завтра обратитесь, — продолжил Моисей в силе Духа Божьего, — и не идите в землю, где живут амаликитяне и хананеи. Завтра идите в пустыню к Красному морю».

Многие люди завыли и зарыдали, но некоторые все же настаивали на своем.

— Нет. Мы хотим нашу землю, — говорили они.

Халев покрыл голову. Она никогда не была их землей. Она всегда была Господней землей. Это Господь собирался поселить их там, так же как Адама и Еву в Эдемском саду. «Почему люди всегда отказываются слушать и делать то, что говорит Господь? Господи, дай мне слышащее сердце и смелость, чтобы слушаться Тебя».

— Так говорит Господь: «Как долго этот злой народ будет роптать на Меня? Я слышал все, что говорили сыны Израилевы. Вы все умрете здесь, в пустыне! Из-за того, что вы роптали на Меня, никто из вас, кто был исчислен, от двадцати лет и выше, не войдет в землю, которую Я клялся дать вам. Кроме Халева и Иисуса Навина.

— Детей ваших, о которых вы говорили, что они достанутся в добычу врагам, Я введу туда, и они узнают землю, которой вы пренебрегли. А ваши трупы падут в этой пустыне. И ваши дети будут кочевать по пустыне сорок лет. Так они будут нести наказание за неверие ваше, пока последний из вас не погибнет в пустыне».

Моисей шагнул вперед, вытянув руки, его грохочущий голос разносился над толпой. Люди в страхе отступили.

— «По числу сорока дней, в которые вы осматривали землю, вы будете блуждать по пустыне сорок лет, год за день, — так вы будете страдать от последствий ваших грехов. Вы узнаете, что значит быть оставленными Мною».

Вдруг, задыхаясь и кашляя, Фалтий упал на землю в конвульсиях. Люди закричали и стали разбегаться, видя, как Фалтий откусил собственный язык. В следующее мгновение стали убегать от Сафата, который упал среди стоявших вокруг старейшин. Вскоре Игал и Гаддиил тоже рухнули на землю. Аммиил попытался убежать, Гаддий следом, но оба упали навзничь, будто их поразили невидимые стрелы. Сефур, Нахбий, Геуил и Саммуа умерли так же, как Фалтий.