Воин
Шрифт:
— Можешь. Это то, чему учится каждый из нас, и ты тоже научишься. Ты гораздо сильнее, чем были все мы, когда начинали это делать.
Я взял её руку в свою ладонь, надеясь, что моё прикосновение ослабит её страх.
— Ты мне доверяешь?
Она кивнула.
— И ты знаешь, что я никогда не позволю чему-либо навредить тебе, верно?
— Да, — ответила она без колебаний или сомнений, и мне было приятно узнать, что она испытывала такую лояльность ко мне после всего пережитого.
Я с не охотой отпустил её руку.
— Хорошо. Возможно, будет проще, если ты расскажешь мне, как ты можешь контролировать
Она нахмурила брови, прошла минута, прежде чем она ответила:
— Это сложно объяснить. Я могу чувствовать демона в своём разуме и понимать его мысли, или точнее его эмоции, если в этом вообще есть какой-то смысл.
Я кивнул.
— Когда я была маленькой, я часто слышала его голос, нашёптывавший в моём разуме, что-то вроде песни, которая заседает в твоей голове и не хочет уходить, независимо от того о чём ты думаешь. Думаю, мне было пять или шесть, когда он впервые попытался выйти, и это настолько сильно напугало меня, что я непредумышленно освободила свою силу, о существовании которой до того дня не подозревала. Зверь — так я обычно называла своего демона, пока ты не сказал мне, что это было — испугался моей силы и запрятался на задворках моего разума, чтобы быть от неё подальше. Я перепугалась до смерти и понятия не имела, что со мной происходит, но я понимала, что сделала нечто такое, что заставило гадкий голос в моей голове затихнуть.
Её глаза приняли отстранённый взгляд.
— Так и было до той поры, пока я не обнаружила раненного дрозда, и сила вырвалась из меня, чтобы исцелить крыло птицы, благодаря этому я осознала, что на самом деле могу делать. После этого мне пришлось научиться держать свой дар взаперти и вызывать его только тогда, когда я в нём нуждалась, как и черпать силу, дабы удерживать зверя — я хочу сказать, демон — заперт глубоко в моём сознании. Единственное время, когда демон, казалось, пробуждался, было в случаях, когда я совершала исцеления и истощала свою силу. Поначалу это случалось постоянно, но больше такого не происходит.
Слушая, как она говорит о своём детстве, и как она научилась справляться с демоном-Мори, и как сама развивала в себе дар фейри, моё уважение к ней выросло десятикратно.
— Я не знаю, то ли я ещё больше удивлён уровню твоего контроля или тем, что ты научилась этому в таком юном возрасте, не имея никаких наставлений или подготовки. Ты делаешь это осознанно?
Она пожала плечами, выглядя более непринуждённой.
— Вначале я делала это осознанно, и это было чертовски сложно. Я всё время теряла контроль над своим даром, потому что мне приходилось сосредотачиваться на сдерживании зверя — демона — в смирении. Теперь, это как дыхание. Мне не надо думать об этом до тех пор, пока я не использую слишком много силы и не ослабну. Тогда демон начинает двигаться и мне приходится применять к нему силу. Как ты это делаешь?
Я рассмеялся, попытавшись обдумать, как объяснить ей это.
— Совсем не так. Ты говоришь о своём Мори и своей силе фейри так словно они части тебя, которыми ты с лёгкостью двигаешь, как рукой или ногой. Что касается всех нас остальных, между нами и нашими демонами нет истинного разделения. Мы с моим Мори полностью соединены, я чувствую его мысли и эмоции так же просто, как свои собственные.
— Как ты можешь контролировать
— С юного возраста я учился пресекать естественные порывы демона, равно как и ты сделала бы с любой его жаждой. Но в отличие от тебя, я не могу заблокировать его полностью, и я всегда чувствую своего Мори, поскольку вместе с ним мы создаём единую личность.
Она покачала головой.
— Не думаю, что смогу так жить.
— А я не смогу жить каким-либо иным образом. Теперь я понимаю, почему для тебя настолько сложно подключиться к силе своего Мори. Ты с таким усилием держишь его в замкнутых рамках, что большую часть времени ты даже не чувствуешь его присутствия. Нам надо показать тебе, как узнать его поближе.
Она стиснула низ своей толстовки.
— Как мы будем это делать?
Мои следующие слова ей не понравятся, но это был единственный способ продвинуться вперёд.
— Ты сказала, что держишь его запертым в некой части своего разума, верно? Тебе надо ослабить свою власть над ним и соединиться с ним.
Она вскочила на ноги, её глаза были полны страха.
— Я не могу этого сделать. Ты не понимаешь, каково это было тогда, когда я позволила ему выйти.
Она была права. Я терял контроль над своим Мори в детстве, но никогда не отдавался демону всецело. Я мог лишь представить, насколько страшно это было для неё.
Но она выиграла в этой войне интересов, и её демон не забыл об этом. Ей просто надо поверить в свои собственные силы.
— На этот раз так не будет, потому что мы не позволим. Доверься мне.
Я протянул ей руку, и она позволила снова посадить её на камень.
— Делай всё спокойно. Просто немного приоткройся и помни, что ты сильнее его.
Она озадаченно посмотрела на меня.
— Я считала, что основная цель это подключится к демону, поскольку он обладает всей мощью и скоростью.
— В физическом смысле да, но психически ты сильнее, и твой Мори знает это.
В её глазах всё ещё стояло сомнение, когда она закрыла их. Она нахмурилась, как будто была в глубоком сосредоточении. Минуты шли. Несколько раз она вздрагивала, после делая глубокий вдох, и я мог ощутить происходившую внутри неё борьбу.
Она стиснула челюсть, и я легонько стиснул её руку, давая ей понять, что я здесь. Она расслабилась на несколько секунд, а потом резко дёрнулась и вскрикнула.
Я руками обхватил её прохладное лицо.
— Посмотри на меня.
Она открыла глаза и от стоявшего в них страха все мои покровительственные инстинкты оглушительно ожили. Но эту битву я не мог вести за неё.
— Я знаю, что это ощущается неправильно и это пугает тебя, но так происходит всего лишь потому, что ты не привыкла к этому. Не убегай от демона и не отталкивай его. Почувствуй своего Мори, узнай его и позволь ему познать тебя.
Она снова закрыла глаза. Я вернулся к тому, что стал держать её за руку и наблюдать за проявлением каких-либо признаков, что она попала в беду. Она сидела тихо, выражение лица было нечитаемо, и единственным движением было её дыхание. Время от времени её веки трепетали, но она всё также сидела смирно, словно была в трансе. Пока она не показывала признаков беспокойства или страха, я готов был сидеть рядом с ней и ждать.