Воин
Шрифт:
— Она просыпалась и засыпала вот так весь день, — сказал Роланд. — Но на этот раз она не просыпается. Мы собирались отвезти её в больницу, но потом решили, что лучше позвонить тебе.
— Я позвонил Тристану. Он высылает джет, — в гостиную комнату вошёл Крис. — Как она?
— Не знаю, — грубо ответил я.
Я имел дело с бесчисленными боевыми увечьями, но я никогда не чувствовал себя таким беспомощным как в эту самую минуту.
Я сел на край дивана, ладонью обрамив её лицо.
— Как она заболела?
Джордан
— Мы не знаем. Она была в полном порядке вплоть до последних двух дней. Она проснулась с головной болью и сказала, что слишком устала, чтобы вставать с постели. Я дала ей немного пасты-гунна, но она не помогла. Затем она начала говорить, что тут очень холодно, и мы накрыли её одеялами. Сегодня, когда она проснулась, ей стало хуже, и она едва ли что-то ела за сегодняшний день. Она только что и делает, так это спит.
Я нахмурился.
— Два дня назад? Это наследующий день после вашего визита к Драгану.
— Да.
— Что там случилось? — спросил я. — Почему вы вообще туда пошли?
— Они отправились туда, чтобы помочь мне... против моей воли.
Молодой человек с тёмно-русыми волосами встал позади дивана и посмотрел на Сару с выражением обеспокоенности и привязанности, отчего мой Мори собственнически зарычал. Парень показался знакомым, и спустя минуту я узнал в нём русоволосого байкера с поминальной службы в память о Саре. Я помнил, каким сокрушённым он выглядел, и я не смог не задаться вопросом что его связывало с ней, и как так случилось, что он оказался с ней на другом конце страны.
Роланд подошёл и встал рядом с парнем.
— Николас, это Грег МакКой, наш давнишний друг. Грег, это Николас Даньшов. Он для Сары...
— Пара, — закончил я за него.
Грег кивнул. Он не улыбнулся, но и выражение его лица не было враждебным.
— Она рассказывала мне о тебе. Тебе не кажется, что она слишком молода, чтобы быть связанной парными узами или как вы это называете?
— Нет, — я не собирался оправдывать наши отношения перед ним или кем-либо ещё. — Каким образом ты оказался во всем этом замешан?
Он сердито посмотрел на меня, прежде чем ответил:
— Мой дядя умер в прошлом месяце, и я приехал сюда, чтобы позаботиться о его делах ради моей тёти. Я натолкнулся на Сару и ребят несколько дней назад и попросил их остановиться здесь. Мне не понравилось, что она останавливается в отелях. Может у неё и есть вся эта сила, но Лос-Анджелес плохое место.
Хоть в чём-то мы были согласны.
— Ты человек?
— Да.
— Лос-Анджелес не особо безопасен и для людей.
— Знаю, — угрюмо сказал он.
— С чем тебе помогала Сара? — поинтересовался Крис у Грега.
Грег потер шею.
— У моего дяди был кровавый долг перед Драганом. Когда дядя умер, долг перешёл на меня. Сара расстроилась, обнаружив это, и она пошла на встречу с Драганом,
Я посмотрел на Джордан.
— О чём, чёрт возьми, вы думали, отправившись на встречу с гулак-демоном? Разве вы не в курсе, что он мог сделать с вами?
Джордан вздрогнула и оборонительно скрестила руки.
— Я говорила ей, что это была очень плохая идея, но она не стала и слушать. Она бы отправилась туда одна, если бы мы не пошли с ней. Кроме того, Сара не уступает демону. Она убила ранка и гулака той ночью.
— Это я уже понял. Что случилось там?
— Мы пришли около десяти. Демон, стоявший на охране у двери, не впустил Роланда с Питером, поэтому мы с Сарой пошли вдвоём. Драган играл в Глаен с каким-то демоном, и когда мы выяснили что это такое, Сара сказала, что собирается сыграть с ним на долг Грега.
— Она сказала, что Глаен не навредит ей, поскольку она на половину фейри. Она обыграла Драгана, и тот отключился. Мы начали уже уходить, а его головорезы попытались нас задержать, поэтому нам пришлось позаботиться о них. Вот и всё. Мы вернулись сюда, и больше никуда не выходили, — Джордан прикусила губу. — С-с ней же всё будет хорошо?
— Да, — решительно ответил я, поскольку ничего другого я не приму.
Сара очень сильно задрожала, что я услышал, как она стучит зубами. Я подпихнул края одеял вокруг неё, но это не помогло. Она застонала, и этот звук разорвал мне сердце.
Я встал, скинул ботинки, стянул свитер и бросил его на пол. Когда я поднял одеяла и устроился рядом с ней на диване, Сара не шелохнулась. Если она не могла согреться, значит мой Мори сделает это за неё. Я притянул её спиной к себе и обнял, чтобы отдать ей максимально много тепла своего тела. Я проигнорировал всех присутствующих в комнате и сосредоточился на облегчении её дискомфорта.
Остальные ушли разговаривать, оставив нас с Сарой одних. Прошли долгие минуты, прежде чем её озноб начал утихать, и она расслабилась рядом со мной, тихо вздохнув.
— Ты поправишься, — прошептал я ей на ухо.
Мой Мори заёрзал, тревожась о своей паре, и я мог почувствовать, как он пытался втолкнуть свою силу в Сару через узы. Я понимал, что попытки были тщетными. Только завершённая связь позволяла делиться силой Мори с парой. В противном случае, я бы отдал всё в чём она нуждается, чтобы поправиться.
Время тянулось, пока я ждал пробуждения Сары. То и дело кто-то заходил и проверял её. Не знаю, то ли тепло моего тела, то ли прикосновение помогло ей, но казалось, что она стала спать более спокойно.
Через час я почувствовал, как она зашевелилась. Он слабо отпихнула накрывавшие её одеяла и тихо, но перепугано вскрикнула.
— Шшшш, — пробормотал я.
Она замерла.
— Николас?
У меня защемило сердце от чувства, наполнившего её голос, когда она произносила моё имя.