Воин
Шрифт:
— Значит я как бы почётный грифон? Круто.
Она послала мне кичливый взгляд.
— Видишь, проще простого.
Я услышал царапающий звук, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что звук исходил от виверна. Мой взгляд метнулся к Саре, и все мои внутренности тошнотворно вывернуло, как только я увидел, насколько близко она была к его вольеру.
Я бросил меч и побежал, а пламя рвануло меж прутьев вольера. Секундой позже я добрался до Сары и загородил её. Я оказался недостаточно быстр, чтобы пламя не коснулось её. Одной рукой
Кровь громыхала в моих ушах, и я боролся за управление страхом, который кипел у меня под кожей. Если бы я задержался хоть на секунду...
К нам рванул Сахир.
— Сара, ты как?
— Проклятье, Сахир, говорил же тебе, для неё это небезопасно, — зарычал я на воина, который резко остановился. — Эта тварь могла бы убить её.
— Это не его вина, — выговорила Сара голосом полным боли. — Я была беспечна. Подошла слишком близко.
— Чёрт возьми, нет, — я огрызнулся. — Он ни в коем случае не должен был позволять тебе входить сюда.
К нам подошёл Крис.
— Николас.
Я посмотрел на него и увидел предостережение в его глазах, такое же, как он мне давал, когда я едва не сорвался в ночь нападения крокотт на Сару.
Здравомыслие вернулось, и я ослабил свою хватку на ней, но продолжал удерживать рукой за талию. Прикосновение к ней было единственным, что успокаивало моего Мори прямо сейчас.
Сара попыталась вывернуться.
— Н-не вини Сахира за это. Я достаточно взрослая, чтобы принимать свои собственные решения, — она злобно посмотрела на меня. — Отпусти меня.
Я проигнорировал её приказ. Я думал только о том, как близка она была к тому, что пламя могло захлестнуть её.
— Ты не можешь продолжать рисковать подобным образом.
— Ты не мог бы просто, чёрт возьми, спуститься на землю? — заорала она, с силой оттолкнув меня.
Я отпустил её, чтобы она ещё больше не навредила себе.
Она развернулась ко мне лицом, её глаза вспыхнули болью и яростью.
— Ты не вправе говорить мне, куда я могу ходить или как мне проводить время. И я не какая-то "тряпка", за которую тебе надо впрягаться и постоянно спасать.
Я скептически глянул на неё. Я не пытался контролировать её жизнь. Я просто не мог стоять в стороне и смотреть, как она подвергает себя опасности. Вот прям как сейчас.
— Ладно, ты просто сделал это, и я благодарна, но это не даёт тебе права орать на каждого или обращаться со мной как с никудышней. Если ты исключительно такого мнения обо мне, тогда я бы хотела, чтобы ты просто держался от меня подальше.
Обида в её голосе охладила мой гнев. Я сделал шаг навстречу к ней.
— Я не сказал, что ты была...
— Просто забудь.
Она подняла не пострадавшую руку и хмыкнула от боли.
— Нам надо отвести тебя в медицинское отделение, — сказал я, сделав ещё один шаг к ней.
Она отвернулась от меня.
— Мне не нужна твоя помощь. Я и одна могу туда сходить.
Я
— Я иду с тобой.
— Нет, не идёшь. Просто оставь меня в покое.
Она скованно подошла к двери и толчком открыла её, твёрдость её плеч соответствовала ярости в её глазах.
Я держался позади неё, пока она бежала в главное здание, и направился за ней в медицинское отделение, где её тут же забрал с собой один из лекарей. Я мерил шагами отделение почти тридцать минут, прежде чем лекарь вышла из палаты и уверила меня, что Сара больше не испытывала боли.
— Можешь войти, если хочешь, — сказала она.
Я поблагодарил её и зашёл в палату Сары. Я знал, что она не хотела видеть меня, но мне надо было прояснить несколько моментов между нами. И мне самому лично надо было увидеть, что она была в порядке.
Сара лежала на столе для осмотра, положив забинтованную руку сбоку. Её лицо было бледнее, чем обычно, но признаков боли она не показывала.
Она увидела, что это был я, и отвернула лицо, став разглядывать потолок.
— Честно говоря, у меня нет сил спорить с тобой снова, Николас.
Я оставался у двери, не желая расстраивать её, но не в силах был выйти.
— Я хотел убедиться, что ты в порядке.
— Я в порядке. У меня были раны и похуже, помнишь?
— Помню, — сказал я, мой голос огрубел от воспоминания, как она стояла на краю утёса с ножом в груди.
Она села, свесив ноги с края стола, и подняла руку.
— Смотри, обо всём позаботились. Я в два счёта буду как новенькая.
Её слова были беззаботными, но я смог ощутить её обеспокоенность, и я отругал себя за то, что стал причиной этого. Я возвращался домой, с нетерпением ожидая встречи с ней, и всё что я сделал, это расстроил её.
— Ты не обязан со мной оставаться, — тихо произнесла она. — Лекарь сказала, что я в норме.
— Прости, что накричал на тебя, — я взглядом удерживал её удивлённые глаза. — Я никогда не хотел заставлять тебя почувствовать себя никудышней. Меня всего лишь злит наблюдать, как ты рискуешь подобным образом.
Её ноздри слегка расширились.
— Чего ты от меня ждёшь — что я спрячусь в своей комнате, следовательно, не пострадаю? Невозможно всё время быть в безопасности. Ты должен осознать, что иной раз я могу пострадать, особенно если я стану воином.
Я стиснул челюсть от мысли о том, что она снова может пострадать.
— Я думал, ты не хотела быть воином.
— Для чего же я тренируюсь, если не ради того, чтобы стать воином? Разве мы не этим занимаемся?
Её смятение прорвалось ко мне сквозь связь, и я пошёл к ней.
— Я учу тебя защищать себя, если тебе когда-нибудь это понадобится, а не выходить в мир в поисках неприятностей.
— Я не ищу неприятности, и этот инцидент с Алексом был дурацкой случайностью. Это могло произойти с каждым, — она отвела взгляд, её голос надломился. — Почему тебе так сложно поверить, что я могу о себе позаботиться? Я не ребёнок, знаешь ли.