Воин и чародей

Бойе Элизабет

– Ты стоял против света, Рольф, так что мишень из тебя была отменная.

Интересно, как долго сможем мы продержаться в пещере?

– Пока не закончатся съестные припасы, – отозвался Йотулл, – а потом можно съесть и коней, если только ты согласен дотянуть до такого исхода.

Можно бы, конечно, помереть здесь от голода, но такая смерть не кажется мне достойной; не желаю я ни храбро бросаться на их копья, ни гибнуть, точно мученик или берсерк. Если мне суждено попасть в плен, пусть я лучше буду на высоте. – С этими словами

он перебросил плащ через плечо и шагнул к выходу из пещеры, вскинул руки в мирном жесте.

– Что? – воскликнул Рольф, с трудом приподымаясь на локте и гневно глядя на Йотулла. – Всего один раненый, и мы уже сдаемся? Вот это герои!

Песни скальдов, Сигги, рождаются на крови.

– Помолчи ты, безумец! – отрезал Сигурд, не спуская глаз с Йотулла, – он был почти уверен, что вторая стрела найдет сейчас свою цель.

– Эгей! – донесся крик снаружи. – Чего вы хотите – мирно сдаться или биться до смерти?

– Мы сдаемся, если вы – доккальвы из Свинхагахалла! – отвечал Йотулл. – Можете подойти. Даю вам слово, что мы не станем более сопротивляться!

Деловито бряцая оружием и доспехами, доккальвы подошли к пещере и уставились на путников через ограду из копий и мечей. Сигурд поразился тому, как богато изукрашены золотом их шлемы, рукояти мечей и секир, – если это, конечно, простые солдаты, а не ярлы. Шлемы доккальвов сильно отличались от практичных конических шлемов льесальвов – это были шедевры оружейного ремесла, и Сигурд удивился, не зная, для чего же они, собственно, предназначены – то ли украшать головы своих владельцев, то ли защищать их от ударов вражеской секиры.

– Откуда вы идете? – спросил вожак доккальвов. Это был красиво одетый малый с надменными манерами, и выглядел бы он совсем внушительно, если бы не узкое лисье личико и бегающие глаза. – Раудборг недалеко отсюда. Может, вы дезертиры из лагеря льесальвов?

– Мы не дезертиры, – поспешно бросил Сигурд, видя, что Йотулл собрался, по своему обыкновению, разразиться многословной речью. – Мы идем из Хравнборга, и наши дела никак не касаются доккальвов Бьярнхарда.

– Помолчи, Сигурд, дай говорить старшим! – сурово одернул его Йотулл, сердито блеснув глазами.

– Когда трое льесальвов рыщут в низинах, их дела касаются именно доккальвов, – проворчал вожак. – По-моему, вы соглядатаи, а значит, самое верное – отвести вас в Свинхагахалл. Бьярнхард особо интересуется соглядатаями и дезертирами. Я-то знаю, как он поступает с беглыми доккальвами; поглядим, что он измыслит для вас.

Доккальвы за его спиной согласно забормотали и обменялись многозначительными взглядами. Под их неусыпным присмотром Йотулл велел Сигурду оседлать коней и погрузить пожитки. Рольф оперся о стену и поглядывал на доккальвов, пытаясь завести с ними разговор.

– Кто из вас пустил вот эту стрелу? – спросил он наконец, сжимая в здоровой руке обломки стрелы. Когда один молодой доккальв, топтавшийся позади всех, признал,

что это его работа, Рольф только фыркнул:

– Плохо стреляешь, братец. Будь я на твоем месте, ты уже валялся бы в этой пещере замертво. Впрочем, я тебе благодарен за промах – теперь я смогу увидеть, во что превратился Свинхагахалл, и встретиться с вашим ярлом лицом к лицу.

– Эй, это что такое? – воскликнул вдруг вожак, который неотступно следил за тем, как Сигурд собирается положить шкатулку в седельную суму.

Сигурд стиснул шкатулку в пальцах, а доккальв подобрался ближе, алчно ухмыляясь.

– Похоже, в ней есть кой-что ценное. Дай-ка я ее понесу.

Сигурд смерил его холодным взглядом.

– Обойдешься. То, что есть в этой шкатулке, ценно только для меня. – Глаза его не отрывались от тощей смуглой физиономии доккальва, но он хорошо помнил, где лежат меч и секира.

Доккальв только шире ухмыльнулся и поднял меч.

– Что ценно для тебя, пригодится и мне. Отдай, я сказал, не то не успеешь пожалеть о своем упрямстве.

Йотулл стремительно и бесшумно шагнул к ним.

– Шкатулка тебе не пригодится, – ровным, но твердым голосом сказал он доккальву. – Не советую тебе касаться ее. В ней сокрыта Сила, и я не ручаюсь, что удержу ее, если ты коснешься шкатулки.

Вожак колебался, а между тем слабые порывы Силы уже дергали его плащ и бороду – почти игриво, но едва он решительно шагнул вперед, как Сила Сигурда ударила в него сверкающей и искристой дугой, вышибла меч, и тот пролетел через всю пещеру. Сыпля проклятиями, вожак схватился за руку и затряс ею, с яростью глядя на Сигурда.

– Ну ничего, придется тебе отдать ее Бьярнхарду! – прорычал он. – Вперед, пошевеливайтесь! Пора в путь, и я не намерен дожидаться вас здесь до весны. Да, Бьярнхард немало с вами потешится! Вы еще увидите, как он обращается с дезертирами и соглядатаями.

Глава 9

Когда после почти двух дней весьма нелегкого путешествия прибыли в Свинхагахалл, они тотчас же узнали, как именно Бьярнхард обращается с дезертирами и соглядатаями. Укрепления вокруг горного форта были усеяны кострами, и красноватые отблески пламени хорошо освещали ряд виселиц.

– Верно, поймали еще одну шайку дезертиров, – вполголоса бросил один доккальв другому, пока отряд въезжал в зловещие ворота цитадели Бьярнхарда.

За стенами укреплений высились громадные руины древнего чертога, явно тех же лет, что и донжон старого Адиля. В черных нишах и бойницах горели огоньки – словно множество глаз, взиравших на чужаков. Тут и там с парапетов поглядывали на вновь прибывших кучки доккальвов, но Сигурд так и не услышал приветственных криков, которыми обыкновенно встречали разъезды у льесальвов. Доккальвы неукоснительно исполняли долг, едва смея бросить взгляд по сторонам, когда несли стражу или спешили по поручению.