Водоворот времен
Шрифт:
Наконец, показались юго-восточные ворота. Предупрежденная стража расталкивала людей, чтобы расчистить проход.
– Наше почтение!
– доносилось со всех сторон.
Люди, видимо, полагали, что после "почтения" их быстрее пропустят. Куда там! Цех заполонил улицу, и при всем старании, приходилось дожидаться, пока маги пройдут.
Наконец, цех вырвался на волю. Тут же затор, собравшийся из бесчисленных повозок, обратился быстрым потоком: они ринулись в ворота. Возчики боялись, что снова кто-то двинется и перекроет проезд.
Маги вышли на берег Большого канала. Здесь Ричард еще никогда не бывал, а
– Вон там, - произнес Клос, когда они взобрались на вершину холма, господствовавшего над Каналом.
– Видишь? Вода проделала небольшую брешь в камне, размывает его, создает озерцо...Через годы это станет проблемой, может быть, даже нерешаемой. А сейчас у тебя есть возможность малыми силами предотвратить печальные последствия. Вон она, настоящая задача мага.
Ричард пригляделся. И впрямь!
Видно было, что вода уже промыла...пруд не пруд, озерцо не озерцо, в общем, большую лужу. Вода там застаивалась, грозясь стать болотом. Ричард из детства помнил, какая вода может быть обманчивая. Сейчас это лужа, потом - омут появится...
– Вот и решай проблему, а мы посмотрим, - Клос повернулся к толпе учеников и наставников.
– А теперь будем ждать, когда Ричард Окен справится с экзаменом! Пожалуйста, сохраняйте тишину!
Конечно же, никакой тишины народ не соблюдал. Однако шум, издаваемый толпой, казался Ричарду чем-то вроде жужжания или шума льющейся воды. Однако знакомые голоса он слышал.
– Сделай это, Ричард!
– воскликнул Ауфре.
– Справишься!
– вторил Баленс.
Даже Баленсм! Баленс верил в Ричард!
– Ну и мы за тобой!
– добавил Чикет, пока Леандр не заставил их замолчать. Впрочем, их лица - а Ричард достаточно легко мог их разглядеть - были невероятно красноречивы.
Сам Окен удивился такой поддержке, но волнение от этого не уменьшилось, а даже наоборот. Он теперь еще и боялся подвести свою группу и наставника. Вот кто следил за каждым движением Ричард, так это Леандр...
А что там Леандр говорил?..
Ричард вспомнил его уроки. Нужно сосредоточиться, выйти к стихии. Ну, это сейчас...
Ричард сжал кулаки, вспоминая о родителях. Кровь быстрее побежала по венам. Мир начал сереть. А вот Большой Канал...Он предстал гигантским синим, даже лазурным, переплетением бесчисленных нитей. Все они покачивались на поверхности земли...Ага...
Леандр рассказывал о магах древности, которые поднимали глыбы земли или гигантские камни, чтобы выстраивать замки и города. Он даже рассказывал, что первые камни в основание Лефере заложили их предшественники, великие маги древности. Они...так...что они там?
Они что-то там поддевали, подхватывали...Ага, музыка! Они подчиняли потоки воздушной энергии. Так, это для Ричарда не подходило.
Он поднялся на самую кручу, нависавшую над водами Большого канала. Лужа (ну или как ее там) была на противоположном берегу, так что Ричард мог рассмотреть ее во всех подробностях.
А еще они как-то там замешивали раствор...Нет, это же было из той книги. Точно! Книги об истории магов. Они еще начинали с нее...Так...Что
Ричарду в голову приходили только самые страшные и кровавые моменты: как маги не справлялись с призванной силой, как сгорали в вызванном ими сами огне, как погибали под градом камней, как призванные ими волны размывали мостовые, как они наносили огромные кучи сора, закрывавшие целые деревни...
Кучи сора! Ну точно!
Ричард закрыл глаза, снова открыл - мир приобрел прежние краски, только голова начинала побаливать.
Окен спустился с кручи на самый берег, сел на корточки и постарался разглядеть дно. А вот дна не было видно. Оно поросло тиной, покрылось всяким сором, и чем дольше Ричард его разглядывал, тем противнее становилось. А еще - песок. Много песка и камней. Они утопали в тине, и все же очертания их можно было угадать опытному глазу. А уж сколько раз он рассматривал речушку дома, всю ее узнал вдоль и поперек. Камни там был - ух! Их, при желании, вместо малых жерновов можно было бы использовать, расчисти только да заточи. Только раствору бы какого найти, и дом можно сложить...
Дом. Сложить. Камни. Песок...
Ричард хлопнул себя по лбу. Вот и окончательное решение! Оставалось только его реализовать.
Послышались напряженные возгласы. Это младшим группам стало надоедать: никакого зрелища! Если нет волн магии, сжигающих (или потопляющих) все на своем пути, так это не настоящая магия! А если ее не видно, то разве же это магия?
Ричард хмыкнул. Он надеялся показать всамделишную, без дураков, магию высшего класса. Ну, или какого-нибудь там еще, лишь бы сработало.
Снова кулаки его сжались: он вспоминал о родителях и заставлял кровь бежать быстрее. Ричард давно понял, что это помогает прорваться ему к водной стихии. Только вот почему, он еще не знал, а наставник - и даже учитель Клос - разводили руками. Мол, слишком плохо изучено это дело, нельзя ничего сказать.
Мир приобрел краски проторенной дороги в дождливый день: такая же серая, грязная и однообразная. Но лазурь! Какая она была прекрасная!
Ричард выбросил руки вперед. Пальцы его забегали по воздуху, делая движения, точь-в-точь как у играющего на свирели пастуха. Они словно бы прыгали, порхали на Большим каналом, и вода отзывалась. Ричард посмотрел на одну из самых толстых и ярких нитей, и та отозвалась. Она начала приближаться...
Окен сейчас этого не видел, но знал: для всех остальных над гладью Большого канала вспенился бурун, становившийся все выше и выше, тянувшийся к Ричарду.
Лазурная нить поднялась достаточно высоко, чтобы Ричард мог к ней прикоснуться. Прикосновение ее было ласковое и нежное, жаль только, потом отзовется простудой или еще чем похуже. Вот, Ричард даже хлюпнул носом. Водная стихия проникала в него, а он подчинял своей силе ее энергию.
Окен потянул правую руку, как это делаю всадники, осаживая коней. Бурун взорвался мириадами брызг, чьих прикосновений Окен совершенно не чувствовал: он видел только множество нитей, оказавшихся в его руках. Они протянулись от берега и до берега...Ага, и к той луже подсоединялись! Хорошо. Но еще лучше было, что нити эти чиркали по дну. Ричард даже чувствовал, как то одна, то другая нить задевают камни или кочки, покрывавшие дно. Хорошо. Окен зажал окончания нить и повернул кулак.