Водоворот страсти
Шрифт:
Конечно, Роберт был не первым человеком, заметившим ее нежелание вступать в более близкий контакт. Как правило, она обрывала отношения, как только мужчина начинал настаивать на том, чего она не могла – или не хотела? – ему дать. Для Элиссы это был способ самозащиты, не позволявший призракам прошлого вновь мучить ее. Элисса всячески стремилась избегать ситуаций, похожих на ту, что так больно изранила не только ее тело, но и душу.
В тот год, когда случилось несчастье, Элиссе было всего пятнадцать лет. Она была слишком юна и неопытна, чтобы понять причины обрушившегося на нее потока яростных обвинений. Случившееся в корне изменило всю ее жизнь, заставив испытывать страх и скованность в обществе мужчин, за исключением деловых встреч и профессионального общения.
Скинув одежду, Элисса легла в ванну-джакузи, наслаждаясь мягким массажем водяных струй, который постепенно снимал напряжение с ее усталых мышц и расслаблял все тело. Неужели она никогда не сможет раздеться перед мужчиной, не испытывая при этом унижения и стыда? Она не была уверена в том, что сможет ответить на его неизбежные недоуменные вопросы, потому что страх перед мучительными воспоминаниями сковывал ей язык.
Валери Митчелл была единственным человеком, перед которым Элисса не стеснялась носить футболку с короткими рукавами, потому что не боялась с ее стороны настойчивых расспросов о происхождении уродливых шрамов. С тех пор как Элисса вместе с Валери сняли на двоих эту большую квартиру, они заключили между собой молчаливое соглашение – Элисса никогда не спрашивала о причинах развода подруги с мужем, а Валери не интересовалась происхождением глубоких шрамов на левом предплечье Элиссы. О существовании еще более страшных шрамов на бедре Валери просто не догадывалась. Только лечащий врач Элиссы знал о них.
Незаметно для себя она опустошила бутылку с виски почти на четверть. Впрочем, Элисса не боялась вконец опьянеть и даже потерять над собой контроль. Напротив, ей хотелось хоть на какое-то время забыть обо всем на свете – о своей высокооплачиваемой работе, об отсутствии всякой личной жизни, о неудавшемся браке с «мартовским котом»…
Пока Роберт вовсю развлекался с Бэмби, Элисса старательно убеждала себя в том, что секс в серьезном браке играет второстепенную роль. Она наивно полагала, что ей удастся оттянуть тот неизбежный момент, когда придется раздеться перед мужем догола и его изумленному взору предстанут все ее жуткие шрамы. Неужели она не знала, что Роберт, не добившись от нее интимной близости, будет искать сексуального удовлетворения с другой женщиной? К счастью, она узнала об этом еще до свадьбы. Случись это после, боль унижения была бы гораздо острее.
Скрип входной двери мгновенно вывел погруженную в мрачные раздумья Элиссу из оцепенения. Она напряглась всем телом, думая, что это Роберт решил воспользоваться имевшимся у него ключом от ее квартиры. Но, услышав, как включился проигрыватель компакт-дисков и заиграл один из хитов Гарта Брукса [2] , Элисса облегченно вздохнула. Эти звуки могли означать только одно – вернулась домой Валери. Рассеянно бормоча себе под нос слова песни Гарта Брукса, Элисса взяла большое махровое полотенце и стала медленно вытираться. Прежде чем выйти из ванной комнаты и перекинуться парой фраз с вернувшейся Валери, она тщательно пригладила волосы и надела ярко-красный спортивный костюм, полностью скрывавший ее тело.
2
Гарт Брукс – американский кантри-певец. – Примеч. ред.
– Слушай, я прямо-таки умираю от голода! – воскликнула Валери, суетясь на кухне. – Спагетти тебя устроит, Элли? Ужасно хочется есть…
Увидев мрачное лицо Элиссы с покрасневшими глазами, Валери осеклась. Едва заметно дрожавшая рука подруги сжимала горлышко начатой бутылки виски.
– Что это с тобой? Что случилось?
Элисса молчала. Ей было так плохо, что говорить совершенно не хотелось. Любая, узнав об измене своего жениха, была бы надолго выбита из колеи.
– Может, все-таки скажешь, что стряслось? – не на шутку встревожилась ее подруга.
Подойдя к холодильнику, Валери достала оттуда несколько кубиков льда и бросила их в стакан с виски, намертво зажатый в другой руке Элиссы.
– Давай, Элли, выкладывай, в чем дело, – требовательно сказала она. – Вечно ты все держишь внутри себя! Не то что я – уж если разозлюсь, то становлюсь похожа на вулкан, извергающий лаву. Зато потом, облегчив душу, быстро успокаиваюсь и снова обретаю доброе расположение духа. Ты же, несмотря ни на что, всегда невозмутима, как скала. Наверное, даже землетрясение не испугает тебя, да?
С этими словами Валери осторожно усадила Элиссу на кухонный табурет и сняла с полки большую кастрюлю для спагетти.
– Расскажи мне все как есть, – продолжала Валери, наливая в кастрюлю воду. – Даниэль решил меня уволить за то, что я хожу на работу в джинсовой одежде? Да? И он велел тебе первой сообщить мне об этом?
Попытки Валери хоть как-то расшевелить Элиссу почти не дали результата. Ее шутка вызвала у Элиссы лишь слабое подобие улыбки.
– Насколько мне известно, в течение ближайшей сотни лет работа у Катлера тебе гарантирована, если, конечно, ты не ударишься в нудизм и не станешь являться на работу в чем мать родила.
– Тогда в чем дело? – улыбнулась Валери, доставая из шкафчика пачку спагетти и банку томатного соуса.
– Дело в том, что… – Элисса замолчала, решив сделать еще несколько глотков виски, прежде чем начать рассказывать. Алкоголь уже начинал оказывать желаемое действие – душевная боль постепенно притуплялась и уже не была столь невыносимой, как прежде. – Дело в том, что я застала Роберта в постели с другой женщиной, когда заехала к нему домой, собираясь оставить записку.
– Ну и ну! Не может быть! – Зеленые глаза Валери от изумления расширились, став величиной с блюдца. – Значит, Роберт оказался таким же мерзавцем, как и мой бывший муженек? – Она тихо выругалась. – Я никогда не рассказывала тебе о подлеце, за которым имела счастье быть замужем, но ты должна знать, что на свете живет очень много робертов грейсонов. Твое счастье, что ты узнала о его донжуанских наклонностях еще до свадьбы. Вот мне, к несчастью, не так повезло. Этот бездельник не только изменял мне, но еще и снял все деньги с моего банковского счета, не говоря уже об усердном использовании моих кредитных карточек: расплачиваться по его долгам мне пришлось целых три года после развода!
Вздохнув, Валери начала разогревать томатный соус для спагетти.
– Прости, мне уже давно хотелось об этом кому-нибудь рассказать. Снять с души камень… И с кем же ты застала Роберта?
Уставившись в свой стакан, Элисса тихо проговорила:
– Я бы предпочла умолчать об этом. Скажу только, что в своей измене он обвинил меня.
– Ну конечно! – хмыкнула Валери, доставая из морозильника пакет брокколи и высыпая его содержимое на сковородку. – Должна сказать тебе, Элли, что я с самого начала знала: Роберт тебе не пара. От таких карьеристов трудно ждать искренней любви, особенно если ты к тому же приемная дочь босса… Если ты успешно занимаешься бизнесом, то никогда не знаешь, чем стремятся овладеть мужчины – тобой или твоими деньгами. Вот почему я твердо решила искать…
– Настоящего мужчину, «соль земли», – закончила за подругу Элисса, наливая себе еще немного виски.
– Вот именно. К такому убеждению я пришла после горького опыта общения с большим количеством ни на что не годных мужчин с откровенными иждивенческими наклонностями.
– Значит, ты совершенно уверена, что ковбой, который по твоей теории, несомненно, относится к тем, кого можно назвать «солью земли», никогда не станет тебя обманывать? – горько усмехнулась Элисса. – Да ты еще большая идеалистка, чем я! Мне бы не хотелось разочаровывать тебя, Валери, насчет нравственной чистоты ковбоев, которых ты так любишь и уважаешь, но мужчины есть мужчины, и вряд ли среди них найдется хотя бы один, которому можно было бы доверять.