Водный мир

Райот Людмила

— ЧТО? — Цисса подскакивает с места. — ГДЕ ЭТО СЛУЧИЛОСЬ? Сможете показать на карте или описать, что там рядом?

— Думаю, да…

В рубку вбегает взволнованный Тимериус, я наконец освобождаюсь от бурных проявлений Никелевой любви и сажусь к арзису, вспоминая интерьер зала и окружающих помещений. Спустя пару минут атланты устанавливают, о какой части ЛИКа идет речь.

— Это верхний уровень, — задумчиво говорит Цисса. — Он пока вполне мог уцелеть… Подплывем, посмотрим? Если не ошибаюсь, там есть батискаф, через который можно попасть внутрь.

Никто не возражает,

и подводная лодка срывается с места, устремляясь в гущу пыли, хаоса и разрушений. Огибает дышащие на ладан корпуса, маневрирует между ныне затопленными переходами и рваными пробоинами, продолжающими накачивать воду в из последних сил сопротивляющиеся океану здания. Все напряженно молчат. Спустя пару минут судно замедляет ход и приближается к черному фасаду в центре лабиринта из построек.

— Это здесь, — Цисса активирует монитор на панели управления, запуская сканирование находящихся за стеной залов на наличие воздушных пустот.

— Хм, поразительно… Похоже, вы еще не исчерпали свой сегодняшний запас удачливости! Внутри относительно спокойно. Да и батискаф неповрежден, — арзис указывает на виднеющуюся вдали кабинку, с помощью которой можно попасть в здание.

Дальше все происходит очень быстро. Я и сама толком не понимаю, что делаю — реальность это или сон? Очередное безумство или единственно правильное решение? Запрыгиваю в ботинки, спешно оглядываюсь в поисках рюкзака, чтобы тут же вспомнить, что он остался на крешейке. Ник тоже не обременен вещами. Тимериус подает ему холщовый и грубый атлантийский рюкзак, и чтец запихивает в него транс-формы, которые понемногу начинают приобретать божеский вид.

Весело напевая под нос, Цисса подводит корабль прямо к батискафу, наезжая на него выступом в корпусе. Всего лишь пара герметичных дверей, несколько долгих минут — и я снова окажусь в ЛИКе. Даже не знаю, радует меня это или пугает. Я устала удивляться, страшиться и воодушевляться, и теперь просто наблюдаю за собой будто со стороны.

На индикаторе ворот загорается зеленый свет, сигнализирующий, что батискаф осушен и готов поднять нас на верхний уровень. Наступает пора прощаться.

— Но почему вы делаете это, Цисса? — задаю я давно мучивший меня вопрос. — Зачем оторванным помогать нам попасть в новый мир?

— Враги Салкаса — наши друзья, — тот подмигивает, и слегка щелкает меня по носу. — Вы мне сразу понравились, Варри. Я обещал вам поддержку и сдержал слово. Не печальтесь. Думаю, мы увидимся скорее, чем вы думаете.

Арзис пожимает непокрытую руку Никеля, выказываю высшую степень доверия к чтецу, и снова становится серьезным.

— Не тяните с прыжком. Мы с Кальведросси побудем снаружи на случай, если к дыре не пробраться, но надолго задерживаться не станем.

— Как?.. — я теряюсь, с надеждой смотря на хамелеона. — Тим, ты же пойдешь с нами?

Тот печально качает головой.

— Нет. Мое решение не поменялось. Я остаюсь здесь.

Радость от нечаянно сбывшейся мечты сразу меркнет. Первый порыв — упрашивать хамелеона, просить и убеждать. Но это было бы неправильно с моей стороны. Я нашла свое ослепительное, искрометное счастье, и уже сделала выбор не в его пользу.

Нельзя

получить всё, чем-то придется жертвовать. Это естественно и очевидно — также, как и грусть, которую испытываешь, расставаясь с близким сердцу человеком. Я впервые жалею, что у Тима нет способности читать мысли через прикосновение. Мне ужасно хочется одним махом передать ему весь спектр чувств к нему — от глубокой привязанности, симпатии и благодарности до восхищения его холодной красотой, гордостью и умением успокоить весь мир. К сожалению, я не могу сделать для него даже этого. Поэтому просто подхожу к нему и обнимаю, прекрасно понимая, что наши дороги могут больше никогда не пересечься.

— Спасибо, — шепчу я, глотая слезы и надеясь, что одно единственное правильное слово сможет заменить десятки фраз и пояснений.

— Прощай, землянка, — говорит Тим и крепко сжимает меня в ответ. — Постарайся не разнести по камешку новую вселенную.

— Пора! — Цисса нажимает на рычаг. Входные ворота сдвигаются и приоткрывают сырую комнатушку батискафа, из которого промозглым облаком вырывается вечный холод подводного ЛИКа.

Уже на самом пороге Никель оборачивается, встречаясь взглядом с Тимериусом.

— Ты был бы не лишним там.

— Знаю. Я уникален! — неожиданно ухмыляется хамелеон, становясь похожим на задорного и наглого мальчишку. — Но в этот раз вам придется справляться без меня.

Мы с Ником входим в батискаф, и спустя считанные мгновения толстые слои металла и резины закупоривают нас изнутри, отделяя от атлантов и теплого, почти уютного временного убежища. Чтец привлекает меня к себе, чтобы согреть. Я больше не собираюсь отстраняться от него и скрывать свое состояние. Уверена, он чувствует все то же самое, впитывает каждую мысль, и это духовное единение заставляет ощущать себя вдвое сильнее и прекраснее.

— Ты веришь Циссе? — я могла бы в принципе не открывать рта, зная, что Ник и так прочтет вопрос в моем сознании, но мне необходимо услышать его низкий, теплый голос прямо сейчас, когда лифт в полной тишине поднимает нас наверх лаборатории.

— Почему бы и нет? Мотивы оторванных мне понятны. Если бы Салкасу удалось первым отправить экспедицию в новый мир, победить режим стало бы почти нереально. Неудача подорвет авторитеты директора и мэра, и, возможно, с помощью нас они заполучат союзников в другой вселенной.

Батискаф останавливается на верхнем этаже, и мы напрягаемся. Дверь отъезжает в сторону, к ногам мощным потоком устремляется ледяная вода. Здесь царит форменный кошмар. Синий свет мигает, перекрытия скрипят и стонут низким, почти человеческим, голосом, пол скрывают бурные и темные реки. Ник берет меня за руку, и мы устремляемся к нашей цели. Я помню, как проходила здесь, потому сама показываю дорогу.

Нами движет безбашенная целеустремленность и особая, хранящая влюбленных уверенность в собственной неуязвимости. Нам не страшны ни вода, ни готовые рухнуть стены, ни целые войска оживших мертвецов из моих фантазий. Мы быстро достигаем нужного зала, и я не могу сдержать радостного вопля, видя, что проход в другую вселенную все еще дожидается нас.