Вода
Шрифт:
Я обернулась и взглянула на него. Он смотрел на мою работу со странной смесью чувств. Застыл вполоборота, будто хотел отвернуться и не мог. И на лице тоже - глаза неотрывно смотрят, а рот кривится, словно в брезгливой гримасе.
Мастер подошел, и я впервые увидела, чтобы он смотрел на работу чуть дольше, чем обычный его беглый взгляд. Учитывая, что это был только эскиз, я была польщена.
– Сильный образ, - сказал он.
– Откуда ты взяла его?
Акке вытаращил глаза и смешно наморщил брови, выражая недоумение такой оценкой. Я едва удержалась от смешка и тут же забыла
– Мастер, вы, правда, находите...
– никак не мог принять Акке такой оценки.
– Тебе она кажется некрасивой?
– закончил его мысль Мастер.
– Да!
– сразу ответил, но тут же сам себя опроверг: - Или нет.
Мастер слегка улыбнулся.
– В её лице мудрость и гордость, и этим она завораживает.
– Наверное, - Акке смотрел все еще со страной смесью чувств на лице.
– Она кажется мне странной и отталкивающей. Но в то же время притягательность какая-то безусловно есть.
– Из-за морщин? Ты просто не видел старости.
– Старости? Но я видел старых людей.
– Это совсем не то. Наши старики совсем не похожи на тех, что были раньше. Сейчас медицина и косметология практически избавили нас от таких примет времени на телах и лицах. Посмотри старинные работы.
– Ладно.
– И в уродстве есть своеобразная красота. Твоя способность замечать её тоже свойство таланта, - снова улыбнулся Мастер.
Все же недоверие на лице Акке полностью не рассеялось, когда он отошел.
– Умница, - мастер положил мне руку на плечо и коротко пожал, прежде чем отойти.
Остальные давно с любопытством посматривали на нас, но вежливо ждали, пока он уйдет. Вокруг моего этюдника тут же собрались все. Обсуждали и рассматривали долго и так и не пришли к единому мнению.
– Теперь мой набросок мне кажется блеклым, - сказала одна из девушек, глядя на свою работу, когда все вернулись на свои места.
– А мой словно не живой, - пожаловался парень, через два человека от неё.
Под руководством Мастера, чуть позже я сделала портрет Агны в цвете. И он повесил его на стену в нашей студии.
??????????????????????????
43
Прошло несколько недель, прежде чем Эмма смогла выйти из той комнаты, в которой находилась. С Агной она не очень много разговаривала, так как непонимание между ними, казалось, все больше и больше становится. Обе пытались, но из этого ничего не выходило.
Вынужденный простой очень тяготил Эмму. Слабость своего тела она воспринимала чуть ли не как что-то постыдное. Это уже я не понимала. Разве она виновата в том, что попала в такие условия? Но это было и в её характере. Она никогда себя не оправдывала.
Когда старая женщина предложила ей выйти, она обрадовалась и сразу же согласилась. Её форма лежала всегда в изголовье кровати, и она быстро оделась. Хотя только я видела, что даже это ей нелегко дается. Но её зрение несколько раз мутилось, и голова кружилась, судя по ощущениям. Но она упрямо терпела, не желая отказываться от представившейся возможности из-за таких незначительных,
Агна выходила, пока она переодевалась и, кажется, была чем-то удивлена, когда увидела её. Эмма надела маску и опустила очки:
– Я готова.
– Странная у тебя одежда, - покачала головой Агна.
– Никогда не видела такой. И будто не пачкается. Люди испугаются.
Еще одна фраза, поставившая нас в тупик. Одежда, которая не пачкается, удивляет её. Но почему? Чем не устраивал дизайн формы, я, возможно, понимала. Я не видела, как форма смотрится на Эмме, но на других, похожих на неё девушках, однажды довелось. Красиво, по-моему, и я обязательно закончу рисунок, на котором они стояли ровными рядами, ожидая чего-то. Хотя, должна признать, даже для купола их форма выглядела бы броско. В первую очередь, потому что предназначалась для выходов наружу.
Хотя я и Эмма помнили, как её принесли сюда, входа в защищенное пространство мы не видели, вот что волновало больше всего. Наверное, это произошло в тот момент, когда она была без сознания. Я чувствовала её любопытство и сама была в нетерпении.
Выйдя из комнаты, они оказались в тесном и узком коридорчике, в котором ничего не было. Две двери чуть дальше слева, и еще одна справа. Свет падал из узких щелей под потолком. Агна повернула направо. Эмма вышла вслед за ней.
В первый момент мне показалось, что это следующее помещение. Над головой был потолок, а под ногами пол. Но стена была только за нашей спиной. Что-то вроде навеса.
А потом от яркого света её зрение утратило четкость.
Я так подумала.
А Эмма в это время попятилась назад, пока не уперлась спиной в дверь. Потому что, когда её глаза привыкли к свету, она увидела пред собой что-то невообразимое.
Я решила, что у нее галлюцинация. Больше в голову ничего не пришло.
Трудно рассказать... Там были дома. Очень странные - маленькие, словно на одну всего комнату. Заостренные крыши, крошечные окна, кривые ограждения... все какое-то кособокое и черное. Резкий запах в воздухе чего-то неприятного и незнакомого. Люди ходили между этим строениями. Гораздо больше, чем я думала. И главное, что кругом лежал снег.
– Почему не идешь?
Агна по ступенькам уже спустилась и ждала Эмму, стоя на снегу. И тут к ней подбежал зверь.
Я видела их довольно много, благодаря Эмме, но такого никогда. Небольшой, Агне по колено примерно. Мохнатый, лед вмерз на клоках шерсти внизу. И очень подвижный. Он скакал вокруг женщины, напрыгивая на нее. Но эти толчки не сильные были, без цели повалить.
Эмма выставила руку с малым арбалетом, но не испугалась. Атаковать зверь не хотел, это она четко знала. И Агна реагировала на него очень спокойно, даже заговорила и провела рукой по голове. И снова подняла голову, чтобы взглянуть на замершую Эмму. Хотя оружия она видеть не могла, мне кажется, она сразу поняла, что этот жест несет угрозу. Она издала звук, слегка повернув голову, и животное перестало прыгать вокруг нее, словно понимало и подчинилось, застыв, прижавшись к земле. Не полностью обездвижив и не напружинившись, как для атаки. Оно словно приготовилось ждать, и так ему было удобнее.