Во тьме
Шрифт:
Она заторопилась к столику, чтобы положить ухо в сумочку.
«Какой теперь от него толк?» – подумала она.
Нет, черт побери, я не собираюсь его выбрасывать!
А вдруг его можно будет пришить.
Нужен лед, подумала Джейн и бросилась к ведерку со льдом, которое стояло рядом с мойкой в другом конце комнаты. В зеркале, стремительно приближающемся к ней, она увидела свое отражение, размытое от подступивших к глазам слез: сумасшедшая женщина, мокрые спутанные волосы, залитое слезами лицо с безумными глазами, подпрыгивающая
Джейн остановилась возле мойки и потянулась к ведерку со льдом. От льда в пластиковом контейнере осталось немного воды, в которую она мигом опустила пальцы. Вода все еще была прохладной, но уже не ледяной.
Джейн вылила ее в мойку.
– Мне нужен лед, – всхлипнула она. – Нужен... Она быстро набросила на себя одежду, нашла ключ от комнаты и выскочила на ночную улицу. Взятый напрокат автомобиль все еще был припаркован перед их дверью. Тесно прижимая к животу пластиковое ведерко и завернутое в платок ухо, босиком, она побежала по пешеходной дорожке, к аппарату со льдом.
Она пыталась спасти ухо Брейса, когда оставшаяся его часть, возможно, уже мертва.
– НЕТ!
Джейн не знала, что необходимо для того, чтобы восстановить отсеченную часть тела. Пожалуй, только то, что необходимо срочно создать подходящие условия, найти лед, ну а потом передать поврежденную часть хирургам.
«Может быть, все это бессмысленно? – подумала Джейн. – Может быть, я просто зря трачу время? Но, по крайней мере, я должна хотя бы попытаться».
Еще раньше они с Брейсом подходили к аппарату со льдом, и она знала, где он находится и как им пользоваться.
Пока Джейн бежала, пояс ее халата немного ослаб, поэтому она поспешила снова его запахнуть, хотя поблизости никого не было. Наверняка все постояльцы мотеля уже спали.
Возле аппарата со льдом она вытащила ухо из ведра, поставила пластмассовый контейнер на решетку внутрь агрегата, нажала на красную кнопку и подождала, пока кусочки льда маленьким потоком высыплются в ведерко.
Когда оно наконец наполнилось, Джейн не знала, что делать дальше. Развернуть ухо? Несмотря на то, что носовой платок казался чистым, он все равно не был стерильным. Она не знала, как ей быть. Ей совсем не хотелось оставить ухо Брейса во льду ничем не прикрытым.
Хотя, по всей видимости, это был единственный выход.
Джейн взяла немного льда, развернула платок, взяла ухо, аккуратно положила его в образовавшееся небольшое углубление и прикрыла холодными кусочками.
Маленькая могила.
Это не могила!
Едва сдерживая слезы, она побежала к мотелю.
Войдя в комнату, Джейн поставила контейнер со льдом на столик.
– Все будет в порядке, – пробормотала она. – Все.
Что же теперь? – подумала она и вытерла глаза.
Сначала надо подумать, как найти Брейса. Вот что.
Она вдруг вспомнила о листе бумаги, в который было
Но записки не было. Она не могла вспомнить, что с ней сделала после того, как из нее выпало ухо.
Джейн бросилась в ванную комнату и нашла листок на полу. Из-за вновь подступивших слез кусочек бумаги показался ей бледным и бесформенным. Направившись к нему, она снова поскользнулась на влажном от крови кафельном полу. Но на этот раз ей удалось устоять. Падать больше не хотелось, поэтому остаток пути до записки Джейн решила проделать на четвереньках.
Она сняла с себя халат, аккуратно повесила его на перекладину, предназначенную для полотенец, медленно наклонилась к полу и поползла к записке.
Стоя на коленях, она раскрыла сложенный лист бумаги. Вытерев глаза, Джейн стала читать.
"Джейн!
Догадываешься, кому следовало играть в нашу Игру? Хоть что-нибудь для тебя значит слово ПОВИНУЙСЯ?Какую часть из этого слова ты не можешь понять?
В случае, если тебя распирает любопытство, ухо принадлежит твоему возлюбленному. Самая замечательная его часть. Чтобы тебе скучно не было. Надеюсь, ты оценишь мою доброту.
Его оставшаяся часть будет ждать тебя нетронутой до полуночи. Я нахожусь в полной уверенности, что ты его не подведешь. Или...
Твое дальнейшее неповиновение будет вознаграждено еще какой-нибудь частью его тела. Вполне возможно, ты однажды сможешь его полностью собрать, хотя, по правде сказать, я сомневаюсь.
Итак, до полуночи. В бассейне...
Твой навсегда, хочешь ты этого или нет... МИР".
Глава 40
Стоя на четвереньках, Джейн с остервенением стала тереть губкой пол до тех пор, пока окончательно ее не порвала. Когда пол показался ей относительно чистым, она попыталась стереть следы крови с ковра. Ей удалось смыть почти все, только несколько пятен остались немного заметны.
Закончив с полом, она швырнула футболку в мусорное ведро, сняла с перекладины халат и внимательно его осмотрела. На внутренней стороне, как раз в том месте, где она прижимала к себе ведерко и ухо, были небольшие пятна. Но их отстирать было несложно.
Она взяла халат с собой в душ, смыла пятна с помощью мыла и мочалки, поднесла его поближе к крану и прополоскала. Затем, повернувшись, чтобы перебросить халат через натянутую струну шторы, вдруг почувствовала, как ее спину обдало легкое дуновение воздуха.
Посмотрев через левое плечо, Джейн увидела, что окно в ванную открыто.
Подоконник находился на уровне ее подбородка, что не позволяло ей видеть происходящее на улице.
Джейн подошла поближе, осторожно ступая по еще влажному полу.
Окно было распахнуто настежь. Она не могла видеть его матовых стекол, пока не выглянула в темноту ночи.
У какого-то извращенца, любящего заглядывать в чужие окна, был поистине памятный день, подумала она. И хотела уже закрыть ставни, когда остановилась.