Во сне
Шрифт:
«Этот мир явно настроен против меня!» – с этой мыслью Оля, уже уставшая, еле плелась на работу, как всегда ненавидя себя и всё вокруг.
Через двадцать минут душевного и физического напряжения она поднялась по высокой железной лестнице, расположенной с торца жилого дома, и с большим усилием открыла тяжёлую и промёрзшую дверь, над которой горела вывеска «Ваш стиль». Мельком взглянув на вывеску, а потом на свои ботинки, набитые снегом, обледенелые шерстяные варежки и заснеженный подол шубы, с сарказмом сказала сама себе:
«Хорошо, что хоть ресницы тушью не успела дома накрасить».
– Кажется,
– Доброе утро! – произнесла тихо Оля, когда вошла в просторный, светлый и тёплый холл, и направилась в комнату для персонала, а проходя мимо ресепшена, про себя отпустила в адрес администратора неприятный комментарий. Она старалась не подавать виду, что её задевает хамское отношение со стороны Валентины Петровны, но мысленно всегда отвечала ей также грубо.
– Привет, привет… – недовольно проговорила тётенька и искоса глянула на девушку. Оля закрыла за собой дверь, прислонилась спиной к косяку, закрыла глаза и выдохнула. Постояла так пару секунд и начала снимать мокрую одежду.
Минут десять пришлось потратить на то, чтобы вытряхнуть снег из обуви и переодеться. За это время снег растаял, и образовалась довольно приличная лужа, которая как змея поползла под холодильник. Пришлось ещё пару минут повозиться, чтобы собрать воду шваброй. За этим занятием её и застала администратор.
– Ты решила нас затопить? Чего копаешься? Иди уже, работай! – нетерпеливо затараторила, заглядывая в комнату, рыжая голова. Оля про себя назвала тётю неприличным словом и пошла на рабочее место. Валентина Петровна изрядно надоела своими нравоучениями. Порой ей не хотелось идти на работу, когда их смены совпадали.
Клиентка оказалась намного терпеливее и доброжелательней к Оле, чем администратор, за что Ольга была ей благодарна и кропотливо сделала роспись на наращенных ногтях. Рисунок она выдумала. Зелёные стебли плавно огибали распустившиеся нежно-розовые цветы, стразы вместо листьев придавали рисунку ещё большую изысканность. На ближайший час записи не было, поэтому она не торопилась. На соседних ногтях красовались барышни в бальных платьях и шляпках. Клиентка пребывала под впечатлением и, уходя, сказала, что теперь будет ходить на маникюр только к ней.
Оставалось ещё полчаса до следующего клиента, а значит, можно позавтракать и выпить чая с мёдом. Ноги ещё не отогрелись, и хотелось их окунуть в тазик с горячей водой, но вместо этого Оля прижала ступни к тёплой батарее и, откинувшись в кресле, закрыла глаза.
– Опять мечтаешь? Эх, молодёжь… Когда же вы поймёте, что жить надо в реальности?
Услышав опять этот вечно недовольный голос, Оля слегка нахмурилась.
– А что значит жить в реальности? – спросила она через пару секунд и резко открыла глаза, посмотрев в упор на нарушительницу спокойствия.
Валентина Петровна немного опешила от вопроса. Она сделала вид, что ей нужно срочно вернуться к делам и покинула кабинет, а из коридора до Оли донеслись невнятные слова и очередные поучения. Оля вновь закрыла глаза и сосредоточилась на своих мыслях. Почему ей приходится общаться
У неё не было подруг сверстниц, кроме Юльки, жившей через два дома, с которыми она могла бы проводить время. Почему? Потому что все знакомые сверстницы – это бывшие одноклассницы, и после школы общение с ними прервалось. Точнее, у Оли не возникло желания продолжать общение, хотя на встречи выпускников она ходила и вполне нормально со всеми общалась.
Все её нынешние знакомые, люди из мест, где она работала. В основном, это обычные, ничем не выдающиеся и почти не запоминающиеся девушки и женщины. Они не были плохими или хорошими, просто люди без какой-то изюминки, без харизмы, без вдохновения и страсти к жизни.
Все в основном были старше неё, у всех почти были семьи. Ольга же пока заводить семью не собиралась. Она толком не могла позаботиться о себе, а там надо заботиться о ком-то ещё. Вопрос с друзьями и подругами был открыт. Она понятия не имела, откуда берутся друзья.
«Может быть, дело просто в умении общаться, но таковой навык у меня не развит, поэтому мне трудно заводить разговор с людьми?» – размышляла Ольга.
Сколько себя помнила, она всегда была немного замкнутой и задумчивой. Были ли у неё в детстве друзья, с которыми она часто и подолгу проводила время? На ум приходил только один друг, но и тот потом куда-то уехал, даже не попрощавшись.
Оля вздохнула. Наверное, ей на роду начертано не только душевное одиночество, но и физическое. Много раз, наблюдая за людьми, которые находились в центре внимания, она удивлялась их неиссякаемой энергии. Её же одолевали дискомфорт и нервозность, стоило другим обратить на неё взоры. И первая мысль, которая приходила в голову, что все смотрят на неё как на куклу, на её привлекательную внешность, и всем наплевать, что у неё там внутри.
Она не была чересчур стеснительной, внешне это больше походило на неловкость, но внутри сидела огромная неуверенность в себе. А где и откуда взять уверенность, совсем непонятно.
От окружающих Оля не раз слышала комплементы и часто чувствовала, что мужчины провожают её взглядом, но этого было мало. Оля даже сменила причёску, стала носить вещи, которые подчёркивали стройное тело, только чтобы хоть чуть-чуть почувствовать себя увереннее, но и это не помогло. Искренне улыбаться было трудно, поэтому она редко смеялась, только слегка растягивала губы, создавая подобие улыбки.
И тут Оля поймала себя на мысли, что она ханжа. Сначала что-то внутри воспротивилось этому осознанию, но потом, спокойно поразмыслив, она приняла эту мысль. Вспомнилась фраза, прочитанная недавно у кого-то в статусе: «Подобное притягивает подобное».
А ведь действительно, она предъявляет высокие требования к окружающим, а сама им не соответствует. Взять, например, Валентину Петровну, которая вечно всем недовольна. Она будто Олино отражение в зеркале, в которое девушка никак не хочет смотреться. Большая часть её внутреннего мира недовольна практически всем на свете. И она крайне редко выражала радость, а уж благодарности в её сознании и мыслях не было и в помине. Это осознание не добавило Оле чувства уверенности, но хотя бы стало понятно, откуда нужно начинать менять взгляд на мир и саму себя.