Во Славу Солнца

Уильямс Шон

Майи на что-то показывала!

Рош попыталась представить себе расположение камеры – ведь она уже видела такие. Майи показывала на дверь противоположной камеры – очевидно, там находились двое других заключенных.

– У тебя пять секунд, Рош, – вновь заговорил охранник-кеш. – После чего она умрет. Пять. ;

– Ладно, Ящик, – сказала она. – Передай Ури и Бирн, чтобы возобновили атаку. Активируй ползуны, пусть наносеялки займутся корпусом станции. Используй все резервы, они должны почувствовать нашу силу.

– Четыре.

Шум

ее шагов разнесся по коридору.

– Если можешь закрыть за мной двери, закрой.

Двери захлопнулись.

– Я взял на себя ответственность и закрыл обе, Морган.

– Хорошо. Амейдио, ты нас слышишь? – – Да.

– Три.

Она осторожно сделала еще пару шагов по коридору и прижала винтовку к груди.

– Два.

– Давай, Ящик, пора!

Погас свет. Скафандр и имплантаты Рош мгновенно переключились на инфракрасный диапазон. Затем пол начал уходить у нее из-под ног – казалось, это никогда не кончится!

Рош попыталась сохранить равновесие. Но скафандр успел и сам приспособиться к новой ситуации. Очевидно, Ящик умудрился каким-то образом отключить генераторы искусственной гравитации. Когда к ней вернулось ощущение тяжести, Рош поняла, что тяготение уменьшилось вдвое, – но добежать до соседней камеры она могла.

Дверь оказалась закрытой, она выстрелила в нее из винтовки. Одновременно послышалась стрельба из камеры, где находилась Майи, кто-то закричал от боли. Рош не могла отвлекаться на такие мелочи. Оставалось лишь надеяться, что Майи не пострадала.

Дверь камеры слегка приоткрылась, и Рош воспользовалась сервомеханизмами скафандра, чтобы распахнуть ее. Внутри...

Она колебалась долю секунды.

...внутри она увидела два тела. Одно – совершенно обнаженное – принадлежало Кейну и находилось в оболочке из напоминающего янтарь прозрачного материала, в свою очередь, надежно соединенной с передвижной платформой. Сквозь прозрачную оболочку к телу Кейна шли провода и трубы, но он явно не мог ни говорить, ни шевелиться. Металлические полосы вокруг оболочки делали его заключение еще более надежным.

Глаза Кейна были закрыты, но Рош почему-то не сомневалась, что Кейн в сознании и ему известно о ее присутствии.

Второе тело принадлежало существу максимально далекому от Древней касты. Внешне оно напоминало олмахой, но таких видов Рош еще не приходилось встречать. Черная кожа, сверкающая и гладкая, тонкие, почти рудиментарные, конечности, сгорбленное тело, а лицо невыразительное и худое. Единственным по-настоящему живым являлся орган эпсенса – толстое щупальце у основания его черепа. Но если обычные органы эпсенса у олмахой были толщиной с запястье, этот оказался шириной с бедро – мощный, почти полметра длиной... почему-то возникало ощущение, будто он высосал все жизненные соки из существа, которому принадлежал. Рош видела места, где иглы и еще какие-то инструменты

входили в плоть олмахой, снабжая его тело питательными веществами или выполняя другие таинственные функции.

Существо было привязано, но не слишком сильно, к такой же койке, что и Майи. Рош не знала зачем. Она сомневалась, что олмахой может ходить, не говоря уже о бегстве.

Позади него Рош заметила монитор. На нем вспыхнуло единственное слово:

БЕРЕГИСЬ

– Ирикейи! – Впервые Рош услышала удивление в голосе Ящика.

– Что?

– Все спокойно, – проговорил Гейд у нее из-за спины.

Она обернулась:

– А Майи?

– Не пострадала.

– У меня здесь Кейн. Он...

Она заворчала, когда кто-то протиснулся в камеру.

– Извини, Морган, – сказал Ящик через скафандр. – Но я должен быть здесь.

Рош посмотрела на скафандр, остановившийся с противоположной стороны от олмахой.

– Что, черт побери, ты делаешь?

– Ввожу ксародин, – объяснил Ящик, делая инъекцию в основание черепа олмахой. – Вещество, естественно, имелось в камере Майи.

Существо дернулось, и слово на мониторе сменилось на:

ЖЕСТОКО

– Почему, Ящик?

– Ксародин ослабляет эпсенс.

– Я знаю, но...

– Дай мне несколько мгновений, Морган.

Приглушенный взрыв донесся из дальней части коридора, напомнив Рош о Шак'ни и охранниках.

– У меня нет этих мгновений, Ящик.

Она выскочила из камеры и увидела в коридоре Гейда.

Грохот тяжелых ударов доносился с обеих сторон коридора.

– Мы в ловушке.

– Майер, у тебя есть какие-нибудь разумные предложения? – крикнула Рош, повернувшись к камере Майи. – Майер? – Майи по-прежнему лежала на столе, хотя веревки были сняты. Охранники и их оружие валялись на полу, пилот исчез.

– Он только что был здесь, – сказал Гейд, проверяя свои имплантаты. – Должно быть, выскользнул наружу, пока я возился с Майи.

– Будь он проклят!

– Догоним?

Рош вздохнула.

– Некогда. Кроме того, неизвестно, в какую сторону он убежал. – Она дала себе слово, что обязательно «побеседует» с Майером позднее. – Мы должны выбраться отсюда до того, как они подготовятся к штурму. Застать их врасплох. Одному из нас придется нести Майи. Может быть, удастся надеть на нее защитную броню охранников.

– А что с Кейном?

Рош снова послала проклятие в адрес Майера.

– Кейну придется подождать. В таком виде ему не грозит опасность. – Она вернулась в камеру Майи и наклонилась, чтобы снять броню с одного из охранников.

– Ящик, по моей команде открой правую дверь, ладно?

– Конечно, Морган.

Ее голова в шлеме склонилась над Майи.

– Это ты, Морган?

Рука Рош легла на плечо Майи.

– Я рядом с тобой, Майи.

– Я снова могу видеть! Что стало с ирикейи?