Шрифт:
Глава 1. Сиси и Мим
На телефоне в третий раз подряд проревел туманный горн – единственный звук, который мог меня разбудить, - и я, в третий раз нажав «отложить», поглубже зарылась в теплую мягкую подушку, которая буквально нашептывала мое имя.
В тот самый момент, когда мои веки уже были готовы снова сомкнуться, я вспомнила, что пообещала себе приходить в офис вовремя. Это обещание было частью невыполнимого, как мне теперь казалось, плана научиться более позитивно относиться к работе и не мечтать скормить своего босса злым кровожадным
«Большинство людей считают, что именно у них самый худший босс в мире, но это большинство ошибается».
Я любила свою работу в качестве ассистента вице-президента по маркетингу в «Барклай Адвертисинг». Конкуренция была жесткой, но мне удалось подняться уже до середины карьерной лестницы и я не собиралась позволить какому-то мерзкому кретину, родственнику владельца компании, кстати, спустить меня вниз.
Кэмерон Дженкинс – тот самый кретин и мой босс – уже вставил свой «фитилёк» в половину женского штата сотрудников компании. Его бесконечные предложения сесть к нему на колени и позволить показать, как настоящий мужчина может порадовать женщину, могли заполнить мою почасовую ставку.
«Это он-то настоящий мужчина? Да, он не узнал бы такого, даже если б споткнулся об него!»
Но отсутствие оригинальности не было его единственным недостатком. Внешность полностью отражала его личность, и вдобавок к этому он являлся поклонником искусственного оранжевого загара, дисконтного одеколона и «кулачных приветствий» (п.п.: ударение кулаком о кулак в качестве приветствия или поздравления друг друга с победой). К сожалению для него, моя цель состояла в том, чтобы всеми способами избежать заражения половым герпесом, поэтому я не могла удовлетворить неоднократные просьбы Кэмерона провести с ним семь райских минут в гардеробной. Кстати, в нашем офисе отродясь не было гардеробной, но это его нисколько не смущало, поскольку кроме того, чтобы подмигивать своему отражению в зеркале, ему больше некуда было девать свое время. Всю работу за него делала я.
С хныканьем и стоном я заставила себя оторваться от подушки, чтобы встретить новый день.
Моя квартира была миниатюрного размера и большую ее часть я могла видеть, не вставая с кровати, поэтому сразу заметила своего полуслепого кота Лероя, сидевшего у пустой миски. По хорошему, мне бы сначала нужно было сделать остановку у человеческого эквивалента кошачьего лотка, однако это полностью противоречило жизненным принципам Лероя. Мой кот абсолютно не имел терпения, его потребности всегда должны быть на первом месте, особенно, если дело касалось еды.
У нас даже сложился определенный утренний ритуал: Лерой начинал громко мяукать примерно с двухсекундными интервалами, а я принималась кричать ему в ответ, что главная в этом доме – я. Однако то, что я повышала голос на почти пятикилограммового кота, никак мне не помогало, поскольку мы оба знали правду – порой мне очень хотелось быть Лероем. Этот кот ни от кого не потерпит никакого притеснения, и последнее слово всегда должно оставаться за ним, даже если это слово - долгий неодобрительный
«Признаться, иногда меня посещает мысль взять Лероя в офис и позволить ему показать Кэмерону его истинное место».
Пару лет назад, увидев на улице маленького взъерошенного одноглазого котенка, я просто не сумела пройти мимо, и вот теперь расплачиваюсь за свою доброту. Я, конечно, могла кричать, что главная в этом доме, но истина заключалась в том, что хозяин моей квартиры был Лерой, а мне разрешалось жить здесь в качестве его горничной и повара. Несколько раз я пыталась пересмотреть данную договоренность, но спор никогда не решался в мою пользу.
Накормив Лероя и включив кофеварку, я уставилась в шкаф так, словно идеальный наряд для офиса должен сам выпрыгнуть из него в мои руки, но от созерцания рядов блузок и юбок меня отвлек телефонный звонок. Мне не нужно было смотреть на экран, так как мелодия «Придурков из Хаззарда» говорила сама за себя. Звонила Мэгги Винсент – моя лучшая подруга еще с первого курса института и по совместительству безвластный начальник отдела кадров в «Барклай Адвертисинг». Почему безвластный? Да потому что кумовство и фаворитизм так глубоко укоренились в этой компании, что практически лишали Мэгги права влиять на набор персонала.
– Привет, Мэгс. Что-то рановато для звонка, тебе не кажется?
– Присядь, Сиси! Сейчас же! Ты сидишь? Скажи, что ты уже села. У меня есть новости!
Энергия, исходящая от нее, могла зарядить вас не хуже энергетического напитка. Так было всегда, и, возможно, поэтому мы с ней очень быстро подружились.
– Я сижу, - соврала я.
– Так много всего произошло… С чего же начать… Ты знакома с новым стажером?
– С той красоткой, которую Кэмерон пытается уложить в постель? Да, я ее знаю, - ответила я, наполняя кофе огромную кружку до самых краев.
– Так вот, - голос Мэгс дрожал от волнения, - на прошлой неделе Кэмерон заманил ее в копировальную комнату и напечатал для нее двадцать экземпляров своей «сосиски».
– Фу! – От отвращения я поперхнулась кофе. – Ему нужно прекратить это делать. Компания, поставляющая нам копировальную технику, уже грозилась аннулировать гарантию.
– Это старые новости, а новые заключаются в том, что девушка взяла эти копии и показала своему отцу, который оказался юристом, специализирующимся в области трудового права.
Я отставила кружку, боясь снова подавиться.
– Ага, - поддакнула Мэгс, несмотря на то, что я молчала. – Дальше – лучше. Папа-юрист подает в суд на «Барклай». Слух об этом распространяется, словно лесной пожар, и все, кого Кэмерон хоть раз касался своими грязными ручонками, подают такие же иски.
– Ты шутишь? Все?!
Я потянулась было за чашкой, но передумала.
– Да! Минди, Дженнифер, Кэрол, Тиффани, Тесса, Дениз, Нэнси, Лорри. Все!!! Мистер Барклай не сможет выплатить сумму, заявленную в таком количестве исков. Это его обанкротит. Я услышала об этом только сегодня утром и поспешила поделиться с тобой хорошими новостями.