Вне игры
Шрифт:
А как же в Театре, в кино? Как быть там, когда целуешь, и не только целуешь, нелюбимого человека? Как быть там? Ведь приходится изображать любовь во всех её иногда гнусных проявлениях. «А вы по-настоящему целуетесь? А вы как там, в постели… по-настоящему?» — часто спрашивают зрители. А действительно, как это мы там? Вот я и сама задалась этим вопросом. Ведь у меня есть муж, семья. Я люблю их искренне и беззаветно. Но что же это я делаю там, на сцене, с абсолютно чужим мужчиной? Причём тоже так искренне и совершенно, что никто и усомниться не может в подлинности моих чувств. Ну как же, скажете вы, — игра. Это просто актёрская игра. И чем талантливее актёр,
Вдруг почему-то пришло сравнение с пауком. Оно уже приходило мне в голову в связи с сочинением стихов. И вот сейчас опять, даже более явно. Ведь паук берёт свою нить из себя, как бы из глубины собственного «я», плетёт свою сеть, мечтая поймать в неё наживу. А актёр плетёт тонкую сеть игры, чтобы поймать в неё зрителя. Вот оно! Зритель становится некоей наживкой. И впрямь, Театр умрёт, если его не будет питать зритель. Да и актёр умрёт без этой подпитки, без игры. А вот интересно, как зритель? Будет ли он спокойно жить без Театра? Много раз уже объявляли о том, что Театр умер. Но, как оказалось, поторопились. Да здравствует Театр!
Но актёру без игры «кранты»! Он уже «подсел» на эту игру, как на иглу. Главное — это получить роль. Он бежит в театр к доске приказов и, затаив дыхание, вглядывается в распределение ролей в новой пьесе. И не дай господь, если его там нет! Это удар! Удар в сердце, удар по самолюбию, сомнение в профессиональной пригодности. Актёр, не получивший роль, ощущает это, как плевок в лицо. И мало кому удаётся с достоинством принять этот факт. Не злобствовать в адрес «счастливчиков», не ёрничать, не выяснять причины у начальства, не желать никому зла. А просто выплакать всё в подушку или напиться. И снова ждать, бесконечно ждать, когда попранная справедливость восторжествует.
Довелось и мне пережить эти минуты, часы и даже годы ожидания. Часто я не понимала причины этого простоя. Но когда чётко и ясно меня преследовала так называемая «месть горбуна», я смотрела ночами в слезах на небо и говорила только одно: «Папочка! Мне очень плохо, помоги мне пережить этот кошмар. Но зато я такая, как ты хотел». И хотя отца давно не было на свете, его любовь и моя вера помогали мне. Неожиданно жизнь делала крутой поворот, и я находила путь, чтобы выжить и не оставаться в положении «вне игры».
Мужчина-vulgaris
Всё-таки интересные существа мужчины. Вот сколько лет живу, а никак не могу в них разобраться. Я имею в виду, что у них там, в голове, в душе творится. Полная загадка! А живу-то я довольно долго
Вот тут я и стала думать, что интеллект здесь абсолютно ни при чём. Что я имею в виду? Сейчас поймёте. Мне даже стало совершенно ясно, что у них зрительные органы напрямую с половыми связаны. Ну, в общем, с точки зрения физиологии это тоже понятно. Глаза ведь ниже мозгов находятся. Короче, как только мужчина видит интересную женщину, так сигнал сразу же ниже пояса поступает, как-то минуя сердце. Говорят, что у женщин тоже так же бывает, правда, очень редко. Не знаю, у меня все сначала в сердце как-то концентрируется, а потом уже начинает по всему организму вверх и вниз сигналы подавать.
Или вот тоже, такие понятия, как «совесть» или «нравственность», они, оказывается, у нас тоже по-разному определяются. Нет, вы не подумайте, что я мужчин не люблю или осудить хочу. Ни в коем случае!
Многие из них мне очень дороги. Просто хочу я их понять. А, кстати, есть такое выражение: «Понять — значит простить». Вот именно этого я и хочу.
Я вам уже сказала, что достаточно в своей жизни разных мужчин встречала. И с каждым всегда какая-то история связана. Иногда, в кругу близких друзей, я что-нибудь рассказывала. И друзья мои вместе со мной то плакали, то смеялись, и почти всегда мне говорили: «А ты напиши об этом! Почему ты не хочешь это записать?» На что я всегда отвечала: «Ребята, вы ведь меня знаете, я врать не умею и не люблю. Напишу правду — и кого-нибудь обижу. Ну, допустим, кто-то умер, но ведь у них родственники остались. Не хочу я никого обижать».
Я для себя давно решила: о мужчинах, как о покойниках, надо говорить или хорошо, или ничего. Так я к этой мысли привыкла, что и не думала иначе.
Но, как это ни странно, чем дольше живу, тем чаще я стала про всех этих мужчин вспоминать. Повторяю, вовсе не для того, чтобы их осудить. Нет! Просто хочется очень в их психологию проникнуть. Я ведь актриса — и привыкла все роли на себя примерять, даже самые «непримеримые». А тут, как ни кручу, не могу себе представить, чтобы я, в такой ситуации оказавшись, могла так поступить.
И ещё интересно, что некоторые поступки у них совпадают. Значит, это и есть их мужское, совсем от нас отличительное, свойство.
Правда, помню, мне одна подруга давно ещё сказала:
— Ты пойми, мужчины — это другие люди! Просто иногда они бывают влюблены, и тогда они становятся на нас похожими.
Я вроде бы поняла и даже обрадовалась, что теперь могу как-то что-то объяснить в их поведении. Но потом опять думаю: ну а как же «мораль», «нравственность», «дружба», «верность», «любовь», и т. д. и т. п.
Ведь вроде мы все одинаково должны это понимать. Мало того, ведь они часто нас этому и учат. Меня, например, мой отец всему этому обучил, и не только на словах, но и на деле.
Вот тут какая-то нестыковка получается. Вот я опять отца вспомнила и одну смешную историю, как урок, и решила: попробую всё-таки что-то написать.
А история была такая. Приехали мы с семьёй отдыхать в Евпаторию, в мотель на берегу моря. Место чудесное, почти не обжитое. Только коттеджи на песке стоят. Но нам сказали, что за небольшую плату можно взять раскладушки и бельё и прожить несколько дней. В общем, стали мы оформлять документы. И вдруг выяснилось, что какой-то вопрос может решить только директор мотеля. Папа пошёл его искать, и мы с мамой за ним поплелись. Жара, идём по песку, всех спрашиваем, не видели ли директора. Вдруг какой-то мужчина говорит: