Вне игры
Шрифт:
Он кивнул.
– Ты знаешь, где он?
– Нет. Но я надеюсь, что этот ублюдок умер и гниет в земле.
– Не надо громких слов. Скажи, что ты думаешь на самом деле.
Ее улыбка вдруг погасла. Майрона кольнуло в сердце. Грег и Эмили любили друг друга. Поженились. У них родилось двое детей. Что привело их к разрыву? Какое-то недавнее событие? Или нечто скрытое в прошлом, но проявлявшееся исподволь, постепенно? У Майрона пересохло в горле.
– Когда ты в последний раз видела Грега? – спросил он.
– Месяц
– Где?
– На бракоразводном процессе.
– Вы с ним общаетесь?
– Ты слышал, что я сказала. Насчет мертвеца, гниющего в земле.
– Думаю, это значит «нет».
Она пожала плечами.
– Ты знаешь, где он может прятаться?
– Нет.
– Какой-нибудь летний домик, укромное местечко?
– Понятия не имею.
– У Грега была девушка?
– Не знаю. Но мне заранее жаль эту бедняжку.
– Ты когда-нибудь слышала о женщине по имени Карла?
Эмили задумалась. Она постучала пальцем по колену – до боли знакомый жест.
– Ты имеешь в виду Карлу, которая жила в общежитии колледжа Дьюка на нашем этаже? Симпатичная девушка.
– А что-нибудь посвежее?
– Нет. – Она выпрямилась и положила ногу на ногу. – Как Уиндзор?
– Как всегда.
– Неизменная величина, – хмыкнула Эмили. – Он тебя любит, тебе известно? Иногда я думаю, что он латентный гомосексуалист.
– Мужчины могут любить друг друга и при этом не быть геями, – возразил Майрон.
Эмили прищурилась:
– Ты уверен?
Он позволяет ей вести разговор. Большая ошибка.
– Грег собирался подписать контракт на рекламу. Ты в курсе? – спросил Майрон.
Она сразу встрепенулась:
– Шутишь?
– Нет.
– Крупный?
– Насколько я знаю – очень. С «Форте».
Эмили стиснула зубы. Не будь у нее длинных ногтей, она бы сжала кулаки.
– Скотина.
– А в чем дело?
– Когда мы развелись, Грег оставил меня без гроша. А теперь он подписывает контракт. Ублюдок.
– Что значит «без гроша»? Грег неплохо зарабатывал.
Она покачала головой:
– Его агент все потерял. По крайней мере так он заявил в суде.
– Мартин Фелдер?
– Да. Он не дал мне ни цента. Сукин сын.
– Но Грег до сих пор работает с Фелдером. Зачем ему нужен агент, который потерял его деньги?
– Не знаю, Майрон. – Ее голос звучал сухо и напряженно. – Видимо, он мне соврал. Он мне часто врал.
Майрон промолчал. Эмили взглянула на него. На ее глаза начали наворачиваться слезы, но она заставила их высохнуть. Эмили встала и отошла в противоположный угол комнаты. Она повернулась к Майрону спиной и смотрела сквозь стеклянную дверь во двор. Бассейн был накрыт брезентом, с берега к нему свисала зелень. Во двор вбежали дети. Паренек лет десяти догонял девочку на пару лет моложе его. Оба хохотали во все горло, лица раскраснелись от холода и беготни. Заметив мать, мальчик остановился. Он широко улыбнулся и помахал
– Грег хочет отнять их у меня, – произнесла она неестественно спокойным тоном. – Ради этого он пойдет на все.
– На что, например?
– На все самое скверное, что ты можешь вообразить.
– Насколько скверное?
– Не твое дело.
Эмили замолчала. Она все еще стояла к нему спиной. Майрон видел, как дрожат ее плечи.
– Убирайся, – проговорила она.
– Эмили…
– Ты хочешь ему помочь, Майрон.
– Я хочу его найти. Это не одно и то же.
Она покачала головой:
– Ты ему ничего не должен. Я знаю, ты так думаешь, но это неправда. У тебя на лице написано чувство вины – что тогда, что сейчас. Я увидела это сразу, как только открыла дверь. Но все осталось в прошлом, Майрон. Это не имеет никакого отношения к тому, что происходит с нами сейчас. Грег ничего не знает.
– Поэтому я должен чувствовать себя гораздо лучше? – усмехнулся Майрон.
Эмили резко развернулась.
– Ты не должен чувствовать себя лучше! – выпалила она. – Ты вообще тут ни при чем. Это я вышла за него замуж. И я его предала. Не могу поверить, что ты до сих пор казнишь себя за это.
Майрон сглотнул слюну.
– Он приходил ко мне в больницу, когда я получил травму. Сидел со мной и говорил целыми часами.
– Значит, теперь он святой?
– Нам не следовало так поступать.
– Очнись, Майрон! – бросила Эмили. – Миновало более десяти лет. Все давно забыто.
После долгой паузы Майрон снова взглянул на нее и спросил:
– Ты действительно можешь потерять детей?
– Да.
– На что ты готова, чтобы сохранить их?
– На что угодно.
– Даже на убийство?
– Да.
– Ты это сделана?
– Нет.
– Не знаешь, почему какие-то бандиты ищут Грега?
– Понятия не имею.
– Значит, это не ты их наняла?
– В любом случае я бы в этом не призналась. Но если какие-то бандиты действительно хотят добраться до Грега, я сделаю все, чтобы помочь им.
Он отставил бокал с лимонадом:
– Пожалуй, мне пора идти.
Эмили проводила Майрона к выходу. Прежде чем открыть дверь, она накрыла ладонью его руку. Прикосновение почти обожгло его сквозь рубашку.
– Все в порядке, – мягко промолвила она. – Не переживай. Грег никогда не узнает.
Майрон кивнул. Эмили перевела дыхание и улыбнулась. Ее голос снова зазвучал естественно:
– Рада была с тобой встретиться, Майрон.
– Взаимно, – отозвался он.
– Приходи еще, ладно? – Эмили старалась говорить небрежным тоном. Майрон знал, что это игра: такое уже бывало раньше. – Может, трахнемся разок в память о старых временах. Особого вреда не будет, верно?
Сальная шутка на дорожку. Майрон шагнул к двери.