Вместо свадьбы
Шрифт:
— Ну конечно! Так я тебе и поверил. Ты спала с ним давно, иначе он не таскался бы за нами и не ревновал!
Эвелин обуял ужас. Так всегда бывает, когда сталкиваешься с чудовищной непорядочностью близких людей. Становится страшно, и происходящее просто не укладывается в голове.
— Шарль, ты… Ты хоть понимаешь, что сейчас говоришь?
— Не строй из себя недотрогу, Эвелин. Вся база болтает, что ты спишь сразу с двумя, думаешь, мне это приятно?
— Подожди-подожди…
Она ничего
— Шарль, ты что, с самого начала думал, что я…
— А то нет, черт побери!
— Но как же ты мог?.. Ты думал, что я сплю с Бернаром, — она чуть не подавилась этими словами, — и тебя все устраивало?
Он смотрел на нее, как будто это она — предательница.
— А тебя сейчас что-то не устраивает?
— А то нет, черт побери! — прошипела Эвелин, передразнив его. — Ты же получил от меня все, что хотел, верно?
Он вздрогнул:
— Что ты сказала?
— Я сказала то же, что слышала от тебя.
— Когда?
— Когда приходила сюда утром, а ты чесал языком со своей подружкой с телевидения.
Шарль сильно побледнел:
— Ты подслушивала? Ты снова подслушала наш с ней разговор, как тогда?.. Эвелин, что за манеры? Эвелин, я…
— Ты злодейку из меня не делай, — спокойно сказала она. — Ты лучше объясни, что все это значит.
— А что это значит? — Шарль чего-то сильно испугался. — Что ты имеешь в виду?
— Да. Что это значит? Почему ты все время сплетничаешь за моей спиной?
— Ах, это… Ну… — Он вздохнул с явным облегчением. — Это вовсе не то, о чем ты подумала. Это просто… А что ты слышала?
— Не важно! — отрезала Эвелин. — Важно то, что я больше не хочу иметь с тобой ничего общего.
Она развернулась и пошла к двери.
— Эвелин, я… Мне жаль, что так вышло. Но я надеюсь, мы останемся… по крайней мере, не врагами.
— Шарль, чуть поменьше радости в голосе, и я бы тебе поверила, — через плечо бросила Эвелин.
Потом, когда вспоминала этот безумный день, Эвелин думала, что в общем-то была не виновата, что не заметила самое главное сразу. Просто огромное количество событий, свалившееся на нее накануне и в то утро, рассредоточили ее внимание.
Но, придя в свой номер и начав раскладывать все по местам, Эвелин машинально открыла сумку с ноутбуком… и вдруг поняла, что он горячий на ощупь.
Почему это он горячий? В последний раз она включала его два дня назад. Заряжен он был хорошо и подпитки не требовал. Значит… Значит… А может, у нее уже у самой плавятся мозги?
Медленно и осторожно, словно в этом действии сосредоточился весь смысл
Так и есть! Дата открытия — сегодняшняя. Утро. Вся база документов местной экосистемы, с которой она работала на Баффиновой Земле, была совсем недавно скопирована на съемный носитель.
И тут она вспомнила! Она вспомнила, что не давало ей покоя в обстановке комнаты Шарля, когда она утром сидела там одна. Ее ноутбук!
Ноутбук стоял на столе и был включен. Но Эвелин не заострила на этом внимание: слишком привычной для глаза казалась картина — рабочий стол и включенный ноутбук. Только ее самой, сидящей рядом, в этой картине не хватало… Потому, что работал за ним Шарль. Интересно, он часто им пользовался в ее отсутствие? Наверное, каждый день.
Эвелин была настолько шокирована, что не испытывала ничего, кроме безграничного удивления. Вот зачем Шарль так поспешно предложил ей переехать к нему с вещами! Вот зачем он милостиво выпроваживал ее каждое утро «посмотреть восход», чтобы хотя бы на полчасика остаться одному.
Во всяком случае, теперь все вставало на свои места и объяснялось. Значит, когда начал жить с ней, он преследовал совсем иные цели, нежели личные отношения. Значит, он имел в виду совсем не секс, когда сказал той девчонке, что получил от Эвелин все, что хотел…
А хотел он лишь документы. Ведь он ищет сенсацию. Ведь он журналист. Да, прежде всего Шарль — журналист, мечтающий прославиться, а не мужчина, мечтающий любить и быть любимым.
Эвелин в отчаянии упала на диван и проплакала навзрыд примерно час. Ей было наплевать, что через дверь в коридоре, наверное, все слышно и что бедолага Бернар может прийти на ее рев и снова начать утешать ее, глядя ей в лицо своими грустными влюбленными глазами…
И вдруг Эвелин поняла, что больше всего на свете ей сейчас хочется именно этого. Чтобы Бернар ее утешал и смотрел на нее своими грустными влюбленными глазами. Он один способен ее утешить. А заодно она должна сообщить ему, как боссу, о том, что информация украдена.
Эвелин встала с дивана и, едва утерев слезы, бросилась бежать в сторону рабочих помещений. Плевать на то, что она зареванная бежит по улице! Плевать, что тушь размазалась и все оглядываются! Раз уж она тут такая одиозная личность, о которой все говорят (если верить Шарлю), то ей уже терять нечего. Тем более сегодня она существенно добавила красок к своей репутации, когда устроила в коридоре громкий скандал с Бернаром.
Ей было плевать на все! Она хотела только одного: чтобы Бернар оказался на месте и один.