Влюбись в меня, девочка!

Алексеева Дана

– Думаю, твой брат в состоянии дать девушке то, чего она хочет. Не каждый мужчина способен на такое.

– А может тебе напомнить? Прямо здесь?

– Было бы что, - закатывает глазки. – Все что было между нами, даже вспоминать не хочется, не то, что повторять. Уж прости…

Словесно вытирает ноги об меня, как о половую тряпку. Спустилась до унижений мужского достоинства. Ай-ай-ай… Я то помню, как эта девочка стонала подо мной и просила еще, содрогаясь от оргазма.

– Прощаю, - выдыхаю ей прямо в губы.

Впиваюсь жадным поцелуем

и терзаю её мягкие сладкие губы. Сопротивляющиеся руки фиксирую своими у стены, как и её тело, каждую неровность которого чувствую своим возбужденными клетками тела. Врываюсь в неё глубже языком и изучаю горячую полость, подчиняя её язык, который поначалу противиться слиянию.

Как остановиться? Невозможно. Это то, что я давно желал сделать. Хочу, чтобы она была моей. Только моей.

Глава 25

Я не могу позволить ему использовать меня снова.

Не жалея, сильно кусаю за губу Адриана и отталкиваю его от себя насколько позволяет мое хрупкое тело. Под матерные восклицания выбегаю из ванной и несусь в спальню к Рону, переживая, что парень, обозлившись, погонится за мной.

Запыхавшись больше от переполняющих спутанных эмоций, закрываю за собой двери и обнаруживаю, что Рона в спальне нет. Выдыхаю, успокаивая сердечный ритм, и иду к кровати, на которой подготовлены два одеяла.

Забираюсь под одно из них чуть ли не по нос и, не смыкая глаз, таращусь в потолок. В груди до сих пор колошматит. Зачем Адриан поцеловал меня? Сомневаюсь в его искренних порывах – скорее хотел использовать момент в корыстных мотивах, чтобы потом наплести брату о том, какая я распущенная и ненадежная девушка. Опять хотел унизить, обмануть, использовать… Ненавижу!

Самой стыдно за свою слабость, которую испытала в первые секунды, оказавшись в его объятиях. А потом как ушатом ледяной воды окатило на дурную и наивную девичью голову, когда вспомнила, на что этот человек способен. Испортить и сломать – вот его главная функция, и видно, для него все способы хороши. Даже такие мерзкие… Внутри все стягивает от обиды.

– Ты уже тут? – в комнату заходит Рон с голым торсом и перевязанным полотенцем на бедрах.
– Я тоже сходил ополоснулся. Все нормально, Стеша?

Я отрицательно мотаю головой. Вылезаю из-под одеяла и сажусь, потупив взгляд на пальцы рук, которые хаотично переплетаются.

Зачем я должна молчать и делать вид что ничего не произошло? Я нахожусь здесь ради одной цели - поставить Адриана на место, а выходит так, что только лишь раздразнила его, представившись девушкой Рона.

– Что-такое? Рассказывай, - присаживается Рон на край кровати рядом со мной.

От него веет свежестью и морским гелем для душа. Влажные волосы стоят ежиком, с них стекают капли и застывают прозрачными жемчужинами на загорелой мужской коже.

– Наш план не подействовал, - тихо говорю я, отводя взгляд от упругих мышц на торсе и бицепсах.

– В смысле? С чего решила так?

– Поверь. Я встретила Адриана в коридоре,

его поведение – было лучшим тому подтверждением, – обхожусь без подробностей о поцелуе я. – По-моему, он даже больше разозлился. Теперь точно он не даст мне покоя.

– Даже не думай, - обрывает мой обреченный вздохи Рон, сверкая глазами. – Этот гаденыш получит, раз не может себя вести! Что он сделал, что сказал?

Я сглатываю. Сказать, что Адриан хочет девушку брата и чуть было не воспользовался её беспомощностью в душевой? Да, было бы в самый раз, чтобы Рон оторвал ему голову без права на оправдание.

– Сказал, чтобы я исчезла. Ему не нравится, что мы с тобой «встречаемся».

Не могу описать ему полную картину, потому что чувство собственной вины в случившемся не отпускает. Я «стормозила», когда Адриан начал касаться меня - не знаю, почему…Догадываюсь, но даже думать об этом не хочу.

– Исчезла? Совсем охренел, братец… Ладно, завтра я поговорю с ним и вдолблю в его голову, кто ты и как к тебе стоит относиться. Он в твою сторону не посмотрит и за километр тебя будет обходит, Стеша, это я тебе обещаю.

Возможно ли такое вообще? Невидимые отпечатки от рук Адриана до сих пор горят на коже.

– Интересно, какие у тебя методы?

– Свои методы. Мужские, - сжимает челюсть и кулаки Рон.

Понятно, что вправлять мозги Адриану будут конкретно.

– Может не стоит так жестоко?

– Жалеть будешь его?

– Нет. но…

– И правильно. Давно надо было его на место поставить. Совсем обнаглел, в конец!

Рон измеряет комнату широкими шагами, мысленно продумывая план действий. Я начинаю переживать, что втянула его в свои проблемы и поспособствовала конфликту между братьями. А если вся семья Прохоровых узнает, что творится и истинные причины их конфликта..? Нет, все зашло куда-то не туда…

– Рон, остынь, - поднимаюсь с кровати и останавливаю парня, который ужасно завелся. – Мне кажется Адриан получает удовольствие от такого внимания… Думаешь он не понимал о последствиях и что тебя, как парня, заденет сказанное?

– Ну значит, он добился того, чего хотел. Не вздумай его защищать, Стеша!

– Я не защищаю… Но стоит ли мараться так? Я не хочу, чтобы ты опускался до мордобоя из-за меня, ведь я и девушкой твоей не явлюсь.

Рон замолкает, его растерянные глаза бегают по моему лицу в попытке понять. Кажется, я даже разглядела во взгляде обиду, которая проскользнула после моих слов про девушку.

 - Это неважно. Он об этом не знает и позволяет вещи, за которые все рано или поздно получают. Я не убью его, Стеша. Для начала поговорю, а потом как пойдет…

– Поговори, - киваю я, стараясь не накалять обстановку. – А сейчас давай спать, м?

Не знаю, смогу ли я уснуть… В голове жужжит и неспокойно как-то на душе.

Рон выпускает пар и сбрасывает гнетущие мысли в сторону до завтрашнего дня.

– Давай, - он открывает шкаф и достает широкую футболку. – Надень, в халате спать неудобно будет.