Влюбись в меня, девочка!

Алексеева Дана

— Святой отец, молитвы воссылать, — продолжаю речь Джульетты, проверяя насколько точно «Ромео» знает слова.

— Так вот молитва: дайте нам работу. Склоните слух ко мне, святая мать, —чеканит парень с выражением, подходя все ближе ко мне.

— Я слух склоню, но двигаться не стану, — мотаю головой, чувствуя наяву себя влюбленной Джульеттой. И замираю, не в силах даже моргнуть.

Адриан закрывает книгу, убирает её на стол, не отводя от меня своих горящих глаз:

— Не надо наклоняться, сам достану.

Он

целует меня, как по сценарию. Но более порочно, чем это предполагается автором. И я совсем не Джульетта — ловлю всю страсть сполна. Теперь я не знаю, что в этом мире может быть лучше и приятнее поцелуя?

— Вот с губ моих весь грех теперь и снят, — улыбается Адриан довольно, прикрываясь словами из пьесы.

— Откуда ты знаешь слова? Ты мало был похож на романтика… До этого момента.

— Я не романтик. Просто в школе был кружок театрального, где я числился по желанию матери, и там мы разыгрывали разные цены, в том числе и Шекспира.

— О, ничего себе. Даже я не участвовала в таком - актриса их меня никакая.

— Я бросил в десятом классе — появились более занятные интересы, но слова видимо впитались в память.

— Это здорово, — восхищенно выдыхаю я и не без ноток ревности спрашиваю. – А сцену с поцелуем тоже играли? Эта девушка еще жива?

— Аха, смешно. Нет, сцену пришлось подкорректировать, - успокаивает он.
– Ценз не прошла бы.

— Ясно… — протягиваю я, сминая губы, недавно «покрывшиеся грехом».

С кухни слышно, как чайник кипит и автоматически выключается.

— Черный, зеленый? – машинально спрашиваю я про чай.

— Без разницы.

Ему явно не до чая. Адриан гипнотизирует меня обволакивающим взглядом – я не в силах сопротивляться. Поддаюсь сразу, впадая в транс.

— Ладно… — сглатываю, облизывая пересохшие губы.

Он такой красивый… Голову кружит. Безумное состояние.

Мужские пальцы дотрагиваются до моей руки и нежно скользят по коже вверх к плечу.

Ох, как приятно… Нервные окончания сразу откликаются на его прикосновения.

— Я говорил, какая ты обворожительная и притягательная? – голосом, тягучим как сладкий мед запел «Ромео».

— Нет… — трепещу я.

Бархатные подушечки пальцев очерчивают ключицу и прикасаются к ним губами. Закатываю глаза и приоткрываю рот со вздохом. Если он не перестанет, я сойду с ума…

— Ангельски красивая и дьявольски сексуальная – вот ты какая, Стеша, — шепчет Адриан на ухо, поднимая второй слой мурашек на спине.

В комнате жарко – надо срочно открыть окно, иначе задохнусь. Воздуха дико не хватает. Ловлю его ртом и обрывочно выдыхаю, когда обжигающие мужские поцелуи покрывают шею, податливо склонившуюся на бок.

Лямки сарафана тоже сдаются и падают с плеч. От яркости испытываемых ощущений моя грудь вздыбилась и налилась – лиф уже давит. Ласки становятся все

более напористее и откровеннее – Адриан крайне нежен и импульсивен одновременно.

Когда чувствую, как его руки включают режим «без тормозов», заползая под сарафан и сжимая все женские неровности тела, я паникую и останавливаю агонию.

— Адриан, остановись, — прошу я, отрезвляя парня, который не на шутку завелся. — Я не хочу спешить. Тем более, что…

— Что такое?

— У меня не было никогда парня… Мне страшно, — признаюсь я, не видя смысла скрывать.

Стыдливо опускаю глаза в пол.

— Нечего бояться, — приподнимает он подбородок двумя пальцами и, глядя в глаза, уверяет. — Я не сделаю того, чего ты не захочешь, слышишь?

— Да. Спасибо…

Я приподнимаюсь на носочки и, обвивая мужскую шею руками, целую Адриана в губы. Я рада, что он не давит и не торопит – мои сомнения улетучиваются в секунду.

— Я хочу, но просто боюсь… — уточняю я свою неуверенность.

— Чего боишься?

— Неизвестности. Будет больно…

— Не будет.

— Но…

— Просто не думай об этом и расслабься.

Адриан подхватывает меня за бедра, поднимая на руки, и опускает на кровать.

— Ты можешь остановить все в любой момент, — говорит он, видя обеспокоенность в моих глазах.

— Продолжай, — выдыхаю я, и молния с боку тут же расстегивается.

Сарафан летит на пол. Вслед за ним и мужская футболка. Мое разгоряченное тело падает на чистые простыни и притеняется мужским торсом с прорисованными упругими мышцами, которые бегло изучают мои пальчики.

Кожи соприкасаются, генерируя невидимое напряжение и ток, проносящийся по венам. Нет, я уже не смогу остановится. Потому то не хочу. С каждым поцелуем, спускающимся все ниже и ниже вырабатывается сильная зависимость и желание познать большее.

Страх глушится пламенными чувствами. Все запреты сорваны и границы стерты. Я отдаюсь Адриану полностью, потому что доверяю ему. И это истинное блаженство, неведомое мне до этого дня. Он подарил мне себя, а я в ответ – себя.

Вместе с телом, в этот день я отдаю Адриану свое сердце, которое трепещет при одной мысли о нем. Теперь я полностью его, и хочу, чтобы так было всегда.

Глава 11

— Рассказывай же, не томи… – ноет под ухо Марьяна, заинтригованная моими намеками про меня с Адрианом.

Счастье никак не скроешь. А я буквально свечусь им. Влюбленная по уши, что с меня взять?

Проверяю, ответил ли Адриан на мое сообщение, и убедившись, что даже не прочитал, откладываю телефон в задний карман джинсов.

— Что ты хочешь? Все в подробностях? – покидываю дровишек в костер нетерпения подруги.

— Встречаетесь? Или как? – давит вопросами Марьяна.